Брачные игры

Фэйзер Джейн

– Нужно его как-то встряхнуть, – промолвила Пруденс.

– Дженкинс тоже так считает.

– Но как? Легче сказать, чем сделать, – заметила Констанс.

– Мне пришла в голову одна идея по дороге сюда. – Честити перевела неуверенный взгляд с одной сестры на другую. – Даже не знаю, как вы отнесетесь к моему предложению.

– Давай, золотце, рассказывай. – Констанс нетерпеливо подалась вперед.

– Просто я подумала... – Честити замолчала, колеблясь. То, что она собиралась предложить, могло огорчить сестер как проявление неуважения к памяти их матери. –

Ему нужна жена, – твердо сказала она. – Я подумала, если уж мы ищем жен и мужей для всех желающих, может, нам поискать жену собственному отцу? Прошло почти четыре года, с тех пор как умерла мама. Не думаю, что она стала бы возражать. Скорее...

– Скорее она приветствовала бы твою идею, – решительно закончила Констанс. – Отличная мысль, Чес.

Они повернулись к Пруденс, хранившей молчание. Та медленно произнесла:

– Жена со скромным доходом стала бы идеальным решением проблемы.

– А еще лучше жена с солидным доходом, – подхватила Констанс.

– Вы ничуть не лучше Дугласа Фаррела, – запротестовала Честити. – Как можно подходить к вопросу так меркантильно! Я всего лишь хотела, чтобы отец заимел любящую спутницу жизни. Она не обязана быть богатой.

– Конечно, нет, – успокоила ее Пруденс. – Но и отвергать женщин со средствами неразумно. Отцу не придется думать о хлебе насущном. И потом, мы же не собираемся подсовывать ему кого попало. – Она пожала плечами. – Деньгам, Чес, всегда найдется применение.

– Как будто я не знаю, – вздохнула Честити. – Итак, вы считаете, что я чересчур придирчива, обвиняя доктора Фаррела в меркантильности?

– Честно говоря, да. – Пруденс взглянула на Констанс, которая тоже утвердительно кивнула.

Честити хмуро уставилась на бокал с хересом.

– Ну хорошо. Я знала, что вы так скажете. Только не забывайте, вы с ним не встречались. Это черствый, расчетливый и эгоистичный шотландец.

– Но он же врач, – возразила Пруденс. – Его профессия – помогать людям. Она должна привлекать тебя, Чес.

– Привлекала бы, будь он другим, – заявила Честити. – Но он напомнил мне фабриканта викторианской эпохи, готового на все, лишь бы продвинуться в обществе, которому нет дела до тех, кого он использует для достижения своей цели. Похоже, он уверен, что может считаться честным человеком только потому, что не скрывает своей жадности.

– И ты поняла его натуру за одну короткую встречу в Национальной галерее? – изумленно спросила Констанс.

Честити слегка покраснела.

– Наверное, мои доводы вам кажутся странными, – призналась она.

– Может, ты увидишь его в другом свете, когда встретишься с ним в обычной обстановке? – предположила Пруденс.

– В любом случае мы не можем действовать, пока не подберем ему подходящую невесту, – пояснила Честити. – У вас есть на примете богатые женщины, отчаявшиеся выйти замуж и готовые согласиться на сделку под видом брака?

– По крайней мере от них не требуется ни красоты, ни особого ума, – заметила Пруденс.

– Ни характера, – добавила Честити не без яда. – Наш клиент не придает значения

подобным мелочам.

– Ладно, Чес, твоя позиция ясна. – Пруденс поднялась на ноги. – Нам лучше спуститься вниз, гости вот-вот явятся.

Приоткрыв дверь в спальню и сунув голову внутрь, Пруденс окликнула мужа:

– Гидеон, мы идем вниз. Поторопись. Элегантный Гидеон тотчас появился на пороге, застегивая запонки.

– Сара выйдет к гостям перед обедом?

– Она очень надеется, но я сказала, что решать будешь ты. Гидеон был единственным родителем Сары почти семь лет, а Пруденс еще только училась исполнять роль мачехи и не всегда знала, когда высказать свое мнение, а когда оставить его при себе.

– По-твоему, она уже достаточно взрослая? – спросил он, надевая пиджак.

– Вполне.

– В таком случае пусть выходит. Я буду через пару минут. Сестры спустились вниз. Сара, крутившаяся в коридоре, кинулась к ним навстречу.

– Можно я побуду с вами, Пру?

– Да, до обеда, – ответила Пруденс. – Твой отец не возражает. – Она придирчиво оглядела девочку, успевшую нарядиться в свое лучшее платье. Выпачканные в чернилах пальцы несколько портили впечатление, но Пруденс не стала заострять на них внимание, ограничившись тем, что поправила заколку в волосах Сары и убрала за ухо выбившуюся прядь волос. – Если хочешь, можешь разносить закуски.

– О, вот здорово, – обрадовалась девочка и повернулась к Констанс. – Привет, Кон, странно, что я не слышала, как ты приехала. Должно быть, я переодевалась.

– Наверняка, – согласилась Констанс с серьезным видом. – У тебя слишком острый слух, чтобы пропустить такое событие.

Секунду Сара с сомнением смотрела на нее, гадая, не потешаются ли над ней, затем решила оставить все как есть. Ей очень нравились новоприобретенные тетушки. Сестры Дункан никогда не разговаривали с ней свысока, не отсылали ее прочь и проявляли удивительные познания, когда дело касалось таких сложных вещей, как домашние задания. И они прекрасно ладили с ее отцом.

Вся компания проследовала в гостиную. Пруденс окинула комнату беглым взглядом, удостоверившись, что все готово к приему гостей.

– Кого ты пригласила, Пру? – поинтересовалась Констанс. – Будут новые лица?

– Только графиня Делла Лука и ее дочь Лаура. Остальных вы знаете.

Честити склонила голову набок.

– Звучит экзотично.

– Графиня – клиентка Гидеона.

– Видимо, из числа тех, кого ты одобряешь, – пошутила Честити, лукаво блеснув глазами. К ней вернулась ее обычная жизнерадостность.

– Ты угадала, – усмехнулась Пруденс. – Довольно простой случай, связанный с правами на недвижимость. Графиня – англичанка, вышедшая замуж за итальянца. Она недавно овдовела и решила вернуться в Лондон с дочерью. Я незнакома с ними и знаю только то, что сообщил мне Гидеон. Собственно, по его просьбе я пригласила их к нам, чтобы представить обществу. Я даже не уверена, что он знаком с дочерью. Гидеон, ты встречался с Лаурой Делла Лука? – обратилась она к мужу, вошедшему в комнату.