Брачные игры

Фэйзер Джейн

По прибытии их ожидали горячий пунш и еще теплые пироги.

– Вас устроит пунш или вы предпочитаете виски, Дуглас?

– Пунш, благодарю вас, Констанс. – Он взял предложенную кружку и вдохнул насыщенный пряными ароматами пар. – Мне начинают нравиться английские рождественские традиции, – с улыбкой вымолвил он.

– Мы тоже их любим, – вздохнула она. – Бедный отец, с тех пор как потерял все свое состояние, постоянно беспокоится, что у нас недостаточно средств, чтобы отмечать Рождество с прежним размахом. Но поместье обеспечивает себя и приносит достаточную

прибыль, чтобы оплатить наши лондонские расходы, хотя нам и приходится экономить. – Она пожала плечами. – Ему нелегко смириться с тем, что надо ограничивать себя.

– Очевидно, – отозвался Дуглас нейтральным тоном, недоумевая, с какой стати уже вторая сестра доверяет сведения столь личного характера практически чужому человеку.

– А теперь, если вы извините меня, я должна заняться другими гостями. – Констанс, выполнив свою миссию, улыбнулась и заскользила прочь.

– У меня в спальне есть довольно милый образчик обивочной ткани, дотторе... о, простите, Дуглас, никак не привыкну, – прервал его мысли визгливый смешок Лауры. – Думаю, он будет восхитительно смотреться в вашей приемной. Не хотите взглянуть?

– Боже правый, ни в коем случае, – вырвалось у Дугласа, прежде чем он успел сдержаться, настолько его ужаснула перспектива войти в спальню Лауры.

Не то чтобы он подозревал ее в чем-то выходящем за рамки приличий. Лаура Делла Лука никогда не давала повода для подобных предположений, но сама идея остаться с ней наедине в ее спальне казалась немыслимой.

– Ах уж эти англичане, – произнесла она с очередным смешком, слегка похлопав его по руке. – Вечно обеспокоены приличиями. Уверяю вас, из моей горничной получится отличная дуэнья.

– Вообще-то я шотландец. – Дуглас попытался улыбнуться. – Суровый пуританин, истинный сын земли Джона Нокса.

Он выдержал паузу, тщетно ожидая остроумной реплики, которая незамедлительно последовала бы от Честити, но Лаура лишь непонимающе моргнула.

– О, полагаю, вы преувеличиваете, дотторе, – растерялась она. – Не может быть, чтобы все шотландцы относились к пуританам.

– Нет, – помотал он головой. – Конечно же, нет. Могу я предложить вам еще пунша?

– Нет, спасибо, – натянуто улыбнулась Лаура. – Уже поздно. Пожалуй, мне пора. – Она позволила ему взять у нее пустую кружку. – Я должна помочь моей матушке лечь в постель.

Графиня отнюдь не проявляла признаков какого-либо желания идти спать, отметил Дуглас, подойдя к длинному сервировочному столу, стоявшему у одной из стен холла, чтобы поставить пустую кружку и наполнить собственную горячим пуншем.

Графиня Делла Лука сидела на мягком уютном диванчике у огня, весело болтая с лордом Дунканом. При виде дочери она подняла голову, выслушала ее и с покорной улыбкой встала. На взгляд Дугласа, она выглядела на редкость привлекательно в шелковом платье с турнюром. Фасон вышел из моды лет двадцать назад, но прекрасно смотрелся на ее статной фигуре, и, похоже, лорд Дункан думал так же. Поднявшись вместе с графиней, он склонился над ее рукой, затем, не удовлетворившись такой любезностью,

проводил ее до лестницы, поднес ее руку к губам и остался стоять, провожая взглядом, пока она с дочерью не исчезла в полумраке лестничной площадки на втором этаже.

Уход графини и ее дочери послужил своего рода сигналом для остальной компании. Тетушки расцеловались с племянницами и отбыли наверх, закутанные в боа из перьев и кашемировые шали. Дуглас подошел к хозяевам, чтобы пожелать им спокойной ночи. Взяв Честити за руку, он запечатлел на ее щеке дружеский поцелуй, который даже самый строгий зритель не смог бы принять за нечто большее.

– Спокойной ночи, Честити. Спите спокойно.

– Вы тоже, – улыбнулась она, хотя и не сделала попытки вернуть поцелуй. – Надеюсь, церковные колокола не разбудят вас слишком рано.

– Ничего, я ранняя пташка. – Дуглас отпустил ее руку, затем обменялся рукопожатием с хозяином дома и поднялся по лестнице.

Честити проводила его взглядом и облегченно вздохнула. Первый день прошел, а следующие два будут настолько заполнены, что у нее не останется времени на сладострастные мечтания.

Но как же он невероятно привлекает ее, как она невыразимо желает его! О, она готова стукнуть себя, лишь бы избавиться от такого наваждения.

– Джентльмены, не хотите ли выпить со мной на сон грядущий? – обратился лорд Дункан к своим зятьям. – Никогда не любил пунш... слишком приторный на мой вкус.

Пруденс и Констанс жестами дали понять мужьям, что рюмочка коньяка, выпитая с тестем, входит в число их семейных обязанностей.

– С удовольствием, – поддержал Макс. – Пунш и в самом деле несколько сладковат.

– Женский напиток, – снисходительно улыбнулся старый лорд.

– Не все женщины сладкоежки, отец, – возразила Констанс.

Он окинул ее ироническим взглядом:

– Ты исключение из правила, Констанс.

. – А я – нет, – бодро прореагировала Честити. – Ладно, пойду спать. Спокойной ночи. Макс поднял руку:

– Задержись на секунду, Честити. Мы с Гидеоном хотели бы поговорить с вами тремя завтра утром..., после завтрака, если вы не против.

– Сюрприз? – оживилась Пруденс. – Все последние недели вы шептались о нем?

– Возможно, – таинственно отозвался ее муж, правда, несколько испортил эффект, подмигнув Максу. – Восемь часов подойдет?

Пруденс сморщила нос:

– Терпеть не могу твою привычку рано вставать, Гидеон. Уже час ночи, а мы еще не ложились.

– Сара все равно не даст нам спать, – напомнил он.

– Я не имела в виду рождественское утро, – пояснила она. – В детстве мы всегда вскакивали чуть свет, чтобы поскорее добраться до подарков. Надо будет повесить чулок на спинку ее кровати, чтобы она увидела его, как только откроет глаза. Кто этим займется, ты или я?

– Конечно, ты, – ответил Гидеон, притянув жену к себе. – В конце концов, ты поддерживаешь традиции Дунканов, а не Молвернов.

Пруденс подняла к нему лицо и улыбнулась:

– Некоторые люди посмеиваются над семейными традициями.