Брачная сделка

Бойл Элизабет

И все-таки, возможно, она допустила промах. Не учла одного очень важного факта.

– И кто приедет? Сезон только начался. Не могу себе представить, что, едва обосновавшись в Лондоне, люди почувствуют желание вернуться в провинцию.

– Не волнуйся, – заверила леди Финч. – Когда станет известно, что мы с твоим отцом устраиваем бал сватовства, Лондон опустеет. Кроме того, расстояние невелико.

Он прекрасно знал, что мать права: все, кто может позволить себе быструю карету, к вечеру съедутся в Кент. Не только потенциальные женихи, но

и мамаши с дочками на выданье – эти не отстанут и доберутся в любую глушь, где есть подходящие мужчины.

Джемми решил зайти с другой стороны:

– А ты не подумала, что на мисс Смайт буду смотреть как на диковинку? Какая мать захочет, чтобы ее дочь сбывали с рук таким способом! Это неприлично.

Джемми знал, что проиграл, поскольку выражение лица матери говорило, что ему следовало бы разбираться в подобных вопросах.

Замужняя дочь куда лучше старой девы, и не важно, как она нашла путь к алтарю.

Но он не собирался отступать. Пока нет. У него в запасе еще несколько аргументов. Не зря же он так долго расхаживал по сторожке, ожидая возвращения матери и мисс Смайт.

– А тебе не приходило в голову, что мисс Смайт не хочет замуж?

Мать закатила глаза к потолку, словно раздумывая, в кого он такой уродился.

– Джемми, несмотря на твое отвращение к супружеству, юные леди смотрят на брак по-другому. Каждая девушка хочет замуж.

Он покачал головой:

– Думаю, мисс Смайт могла неверно истолковать намерения Эсме, и в этом случае выдать ее замуж таким способом будет ужасной ошибкой.

– Вздор! – фыркнула леди Финч, ее недоверие превосходило обычную насмешку.

– Кроме того, как это отразится на репутации деревни, если выяснится, что невинную молодую леди привели к алтарю против желания? Да и ее отец вправе высказаться, если дочь выйдет замуж без его согласия. – Джемми упорствовал даже вопреки здравому смыслу.

Наконец он нашел выход для мисс Смайт. Возможно, ее невинный возраст сослужит ей добрую службу.

Его мать, однако, не выглядела побежденной.

– Ей двадцать пять лет, поэтому она вполне способна выйти замуж без согласия отца.

– Ей столько лет? – разинул рот Джемми.

Его немного нервировало, что мать, кажется, знает его мисс Смайт лучше, чем он.

«Но она не твоя мисс Смайт, помнишь?»

– Послушай, Джемми, – начала мать, – не важно, как заключена сделка, главное, что она заключена. Ты знаешь это не хуже других.

Безапелляционность ее слов, возможно, и положила бы конец всяким спорам. Но на то он и сын своей матери.

– Не думаю, что Смайт ее настоящее имя, – сказал он, надеясь заговорщическим тоном подчеркнуть тайну происхождения мисс Смайт.

– Гм… – только и пробормотала мать, перебирая бумаги.

– Мы не можем допустить, чтобы Эсме всучила ее какому-нибудь ничего не подозревающему бедолаге, а потом выяснится, что она не в своем уме и, прежде чем оказаться здесь, двух мужей отравила.

Мать, отложив перо, смотрела на сына как на сумасшедшего.

– Джемми,

не понимаю, где ты этого набрался. У мисс Смайт манеры девушки хорошего происхождения, учившейся в Бате. Почему она оставила семейный кров и родственников, это ее дело и только ее, а наша забота быстро выдать ее замуж и спасти ее доброе имя. – Мать сложила бумаги и посмотрела на него в упор. – Если ты считаешь, что мошенничество имело место, докажи. Однако…

– Уговор дороже денег, – сказал он, повторяя роковой обет деревни.

Джемми знал, что этого не следует делать, но, потратив час, чтобы увернуться от слуг и матери, он добрался до комнаты мисс Смайт и постучал в дверь.

Ответа не последовало.

– Мисс Смайт! – тихо позвал он. – Это я, мистер Рейберн. – Ему пришлось понизить голос, поскольку покои матери находились совсем рядом. – Мисс Смайт, вы у себя? Я должен поговорить с вами.

Никакого ответа. Ни женского выговора с требованием убраться от ее спальни, ни приглашения войти.

Не то чтобы он ждал ответа. Он хотел сдержать свое обещание. Для всех будет гораздо лучше, если девушка уберется из Брамли-Холлоу. С ее появлением тихая, размеренная жизнь Джемми пошла под откос, и он желал вернуть свое уединение. Проклятие! Бал, который намерена устроить его мать, соберет в Финч-Мэнор половину света. Старые друзья и покоренные кокетки. Все увидят обломки его растраченной юности.

Он сильнее сжал трость. В ноге пульсировала боль от долгой ходьбы. Он шагал по сторожке, лазил на чердак за саквояжем с одеждой – нельзя же являться к обеду в обычном сельском наряде, – а последний час провел на черной лестнице. Неудивительно, что нога чертовски болела. Он не давал ей такой нагрузки с самого дня ранения.

Снова постучав в дверь, Джемми прошептал чуть громче:

– Мисс Смайт, я на минуточку.

В ответ тишина. Он посмотрел на прочную деревянную панель. Возможно, гостья провалилась в сон или страдает от приступов меланхолии, которые случаются с дамами. Нельзя забывать, что она большую часть дня провела с его матерью, а это любого вымотает.

Действительно, верх невоспитанности ее будить. И все-таки…

Джемми постучал в дверь громче:

– Мисс Смайт, с вами все в порядке?

Когда снова не последовало ответа, другая мысль осенила его. Его замутило от дурного предчувствия.

Она сбежала. Уехала из Финч-Мэнор. Без него.

Перебирая в уме пути, какими она могла отправиться к главной дороге, прикидывая, как он будет прочесывать округу, чтобы найти ее, Джемми услышал, как за дверью что-то тяжело упало и послышалось проклятие. Не такое, от которого уши вянут, но заставившее его улыбнуться.

Улыбнуться от того, что гостья все еще здесь.

– Мисс Смайт, если вы сейчас же не откроете дверь, я войду.

– Уходите. – Снова удар, лязг и проклятие.

На сей раз Джемми не ждал приглашения. Он открыл дверь и с трудом вошел в комнату.