Брачная ночь джентльмена
Шрифт:
Погруженный в море противоречивых ощущений, Хит не шевелился. Жгучая боль в плече, стыд, что его ранила девушка… жар, исходивший от ее рук, торопливо и без стеснения рвущих на нем куртку, чтобы осмотреть грудь. Ее темно-рыжие волосы щекотали его живот, воспламеняя чувства. Как мог он так бурно желать женщину, едва его не убившую? Это не поддавалось разумному объяснению. Но, черт побери, она его возбуждала.
Он прищурился и оценил ситуацию.
– Ну скажите же что-нибудь! – в панике взмолилась Джулия.
Она была высокой, гибкой,
– Ладно, – процедил он сквозь зубы, подавляя свои дикарские инстинкты, – вы меня убили. Я мертв. Теперь вы счастливы?
– А грубить мне ни к чему.
– Неужели? Простите, что мне трудно демонстрировать изысканные манеры после ранения.
– Не понимаю, почему вы так ужасно со мной разговариваете. Это ведь был несчастный случай. Я испугалась.
– Что вам взбрело в голову? Вы в меня стреляли!
– И ничего удивительного, – возмущенно проговорила она. – Зачем вы выскочили на меня из-за этого камня?
– Я принял вас за другого.
– Ну а я решила, что вы бешеная лисица, которая напала на кур прошлой ночью.
– Я что, похож на бешеную лисицу? – с досадой поинтересовался он.
Его рассердил и одновременно привлек проказливый блеск ос глаз. Он не понимал, что хуже: что она причинила ему вред или что, несмотря на это, он ее желал. Она потянула с его плеч батистовую рубашку, чтобы лучше рассмотреть рану, и он резко сел.
– Выглядит не так плохо, как я боялась.
– Вам легко говорить.
– Я прошу прощения.
Он повернул голову, и ее волевой подбородок коснулся его щеки.
– Красивое плечо, – тихо произнесла она.
– Неужели? – неохотно ухмыльнулся он.
– Конечно, я в этом не эксперт.
Он уставился на ее губы. Алые, влажные, манящие. Он слышал, как один из молодых гостей говорил, что Джулия Хепуэрт – бесшабашный, бесенок. Но это прозвучало как комплимент. Хит готов был держать пари, что мужчина, сказавший и о, никогда не был мишенью ее выстрелов и не испытывал сниженных мук, когда она касалась его, срывая рубашку. А может, испытывал? Возможно, она стреляет направо и налево, оставляя за собой груду жертв.
– Мы кому-нибудь будем рассказывать об этом? – спросила она, глядя на него просительным взором.
– Это зависит от многого.
Хит решил, что поцелует ее. Любая девушка, которая сначала стреляет, а потом раздевает, заслуживает того, чтобы ее поцеловали. Если не большего.
Ее рука скользнула по расстегнутой рубашке, кончики затянутых в перчатку пальчиков коснулись его груди.
– От чего зависит? – прошептала она, откидывая голову, чтобы бросить на него подозрительный взгляд, ясно свидетельствовавший, что он не первый мужчина, который находит ее привлекательной. Зато, наверное, он был первым, в кого она стреляла.
– Оттого, насколько вы сожалеете о случившемся.
Ее
– Все предупреждали меня, что вы бессовестный повеса, Хит Боскасл.
– Какая жалость, что они не предупредили меня насчет вас, – пробормотал он.
– Что я бесшабашная и порывистая?
– Нет, что вы соблазнительная и…
Мрачная тень опустилась на их живую перепалку, придавила, как саван, сделала воздух душным и погасила невидимые искры пламени, проскочившие между ними. Шанс поцеловать ее алые губки был утрачен. У Хита резко заболело плечо. Он сморщился, Джулия вскочила, наступив ему на руку. Хит чуть не выругался. Чертовски небрежная бабенка.
– Полагаю, жить вы будете, – объявила она безразличным тоном, когда он стал натягивать рубашку на голые плечи.
– Что, ради всего святого, здесь произошло? – требовательно спросила тень.
– Я его подстрелила, – ответила Джулия, причем вид у нее был не такой кающийся, как следовало бы.
– Что?! – потрясение переспросила тень.
Хит понял, что это Рассел, человек, которого он меньше всего хотел видеть свидетелем своего унижения.
– Вы подстрелили моего лучшего друга? Отвечай немедленно, Боскасл, что ты натворил такого, что мисс Хепуэрт сочла нужным в тебя стрелять?
Хит в одиночестве вернулся в дом, не в силах выносить ехидные комментарии Рассела. Он решил, что отыщет Джулию во время вечерних развлечений, когда с ней не будет спутника.
Она обнаружила его несколько часов спустя в библиотеке… одного. Остальные гости отправились на охоту и должны были вернуться к вечеру. В доме остались только немощные и дети.
Гнев Хита давно утих, а вот влечение к красавице никуда не унию.
– Вы пришли снова стрелять в меня? – сурово поинтересовался он, и тон вопроса был гораздо резче, чем его чувства.
Плечо уже не болело, и он прекрасно понимал, что выстрел был случайным.
Она растерянно обернулась. Щеки ее вспыхнули розовым треном на бледном лице. Волосы спускались на плечи беспорядочной волной, амазонка несколько смята.
– У меня нет оружия. – Она вскинула руки, сдаваясь. – Обыщите меня, если хотите.
Он жизнерадостно ухмыльнулся:
– Думаю, обыскать вас стоит.
– Как хотите. Только не…
В коридоре раздались юные голоса. Кто-то громко прошептал:
– Может, она пошла в библиотеку?
– Нет, она побежала наверх. Я слышал ее шаги.
– Она прячется в платяном шкафу. Отряд, за ней!
Джулия круто обернулась и заперла дверь библиотеки. Руки Хита тут же обвили ее талию и медленно притянули к себе. В конце концов, Джулия у него в долгу. Он нагнул голову и пробежался губами по контуру ее щеки. Кожа была нежной. Как сливки. Губы Джулии приоткрылись. Зовущие, нежные, сочные…
– Не выдавайте меня, – прошептала она. Ее нежная грудь скользнула по его руке. – Или мне придется провести весь день, читая сказки моим кузенам.