Боярин
Шрифт:
— Не знаю. Мир меняется. Даже за то недолгое время, что я тут, всего месяц прошел, а уже столько всего. Взять тот же спонтанный выплеск тьмы, в который ты с напарниками угодил.
— А что думаешь насчет этого в плаще? — подала голос Лада.
— А тут и думать нечего, — ответил Подземник, — адепт тьмы. Правда, в города они не суются, чаще всего сбиваются в банды, нападают на дорогах. Добычу тащат черным ведунам, от которых получили метку защиты от тьмы и тварей. Судя по описанию, этот не свежак, но до перерождения в проклятого еще далеко. Надо бы заявить в управу, пусть пошлют наряд по тому адресу.
— Я
— Ну, можно анонимку накатать, — немного подумав, предложил наемник. — Есть такие ящики в городе, на тех же столбах, что и связь с управой. Городовые обязаны будут проверить.
— Займись завтра, пока мы с Ладой будем в палате изобретений регистрировать наши изобретения.
— Слушаюсь, Ваше… — начал было Горд, но, перехватив недельный взгляд Воронцова, поправился, — сделаю, боярин.
— Вот так-то лучше, — кивнул Константин и принялся вычищать трубку.
— Что дальше планируешь делать? — спросила Лада зевая.
— Спать пойду, — отозвался бывший детектив. — Или ты про что-то глобальное?
— Глобальное.
— Ну, тогда так, после завтрашнего дня начнем встречаться с инвесторами, будем искать возможность внедрить в производство наши простейшие устройства. А затем я вас покину, вы останетесь на хозяйстве, деньгу зарабатывать, а я отправлюсь на север. Теперь зная, где искать Юлию, вернее ее физическую оболочку, нужно выполнить данное мной обещание. Потом вернусь, будем продолжать развивать наше дело, и готовится к войне.
— Ну что ж, вполне простой и понятный план, — хмыкнула Лада. — Мне бы очень хотелось взглянуть на этот кубик и другие твои трофеи.
— Кстати, — вспомнил Константин, — нужен сильный ведун, мне очень понравилась система защиты дома Братины, хочу такую же.
— Займусь, — тут же среагировал Горд. — Знаю, к кому обратиться, есть пара вольных ведунов, которые уже лет пятьдесят занимаются подобной охраной. Но это будет дорого.
— Ничего, думаю, скоро деньги у нас появятся, — отмахнулся Константин. — Все, народ, я спать, устал я сегодня, день выдался трудным, вечер еще труднее. А сейчас уже за полночь. Так что, мне нужно поспать. Лада, завтра с утра закидывай все свои изобретения в фургон, поедем отсюда. Старт — в десять. Сдается мне, мы с тобой убьем на это большую часть дня. И взбивалку Варе прихвати. Пусть пробует, и рассказывает товаркам, какое это волшебное чудо.
— Хорошо, — поднимаясь, ответила Калинина. — Значит, в десять будем тут. Все, я тоже спать, завтра надо быть свежей и выспавшейся, а последнюю седьмицу мне это не удавалось совсем.
Она направилась к дверям, потом обернулась и бросила взгляд на недогадливого наемника.
— Горд, тебя еще долго ждать?
Парень хмыкнул и поднялся.
— Спокойной ночи, боярин. И да, спасибо за нож, отличный артефакт. Хотя это неудивительно, в Братине плохого не держат.
Константин проводил их взглядом, затем решил, что прежде, чем идти спать, можно еще одну трубочку выкурить, чем и занялся, по его прикидкам восьми часов на сон должно хватить.
Глава 8
В палате по изобретениям
— Зря ты на меня все это повесил, — заметила она, когда они оба покинули палату, — я артефактор, мне коммерцией заниматься не интересно.
— Временная мера. Я уже подыскиваю управляющего, который взвалит на себя все эти заботы, но главной будешь числиться ты, а я владелец этой богадельни.
Лада хмыкнула.
— Ты стал настоящим боярином, всех впряг в работу, а сам денежки планируешь получать.
— Вот такой я кровопийца, спекулирую на простом люде, вроде тебя. Ну да ничего, скоро, когда ты закончишь с образцами остальной техники, что там у нас осталось? Кухонный комбайн, стиралка, блендер?
— Посудомойка, пылесос, — напомнила Лада.
— Вот, — согласился Константин. — Потом, как сделаешь образцы, найдем людей, которые займутся непосредственно изготовлением, максимально упростим процесс, и все, нас это больше не колышет. Пусть работает, всякие начальники следят, а мы будем денежки считать. Ладно, здесь закончили, поехали к Базыру, пора напрячь барыгу на деньги, и пусть начинает заниматься.
— Что ты хочешь ему отдать в производство?
— Ручной миксер и ручную овощерезку. Думаю, навар с этого будет приличный, отдаем ему реализацию проекта, начиная от производства и кончая сбытом, пусть выстраивает дело с нуля. Двадцать процентов с продаж заберем себе за использование наших изобретений, хотя реальней будет десять-пятнадцать, он работает под вывеской «Торгового дома Воронцовых» и не платит налоги. Я их научу маркетингу и черной бухгалтерии. А еще будет новое слово — презентация.
— Ну, у вас и планы, Ваше сиятельство, — рассмеялась Лада. — Все, поехали к Базыру, хочу глянуть, как ты его убеждать будешь.
Убеждать не пришлось. Тот посмотрел на то, что предложил Константин, вызвал свою кухарку, которая пришла в восторг от подобных девайсов, и заявляла, что кумушки Тверда раскупят подобное в считаные часы. Ударили по рукам. Дольше времени ушло на составление договора, правовед четыре раза вносил правки, прежде чем он устроил обе стороны.
— Уже сегодня начну, — заявил маленький азиат, который в один момент из скупщика трофеев и теневого дельца превратился в солидного промышленника.
По его прикидкам первая продукция должна будет поступить в торговлю через две недели. Перед этим по настоянию Константина в центре города для всех желающих будет проведена увеселительное мероприятие с показом новых образцов.
— Ваше сиятельство, слышали, что на левой стороне вчера вечером случилось? — провожая, спросил Базыр.
— Нет, — спокойно ответил Воронцов, — весь день занимался делами, некогда даже было газету почитать. Что-то интересное?
— Да, и вас напрямую касается, — довольно заявил маленький азиат. — Кто-то разгромил отделение Братины в Тверде. Пять трупов, в запертом изнутри доме. Два вообще странные — на сушняк похожи, словно их высосали. Люди стрельбу слышали и крики, потом все смокло, взломали двери, стражу вызвали с ведуном. А там только трупы и пол в кровище по щиколотку. Правда, слушок прошел, что нападавшего тоже ранили, вот только кровь проверить не смогли, испорчена она чужой.