Бой вечен
Шрифт:
Таможенник махнул рукой и подошел старший смены. Вместе они стали рассматривать удостоверение с фотокарточкой и русскими буквами.
– Что-то не так? – нервно спросила она.
– Мэм, вы фотокорреспондент и въехали в Египет нелегально.
– Что это значит? – Она и в самом деле не понимала.
– Мэм, любой журналист, выезжающий в Египет, должен получить разрешение Министерства информации.
– Я получу его сразу, как только это будет возможно. Где оно находится? Вы можете дать адрес?
– Мэм, это разрешение нужно было получить в посольстве до того,
Крис не могла поверить своим ушам. Такого не было даже в России. Когда она прилетела в Константинополь – никто и не подумал попросить у нее аккредитацию. А когда она прилетела в Тегеран – их всех встретили военные, привезли в пресс-центр и дали аккредитацию – но процедура получения аккредитации состояла лишь в том, что русские проверяли паспорт, связывались с редакцией, делали фотографию и максимум через час выдавали карточку. Аккредитацию получили все, даже англичане из ВВС – она потом сама видела, как они занимались какими-то подозрительными делами, мало связанными с журналистикой, давали деньги местным. А тут…
И про Египет – никто не говорил, что здесь диктатура. Тогда, как понимать это?
Она беспомощно взглянула в зал для встречающих. И решила действовать напролом.
– Послушайте… мистер… я первый раз в Египте и не знаю правил. Клянусь, что первым делом обращусь в Министерство информации за аккредитацией… честно-честно…
Стодолларовая купюра, просительный взгляд и рука на лацкане старшего таможенной смены сделали свое дело. Тем более – он хотел продемонстрировать своим подчиненным, что он царь и бог здесь, хочет – пускает, не хочет – не пускает. Момент был как нельзя подходящий…
Старший смены что-то коротко сказал на арабском своему подчиненному.
– Мэм, в двадцать четыре часа вы должны обратиться в Министерство информации за разрешением. Иначе вас могут арестовать и выдворить из страны… или посадить в тюрьму. Это все, что я могу для вас сделать.
– О… благодарю. А где находится Министерство информации?
– На площади Тахрир. Любой таксист знает…
– Благодарю вас… вы настоящий джентльмен.
Она схватила сумку и бросилась бежать.
Нужного ей человека – она чуть не потеряла. Со всех сторон воняло… она постоянно на что-то наталкивалась. Едва не падала и бежала дальше. Но все же успела – увидела, как нужный ей человек садится в черный седан «Майбах», подъехавший к пандусу.
Она протолкалась к такси, вызвав возмущенные окрики очереди…
– Видите, вон та машина! Черный лимузин!
Молодой парень, который только что включил двойной тариф, видя сумасбродную американку или англичанку, – удивленно переспросил:
– Который только что отъехал?
– Да! Поезжайте за ним!
– У него правительственные номера. Это опасно, мэм.
Она достала еще одну купюру – стодолларовых у нее больше не было.
– Две цены. Поехали.
В принципе он и так влупил ей две цены. Что же… значит, будет четыре. Цена, оправдывающая риск.
Он взял купюру и нажал на газ…
Дорога
«Майбах» шел по крайней полосе. Если бы это была Священная Римская Империя с ее автобанами без ограничений – он оторвался бы уже давно. Но тут было ограничение – сто сорок в час – и лимузин пунктуально его придерживался, что позволяло «Фиату» висеть у него на хвосте.
Они въехали в «Малый Каир» – так назывался Каир без пригородов. Запетляли по улицам. Здесь уже «Фиат» превосходил «Майбах» во всем. Слоновьи габариты немецкого лимузина в тесноте городского движения начисто проигрывали юркому «Фиату», а водитель лимузина, как бы он ни был опытен – обречен был проиграть таксисту, у которого на этих улицах проходит большая часть жизни…
– Куда он едет? – нервно спросила Крис.
– Не знаю, мэм. Эта дорога ведет к Нилу.
Они перебрались через Нил по массивному бетонному мосту, соединяющему оба берега Нила и проходящему через остров, который считался одним из самых безопасных мест в Каире. В сгущающейся темноте – по левую руку виднелись небоскребы отелей, выстроенных британскими и североамериканскими компаниями и навсегда изменившими облик Каира.
«Майбах» прошел прямо. Крис даже не задумывалась, насколько опасно то, что она делает – следит за одним из самых опасных людей в мире всего лишь с помощью одного каирского таксиста. Она твердо решила докопаться до правды…
«Майбах» свернул влево. В отличие от «Фиата», который мог исчезнуть в одно мгновение – немецкий лимузин был не слишком приспособлен к каирским улицам – и Крис удалось увидеть, где он свернул.
– Стойте! Стойте!
Водитель остановился столь филигранно, что она заметила сияющие рубином в темноте стоп-сигналы «Майбаха». Лимузин остановился.
– Спасибо!
Она вынырнула из такси и рванула через дорогу, мысленно поблагодарив себя за предусмотрительность. На ней были кроссовки, легкие и удобные – а не шпильки, на которых невозможно не то что бегать – но и ходить…
Один из водителей, увидев выбежавшую на дорогу женщину недовольно просигналил, но притормозил – и она смогла спокойно перебежать улицу…
Фотокамеру доставать было поздно, она выхватила телефон с встроенной фото– и видеокамерой. Ей удалось снять на телефон короткий ролик о том, как этот мужчина входит в одну из неприметных дверей самого неприметного дома в проулке. Это была чисто итальянская дверь – просто дверь в стене, ни приступка, ни козырька, даже выкрашена она была в тот же цвет, что и стена. Ролик получился хорошим, потому что передние фары «Майбаха» были включены, заливая проулок ксеноновым, мертвенно-белым светом. Она не знала, что здесь находится…
Мистики, розенкрейцеры, тамплиеры в Советской России
Научно-образовательная:
история
религиоведение
рейтинг книги
