Бой после победы
Шрифт:
— Так почему старлею не доложил?
— Почему, почему! Потому, что тогда засомневался!
— А сейчас не сомневаешься?
— Почти нет!
— Так почти или не сомневаешься?
— Ну чего пристал? Был там кто-то. И не зверь, а человек. А уж кто, не знаю. И до этого кусты шевелились, тень какая-то мелькнула.
Хамов сказал:
— Говорил тебе, меньше в прицел пялься, никаких глюков не поймаешь! Просто, Олег, струсил ты, а у страха глаза велики!
Капитан, заинтересовавшись разговором солдат, подошел к курилке.
Офицер разрешил бойцам присесть, угостил каждого сигаретой, спросил:
— О чем ведете спор, пехота? А ну-ка подробней о том, что видел на марше.
Белов повторил то, чем ранее поделился с Хамовым.
Капитан спросил:
— Как же ты мог что-то увидеть, когда с дороги правый склон практически не виден?
Белов объяснил:
— Так помните, на серпантине место есть, где слева валун лежит и машинам приходится идти вплотную к обочине, объезжая его? Вот там я и заметил непонятные движения. Сначала думал, зверь какой, а потом голову человеческую увидел. Правда, засомневался тоже и закрыл глаза, а когда открыл, то головы никакой и не было.
— Так говоришь, увидел при объезде валуна? — Головачев задумался. — А ну идем со мной, Белов!
И, повернувшись, направился обратно в штаб.
Михайлов находился на месте и удивился возвращению начальника колонны, да еще с солдатом:
— Что-то случилось, капитан?
Алексей ответил:
— Не знаю. Но думаю, вам не помешает послушать рядового Белова из отделения охранения.
Майор кивнул:
— Что ж, давайте послушаем бойца. Докладывай, Белов!
Стрелок повторил то, что видел на марше. Его доклад заинтересовал начальника штаба. Он подвел солдата к столу:
— Ориентируешься по карте?
— Более-менее! Проходили топографию.
— Вот и хорошо. Смотри. Здесь начало прямого участка серпантина, — майор ткнул пальцем в карту, — а вот здесь его окончание. Где лежит валун?
Белов, недолго думая, указал на точку:
— Где-то вот здесь! Напротив валуна, на склоне, высоченная сосна растет. Ее крона выше остальных деревьев.
Майор перевел взгляд на капитана. Тот кивнул, подтвердив:
— Есть такие. И сосна, и валун, и боец точно указал место, где колонна практически вплотную подходит к обрыву. Здесь мы идем осторожно, на малой скорости.
Майор потер подбородок.
— Ладно! Информацию принял. Идите, занимайтесь по установленному распорядку, а я… впрочем, об этом позже.
Проводив офицера-автомобилиста и солдата-мотострелка, начальник штаба вызвал по телефону внутренней связи дежурного по части и приказал срочно найти командира разведывательной роты.
Головачев же с Беловым прошли к бараку, отведенному для отдыха личного состава колонны и ее боевого охранения, умылись и отправились в столовую. После приема пищи, уложив солдат спать, к капитану подошел старший лейтенант Кливин, спросил:
— Чего
Головачев объяснился. Старлей тоже задумался. Но затем покачал головой:
— По-моему, все же Белову привиделись эти тени, шевеления кустов, черепа. Хамов прав, попробуй постоянно в прицел смотреть, деревья духами покажутся. И потом, если допустить то, что Белов видел людей, боевиков, непонятно откуда появившихся в нашем районе, то почему они пропустили колонну? Но даже не это главное. Почему они расположились ниже серпантина, откуда произвести эффективное нападение на нас было невозможно?
Капитан посмотрел на офицера мотострелкового батальона:
— А ты уверен, что и на хребте не было духов?
— Но тогда ответь, почему они пропустили колонну?
— Возможно, их предупредили о том, что на базе и на территории вертолетного полка проводятся меры поддержки колонны в случае нападения на нее.
— Погоди, погоди, но тогда выходит, духи имеют осведомителя на базе? И тот спецом вывел их на нас, впоследствии предупредив и о принимаемых в части мерах дополнительного прикрытия колонны?
Капитан ответил:
— Выходит, так!
Старший лейтенант воскликнул:
— Чушь какая-то! Не верю я в это. Считаю, ты слишком перестраховываешься. Боец увидел на склоне в короткий промежуток времени не ясно что, и сразу вывод — на колонну готовилось нападение! Если оно готовилось, то боевики провели бы штурм, прекрасно понимая, точнее, зная, если принять вариант работы на базе Крота, что все дополнительные меры носят вторичный характер и непосредственно защитить нас от нападения не могут. Так что им, бандитам, мешало расстрелять подразделение и свалить с этого хребта?
— А то, Игорек, что навязать нам бой духи смогли бы, возможно, уничтожить колонну тоже, но вот сами отойти никак не успели бы. Здесь как раз и сработала бы поддержка. И наземная, и воздушная. Нам, конечно, от этого уже было бы ни горячо, ни холодно, но и их бы постреляли всех, как шакалов.
— Да? Что ж, логика в твоих словах присутствует. Но все же извини, Леша, я остаюсь при своем мнении, ты мудришь! Это бывает. Но пройдет. И меньше думай о всяких засадах, чтобы крышу не снесло. На войне такое часто происходит. Лучше махни спиртику и поспи пару часов до подъема. У меня пойло есть. Тяпнем граммов по сто?
Капитан отказался:
— Нет! Не сейчас, Игорь! Вернемся на базу, тогда…
— Э, э, Леха, тогда мне не до пойла будет! Я сразу к Валентине!
Начальник боевого охранения скрылся в бараке. Вскоре туда проследовал и Головачев.
Прилег, не раздеваясь, на крайнюю от тумбочки дневального кровать. И неожиданно тут же уснул, что бывало с ним редко. Обычно днем он не спал, даже после бессонной ночи в наряде. А тут вдруг сморило. Что ж. И такое бывает.
Разбудил его посыльный по части в 14.00.