Боваризм
Шрифт:
– Что? – мой голос прозвучал хрипло, почти беззвучно. – Как?
– Врачи сказали, что его сердце разорвалось от страха, – ответила она спокойно, как будто сообщала что-то обыденное, не имеющее значения, или мне так по крайней мере казалось.
Через несколько часов позвонили маме. Она примчалась в лагерь в панике, и когда я увидела её лицо, то почувствовала, что вся реальность начала рушиться. Её глаза были красными от слез, всё лицо – белым, как мел, губы тряслись. Она бежала ко мне с диким отчаянием в глазах. Мама крепко обняла меня, как будто надеялась, что если будет держать достаточно сильно,
– Приехала забрать сына, – она судорожно вздохнула, крепче сжимая меня в объятиях, и еле слышно прошептала – а вместо этого… забрала его тело.
Отчаяние её слов было почти физически ощутимо, как удар. Моё сердце болезненно сжалось. Эти слова застряли в моей голове, словно острая заноза. Я почувствовала, как мир вокруг нас рухнул, оставив только бездну боли. Всё, что казалось нормальным, что было привычным и спокойным, исчезло. Осталась только безмерная пустота.
Когда мы покидали лагерь, я шла по дорожке, по которой не раз возвращалась с прогулок или игр, но в этот раз всё выглядело иначе. Каждый звук, каждый шаг отдавался эхом в моей голове. Я чувствовала себя словно в тумане, всё казалось далёким и чужим. Мой брат больше никогда не вернётся сюда, да и я знала, что этот лагерь никогда не будет для меня тем, чем был раньше.
Сердце было полно горя, но внутри меня росла и другая эмоция. Я чувствовала гнев. Гнев на тех мальчишек, на лагерь, на ту проклятую реку, на это ужасное место, на всё вокруг. Но больше всего я злилась на себя. Я не уберегла Элвиса. Он доверял мне, смотрел на меня, как на старшую сестру, которая всегда будет рядом, а я не смогла его защитить.
Мы собрали вещи и уехали домой. Смерть Элвиса не была случайностью. Я чувствовала это каждой клеткой своего тела.
Глава 2
"ОТ КНИЖНЫХ СТРАНИЦ К ЖИВОМУ ОБЩЕНИЮ"
С наступлением первого семестра я с головой погрузилась в учёбу, стараясь избегать любых отвлекающих факторов – будь то развлечения, вечеринки или даже случайные посиделки с однокурсниками. Ведь от моего успеха зависело не только моё будущее, но и состояние моей матери, которая едва справлялась с болью и глубокой депрессией после смерти моего младшего брата. Никаких поблажек себе я позволить не могла. Я знала, что должна быть сильной ради неё, хоть это и было трудно, так как смерть отразилась и на моем состоянии. С пятницы на субботу мне снился дурной сон, и, помимо сна, я могла в любой момент выпасть из реальности и снова оказаться в кошмаре.
Моя подруга, Шерон, с которой мы не только вместе поступили в колледж, но и оказались в одной группе, имела совершенно иной взгляд на жизнь. Мы дружили с детства, прошли через многие жизненные этапы вместе, и я всегда считала её своим противоположным полюсом. Помню, как мы впервые встретились в начальной школе – я была тихой девочкой, предпочитавшей сидеть в углу класса с книгой, а Шерон была в центре событий, вокруг неё всегда собиралась группа друзей, и она всегда была полна идей. Мы случайно оказались соседками
Мы действительно были как инь и янь. Её идеи не знали границ, на её лице всегда сияла радостная улыбка, а в глазах плескался неугасимый огонёк азарта. Я же, напротив, предпочитала тишину и уединение, и даже в окружении близких людей оставалась сдержанной и порой молчаливой. Социальная активность казалась мне излишней и утомительной, но Шерон не уставала убеждать меня в обратном.
– Эмми, что ты там опять читаешь? – с ленивой, но задорной интонацией произнесла Шерон, подкрадываясь ко мне.
– Общую психологию, мне нужно закончить этот раздел, – машинально пробормотала я, не отрываясь от страниц учебника.
– Но ты же не можешь сидеть здесь вечно, – возразила она, отнимая учебник и бросая его на кровать.
– Что ты творишь?
– Я пытаюсь вытащить тебя из этой пещеры книжного червя и вернуть к нормальной жизни! – с озорством в голосе парировала Шерон.
– Но я не хочу… – уже с раздражением, но мягко ответила я.
– А как насчёт того, чтобы вырваться из этой комнаты? Мы можем пойти в кафе, выпить кофе. Или что, если заглянем на вечеринку, которую Кайл организовал у себя дома на выходных?
Кайл, её парень, капитан футбольной команды, мгновенно привлёк её внимание в первый же день занятий. Он был душой компании, всегда на виду, всегда в центре внимания, харизматичный и уверенный в себе, и они с Шерон прекрасно подходили друг другу. Шерон жила в своём ритме, где на первом месте стояли эмоции и страсти. Её отношения с Кайлом выглядели как воплощение идеальной парочки.
– Вечеринка? – переспросила я, удивленно подняв брови. – Я даже не знаю…
– Потом дочитаешь! Всё потом! – категорично заявила она. – Это как раз то, что тебе нужно! Это будет весело, тебе просто необходимо общаться с другими людьми, ты же совсем друзей себе не заводишь, это ненормально!
– Но зачем мне кто-то ещё? У меня же есть ты, и этого более чем достаточно, – ответила я с мягкой улыбкой, надеясь, что это сработает и она от меня отстанет.
Шерон, чуть смягчив тон, обняла меня и сказала с улыбкой:
– Я тоже тебя люблю, малышка, но тебе нужно чаще выходить из зоны комфорта, больше общения, новых эмоций и впечатлений. Это важно для тебя, для твоего состояния! Твои эти, как их там? А! Флешбеки – это всё из-за того, что тебе не хватает веселья! Ты не можешь всё время прятаться за учебниками.
Она была настойчива, и, хотя я пыталась увильнуть, в конце концов, ей удалось убедить меня пойти.
На вечеринке атмосфера была живой и энергичной, каждая деталь способствовала созданию незабываемого настроения. Музыка звучала на полную мощность, зажигательные ритмы заставляли людей танцевать и создавать непередаваемую атмосферу веселья. Все вокруг улыбались, общались, и казалось, что в воздухе витает энергия, способная вдохновить даже самых скромных участников.
Люди собирались в группах, ведя динамичные беседы, поднимая бокалы с напитками и обмениваясь шутками. Весёлые крики и смех наполняли пространство, создавая ощущение единства и дружелюбия. Некоторые танцевали, другие просто наслаждались музыкой и компанией друг друга.