Босс скучает
Шрифт:
– Не в честь чего, а в качестве. В качестве извинения.
Я думаю, что извиняться ему все же не в чем, но качаю головой и неожиданно сбалтываю.
– Кажется, у тебя вошло в привычку покупать мне обувь.
Герман вскидывает взгляд, и оба мы знаем, о чем сейчас думаем. О том дне в Рио на рынке хиппи и о шлепках. Они, кстати, до сих пор пылятся в моем шкафу, ждут следующего лета, когда я опять не решусь их надеть. А выкинуть как-то рука не поднимается. Да и удобные они, чего уж врать.
– Пойдем, – сметает он любые мои возражения одним коротким словом и тянет
Глава 13
Когда утром открываю глаза, вижу черные туфли на высоких каблуках. Классические, идеальные, подходящие практически под любой наряд. Они стоят на столике возле окна. Видимо, я вчера была совсем не в себе, что примостила обувь на столешнице, а не под ней.
Эти туфли словно немое доказательство моей неосмотрительности. Опасно ступать на новый уровень взаимоотношений. Боссы не покупают обувь своим подчиненным. А подчиненные не принимают таких личных подарков, как предметы одежды, от своих руководителей.
Я будто нарушила негласное правило. Вернее, два. Два правила. Второе – не сближаться с Германом ни при каких обстоятельствах. Эти четыре дня бок о бок, кажется, показали, что мы вполне сносно можем общаться, оставаясь в рамках деловых отношений.
Только вот мое несостоявшееся падение спутало все карты. Он прикоснулся ко мне. Утешал меня. Заботился. И я… растаяла, как обычная девчонка.
Как когда-то уже таяла и млела от него.
Похоже, и до сих пор таю. И ни его поступок, ни моя небольшая месть никоим образом этого не изменили.
Ничего себе… небольшая… Она могла бы сломать ему жизнь, но, видимо, не сломала. Раз уж были в биографии Германа и Швейцария, и карьера, и успех.
На часах почти восемь, и так неохота вылезать из кровати, но я делаю над собой усилие, попутно отписываясь Островскому, что буду к полудню. Решение провести региональное совещание не из офиса приходит внезапно, да я уже сотни раз это делала. Вся необходимая информация есть на моем ноуте. Нет надобности нестись прямиком на работу.
Вслепую нашариваю тапочки у кровати, подхватываю ноут под мышку и иду на кухню. Заодно и позавтракаю без спешки.
Мое белое царство встречает меня идеальной чистотой. Когда-то я тут сделала прекрасный ремонт, накупила дорогой техники, всяких прибамбасов для кухни. Да, раньше, бывало, я что-то себе готовила. Последнее же время питаюсь едой исключительно на вынос или предпочитаю ужинать в многочисленных заведениях Питера. Мне все еще странно возвращаться в пустую квартиру. В командировках я постоянно была окружена людьми, а тут – предоставлена самой себе. Родителей несколько лет назад отправила на ПМЖ к морю. У отца больные суставы, а там он вполне чувствует себя человеком. Да и мама расцвела, ухаживая за собственным домом и садом, а не замуровывая себя заживо в одной из каменных многоэтажек Питера. Друзей у меня тут тоже маловато осталось, это еще Руслан постарался, а мне потом было не до налаживания контактов. За исключением Риты. Только она в курсе моей истории, и встреча с ней – лишнее о том напоминание.
Аленка подключается самая первая к конференц-звонку
– Привет, спасибо, что согласилась помочь, – искренне благодарю я.
– Привет, да все нормально, я очень рада на самом деле. Хотя, – мой помощник загадочно улыбается, – меня никто из компании не выгонял, представляешь. Все хотела тебе написать, да к родственникам Денчика в гости ездили. А его родня как черная дыра – засасывает. Я сейчас в отпуске, но раз такое дело, решила выйти из него досрочно.
– То есть не выгонял? – повторяю то, что уловила из болтовни Аленки. Я аж выпрямляюсь и приближаю лицо к монитору.
– Ну, мне предложили должность в другом отделе. Наш Нью-Островский не такой уж зверь, как тут все думали. Никого выпирать из компании не собирается. Другое дело, что некоторых не устраивает эти, как бы выразиться… пертурбации. А я поразмышляла, взвесив все «за» и «против», и решила согласиться, но я с тобой, пока нужна.
– Слушай, ты очень нужна, – бормочу я, все еще думая над словами Аленки, – а ты можешь оставаться моим помощником, но с выходом в офис, как думаешь? Я поговорю с шефом.
– Ага, могу, но, Варь, мне и на удаленке очень нравится, – она смеется, поднимая чашку с кофе и салютуя мне. – Главное, не надо нестись через половину города, да и к началу рабочего дня не опаздываешь.
Мы тихонько посмеиваемся, пока подключаются остальные, и я начинаю наше короткое, как обычно, совещание. У меня нет цели мариновать всех часами, обсуждая текущие задачи, эфемерные «кипиай» и раздавать приказы. В моем небольшом отделе каждый занят своим делом, находится в зоне своей ответственности и не нуждается в контроле. Идеально, в общем.
К полудню, как и обещано, я в офисе. Герман куда-то уехал, и почему-то я облегченно выдыхаю. Будто бы встреча с ним мне грозит лишним нервяком.
Вчерашнее «знакомство» с перспективными клиентами прошло успешно, и сейчас я решаю накидать небольшой отчет по этому поводу. В первую очередь он нужен мне самой. Да и Герману не будет лишним предоставить список дел, который у нас образовался. Строчу ему письмо по электронной почте. Нумерую пункты, по которым у нас остались незакрытые после встречи вопросы. И последним, что уж чистой воды ребячество, добавляю от себя: «Выпить по чашечке кофе». Мы же вчера так этого и не сделали.
«Ой, кажется, кто-то нарывается», – подключается мой внутренний голос, но я с ним абсолютно не согласна. Я ж Островскому не вечер с бокальчиком вина предлагаю, распитие кофе – такое невинное занятие.
Еще в сегодняшнем дне есть что-то странное. Я никак не могу понять, что именно, когда снисходит внезапное озарение – телефон заткнулся. Ну, да, кажется, он ни разу не звонил с момента моего прихода. Хмурюсь, тянусь к трубке. Вроде есть гудок. Встаю с кресла и приседаю на корточки, желая проверить, все ли в порядке и подключен ли второй кабель к телефонному каналу. В этот момент в офис вваливается Герман. Шумно распахивает дверь, принося с собой свежесть осенней улицы и собственную харизму, мигом заполнившую приемную.