Босс Мэн
Шрифт:
– Замечательно, - рассмеялся Чейз.
– Я до сих пор так делаю, даже не осознавая этого. Иногда ловлю себя на том, что напеваю песню, которая отражает мои текущие мысли.
– Надеюсь, в ближайшее время ты не будешь напевать Джонни Пэйчека.
– Джонни Пэйчека?
– У него есть песня «Возьми эту работу и засунь ее куда подальше». Я бы
– Позволь мне угадать. Ты имеешь в виду его сингл «Давай начнём»?
– Ты ведь, как и я, понимаешь, что однажды будешь ее напевать, верно?
– У тебя только одно на уме, да?
– фыркнула я.
– В последнее время так и есть.
– Чейз странно посмотрел на меня, словно сам недоумевал по поводу своего ответа.
– Подобные мысли постоянно курсируют в моей голове.
Я рассмеялась, словно это была шутка, но что-то подсказало мне, что он говорил правду, что он действительно все время думал обо мне. Или, возможно, я просто выдавала желаемое за действительное, учитывая устойчивое направление своих собственных мыслей.
– Как твой брат потерял слух?
– спросил Чейз, меняя тему.
– Ты упоминала, что это произошло в результате несчастного случая. Спортивная травма?
Я не любила говорить об этом, но учитывая то, что Линдси недавно рассказала мне о подруге Чейза, полагала, что он один из немногих людей, кто сможет понять. Признаться честно, я стала немного одержима этой историей и невольно задавалась вопросом, могло ли то, что мне пришлось пережить в прошлом, и то, что пережил Чейз, незримо объединить нас.
– Когда мне было девять лет, а Оуэну соответственно десять, в районе, где мы жили, начались квартирные кражи. В основном мы с Оуэном были предоставлены сами себе. Родители уходили на работу, прежде чем мы отправлялись в школу, и возвращались, когда мы уже были дома. Кроме того они не ладили между собой, и отец частенько уезжал на несколько дней из города, так что наша квартира большее количество дня пустовала. Однажды во вторник нас отпустили из школы пораньше, так как у учителей была запланирована какая-то конференция, и, войдя в дом, мы с братом наткнулись прямо на двоих воров.
– Дерьмо! Прости, Риз, я понятия не имел. Я не должен был спрашивать.
– Все в порядке, Чейз. Я редко говорю об этом, но это часть того, кем я являюсь, и кем сейчас является Оуэн, к худшему или к лучшему. Несмотря на то, что Оуэну было всего десять, - продолжила я, - он оттолкнул меня к двери и стал звать на помощь. Один из грабителей держал в руках нашу игровую приставку «Xbox» и запустил ею брату в голову. Она раздробила ему височную кость и разорвала нерв. В больницу Оуэн попал с сотрясением мозга, а спустя некоторое время выписался с диагнозом «Постоянная нейросенсорная потеря слуха».
– Черт побери, вы же были просто детьми!
– воскликнул Чейз.
– Могло быть и
– А ты? Ты не пострадала?
– Пока не приехала скорая я пыталась позаботиться об Оуэне и, упав, проткнула руку обломком «Xbox».
– Подняв правую руку, я показала Чейзу едва заметный звездообразный шрам между большим и указательным пальцами.
– Мне даже не потребовалось накладывать швы, все само зажило. Знаешь, это даже смешно. Получивший серьезную травму Оуэн ведет себя довольно беззаботно, я же физически почти не пострадала, но ставлю на свою дверь дополнительные замки и по нескольку раз в день заглядываю за шторы и на заднее сиденье машины. В некотором роде можно сказать, что я боюсь собственной тени.
– Ты ведь не оглядываешься на заднее сиденье, когда ведешь машину?
– спросил Чейз.
– Нет, такого не было, - ответила я, не понимая, куда он клонил.
– Вот видишь, значит, ты не позволяешь страху контролировать тебя и диктовать, что делать. Когда ты смотришь своему страху в глаза и продолжаешь жить – это сродни мужеству.
Я благодарно улыбнулась. Этот мужчина не мог выбрать более правильные и верные слова.
И снова я почувствовала ее, ту невидимую связь с Чейзом, которую ощутила при первой же нашей встрече. Я не могла объяснить или увидеть ее, я просто знала, что она есть. Именно поэтому я была убеждена, что Чейз поймет меня, и это же заставило меня захотеть лучше понять его.
– Спасибо. Не знаю почему, но мне всегда казалось, что ты знаешь, что именно мне нужно услышать.
– Я усмехнулась.
– Даже тогда, в коридоре ресторана, когда ты сказал, что я веду себя, как стерва.
– Этих негодяев поймали?
– Полиции потребовалось несколько месяцев, но, в конце концов, они их арестовали. Узнав об этом, я продрыхла сутки напролет. После несчастного случая я взяла в привычку спать на полу в комнате брата и просыпаться от каждого шороха.
– Мне очень жаль, что тебе пришлось пережить такое.
– Спасибо.
Раньше, вспоминая об этом дне, я всегда ощущала грусть, но сегодня почувствовала странное спокойствие и облегчение, и была готова перейти к более легким темам.
– Итак, ты умеешь готовить? – спросила я.
– У меня припрятано несколько тузов в рукаве, - лукаво ухмыльнулся Чейз.
– Ну, давай посмотрим, что же ты можешь сделать, Босс Мэн.
Чейз поставил сковороду на плиту и бросил несколько кусочков хлеба из цельной пшеницы на гриль. Затем он достал довольно причудливое сочетание продуктов, среди которых были ананас, сливочный сыр и мешочек с орехами.