Борджиа
Шрифт:
Как только в Италии установился мир, Каликст дает приказ о начале предваряющих крестовый поход действий. Архиепископ Таррагоны Педро Урреа вооружил корабли на деньги, которые он собрал, будучи легатом, в Каталонии и в королевствах Арагонском и Валенсийском. Папа поручает ему командование своими кораблями, отправляющимися освобождать греческие острова из турецкой блокады. Увы, вместо того чтобы надуть паруса и отплыть в Грецию, архиепископ присоединяется к флоту короля Неаполитанского, который разграбит все генуэзское побережье. Каликст понимает, что еще раз обманут. Вскоре он отрешает от должности Урреа и его сообщников. 17 декабря 1455 года кардинал Луиджи Скарампо назначен главным капитаном и адмиралом флота. Папский декрет дает ему полномочия легата в Сицилии, Далматин, Македонии, Греции, а также на всех островах и во всех провинциях
Из бухгалтерских книг мы можем узнать, что закупалось осенью 1455 года и в течение следующей зимы: железо, смола, строительный лес, каменные и свинцовые пушечные ядра, арбалеты, стрелы, каски, кирасы, копья, шпаги, пики, цепи, канаты и якоря, пологи, флаги и палатки.
Наконец 31 мая 1456 года, в день Святой Петронилы, папа своей собственной рукой прикрепляет крест на плечо кардинала-адмирала, который ведет суда, построенные на римской верфи, вниз по течению Тибра, к Остии. Пройдет три недели, и двадцать пять кораблей, несущих триста пушек, выйдут в море. На борту находятся тысяча моряков и пятьсот солдат, прибывших, главным образом, из папских провинций. У кардинала Скарампо многонациональный штаб: португалец Велуско Фуринха — вице-адмирал, а также арагонец Алонсо де Калатамбизо — прево. Флот берет курс на Неаполь, король которого, чтобы примириться с папой, пообещал пятнадцать галер.
В течение лета папский флот действительно поможет греческим островам изгнать турецкие гарнизоны. Но может ли папа сам продолжать военные действия? Ни одно из европейских государств не сдержало своих обещаний. Так, король Франции Карл VII, пообещавший тридцать кораблей, все-таки их вооружил, но направил против Англии и Неаполя! Большинство европейских государей сделали то же самое, за исключением нескольких маленьких государств, например, маркизата Мантуанского. В такой ситуации мог бы прийти в отчаяние и более закаленный человек. Но Каликст не складывает оружия. Он продолжает продавать предметы искусства и драгоценности, собранные его предшественниками. Однажды, как сообщает отец Габриель де Вероне своему другу Жану де Капистрану, папа, увидев на столе солонки из позолоченного серебра и другие драгоценные приборы, восклицает: «Заберите, заберите все это для турок. Мне достаточно и глиняной посуды!» Чтобы внести свой вклад в защиту Святого Евангелия и истинной веры, он готов ограничиться льняной митрой. Его рвения не могут охладить ни трудности, ни возраст. «Только трусы боятся опасности, — заявляет он. — Славу обретают на поле брани!»
Восточная Европа всегда давала христианам многочисленные возможности прославиться на службе истинной веры. С июня 1456 года Магомет II осадил Белград армией в сто пятьдесят тысяч солдат, которую поддерживала артиллерия в триста пушек. Ему противостояли: Янош Хуньяди, доблестный венгерский предводитель, и два Жана, посланника Каликста III, — Жан де Капистран и кардинал Жан Карвахаль, папский легат. Хуньяди, прорвав блокаду, смог 14 июля ворваться в город и через неделю вынудил султана Магомета II снять осаду. За этой прекрасной победой, к несчастью, последовала смерть Хуньяди и де Капистрана, болезнь унесла одного 11 августа, а другого — 23 октября.
Король Владислав Венгерский наметил возобновление кампании на осень. Немецкие солдаты под командованием Ульрика де Силли присоединились к его армии в Белграде, но вспыхнула драка между немцами Силли и венграми Владислава Корвина, сына Яноша Хуньяди. Король Владислав отомстил за смерть Силли, обезглавив Владислава Корвина. Начавшиеся кризис и беспорядки положили конец крестовому походу. Кардинал Карвахаль отправил крестоносцев по домам.
Участие немцев в святом начинании всегда порождало проблемы. Размер контрибуций, потребованных у населения, вызвал глубокое раздражение, которое повлекло за собой созыв собрания выборных в Нюрнберге и Франкфурте-на-Майне: невзирая на папские просьбы немцы потребовали восстановления свобод, обещанных в Констанце и Базеле. Результаты выборов церковных сановников не должны были больше отменяться римским двором. Без особого результата кардинал Пикколомини боролся, защищая позиции папства, против Мартина Майра, канцлера князя-архиепископа Майнцкого.
К счастью, пока дело крестового похода принимало плохой оборот в Германии, христианский мир добился значительных преимуществ на других полях сражений. Национальный герой Албании Георг Кастриоти, или Скандербег, прозванный Каликстом III «Атлет Христа», разбил в Тармонице в июле 1457 года армию турецкого военачальника Исы-бея. Через месяц папский флот под командованием Скарампо разгромил турецкий флот в Метелине и взял в плен двадцать пять кораблей. В Венгрии спор
Со своим бывшим покровителем Каликсту не везло. После случая с буллой in Coena Dominiих отношения постоянно ухудшаются. Летом 1457 года конфликт снова вспыхивает из-за епископских назначений. Папа угрожает королю отлучением от церкви и низложением. Но без мощного неаполитанского государства нельзя вести крестовый поход. Тогда папа пытается договориться. Когда в октябре 1457 года красавица Лукреция д’Аланьо приезжает в Рим, папа, возможно, под влиянием кардинала Родриго, который пытается сблизить оба двора, оказывает почетный прием прекрасной даме. Но король отказывается от всяческого примирения. Утомившись, Каликст его публично позорит: «С того дня, когда Альфонс стал властителем Неаполя, Церковь не знает покоя. Он постоянно терзал моих предшественников, Мартина, Евгения, да и меня самого. Но я полон решимости, если случится ему умереть, избавить моих наследников от этого рабства. Я сделаю все возможное, чтобы помешать его незаконнорожденному сыну Ферранте унаследовать его корону».
В начале лета следующего года, как предсказывал папа, Альфонс тяжело заболел. Он умирает 27 июня. Едва узнав о его кончине, Каликст немедленно начал улаживать оставшиеся нерешенными проблемы между Римом и Неаполем. Будучи папой, он сохранил епископство Валенсийское, доходы от которого измерялись в 18 000 дукатов. Он возвел его в ранг архиепископства и поручил управлять своему племяннику, кардиналу Родриго. Он доверяет епископство Геройское своему датарию Козимо де Монсеррато. Другие арагонские бенефиции распределены между кардиналом Луисом Хуаном и членами семьи Борджиа. Папа заявляет, что королевство Неаполитанское подчиняется Церкви. Незаконнорожденный сын Альфонса Ферранте не может никоим образом надеть корону. Если удастся доказать, что королевство на законных основаниях принадлежит Рене Анжуйскому, папа ему его отдаст, если же нет, то он сделает его вотчиной того, кто покажется ему способным им править. Проходит слух, что он хочет доверить корону Неаполитанскую своему племяннику, капитану Церкви дону Педро, перед тем как его провозгласить, по выражению дипломатов, императором Востока или, по крайней мере, царем Кипра!
Во всяком случае, буллой, опубликованной в Риме 14 июля, папа объявляет королевство Неаполитанское выморочным имуществом. А неаполитанцам запрещает приносить присягу на верность кому бы то ни было.
Появление этой буллы потрясает весь христианский мир. В Риме она вызывает вздорожание пшеницы. Один из консерваторов заявляет, что римляне будут вынуждены выбирать между папой и Ферранте. Но на Каликста это не производит никакого впечатления. Он приказывает дону Педро подготовить военный поход против Ферранте, которого называет «маленьким бастардом, сыном неизвестного отца». «Этот ничтожный мальчишка берет королевский титул без нашего разрешения. Неаполь принадлежит Церкви; это собственность святого Петра. Когда-то Альфонс не захотел принять королевский титул без согласия Святого престола, а Мы тогда были его советником и утвердили его в этом намерении… Пусть Ферранте отречется от захваченного титула, пусть отдаст себя в наше распоряжение, и Мы будем к нему относиться как к нашим собственным племянникам».
Разумеется, Ферранте отказывается повиноваться. Он созывает парламент в Капуа и просит у баронов поддержки против несправедливых требований папы. Приказывает избить палками посланника, привезшего буллу от 14 июля в его королевство, и в то же время подает апелляцию об отмене папского решения. В момент полного разрыва, 21 июля, жесточайший приступ подагры сковал старого папу. Едва придя в себя, он начинает распределять бенефиции королевства Неаполитанского среди своих родственников. 31 июля он отдает Террачине Беневенте своему племяннику Педро Луису, а 1 августа он передает архиепископство Неаполитанское кардиналу Тебальдо, брату своего врача. Он вверяет богатейшее епископство Леридское своему племяннику Луису Хуану, Родриго получает вице-канцелярию Римской церкви, папа же готовится создать новые должности для каталонских и римских кардиналов.