Борден

Мусаниф Сергей Сергеевич

— Говорили, — согласился Гарри. — Но это не объясняет.

— Увы, — сказал Савельев. — Мы пытались найти у мишеней какие-то общие места, но пока в этом не преуспели. Разные люди, разный возраст, разные сферы деятельности.

— А если нет никаких общих мест? — поинтересовался Гарри. — Если нет никаких закономерностей? Если все определяет рандом?

— Случайная выборка? Нет, не думаю. В этом нет никакого смысла.

— Так зачастую его и нет, — сказал Гарри.

— И как мне с этим работать?

— Я не знаю, — сказал Гарри. — Вы полковник,

вы и думайте.

Савельев вздохнул.

— Какие у вас дела в Москве?

— Я занимаюсь инвестициями, — сказал Гарри. — Встречался с людьми, претендующими на вложения, знакомился с их проектом.

— И как? Будете вкладывать?

— Нет.

— Из-за этой серии инцидентов?

— Нет, — сказал Гарри. — Причем тут это вообще? Просто они мне не понравились и стартап у них вторичный. Он не взлетит.

— Как вы это определяете?

— А вам на самом деле интересно?

— Нет, — сказал Савельев.

— Если вы исчерпали другие темы для разговоров, то я могу пойти к себе в отель, — сказал Гарри. — Может быть, на этот раз я до него даже дойду. А завтра утром меня ждет самолет в Лондон.

— Не боитесь летать? Учитывая обстоятельства?

— А вам известен какой-то другой способ попасть в Лондон в течение, скажем, суток? — поинтересовался Гарри.

Борден не боялся летать, но его в принципе нервировало, когда он находился в транспортном средстве, которым управлял кто-то другой. Поэтому и личного шофера у него никогда не было.

— А если я попрошу вас задержаться в Москве? — спросил Савельев.

— Зачем?

— У меня сложилось впечатление, что плотность покушений на вашу персону в Москве…э… несколько возросла, — сказал Савельев. — Возможно, здесь есть какая-то закономерность. Возможно, если вы останетесь и покушения продолжатся, мы сможем ее найти.

— Или вы просто хотите дать убийцам лишние шансы, — предположил Гарри.

— Зачем мне это?

— Откуда мне знать? Но если вспомнить сентенцию про яичницу… я вполне допускаю, что вы можете пожертвовать моей жизнью ради того, чтобы получить хоть какой-нибудь ответ.

— Мне кажется, вы нас излишне демонизируете, — сказал Савельев.

— Предосторожность, — сказала Гарри. — Никогда не бывает излишней. Вам известны другие люди-мишени, помимо нас троих?

— Еще четверо. На данный момент все они уже мертвы.

— Семь человек — это уже достаточно, чтобы сделать какие-то выводы, — заметил Гарри.

— Ничего общего, кроме того, что все они — люди, — сказал Гарри. — Но людей на планете семь миллиардов. Мы не знаем, кто и с какой целью это устроил. мы не знаем, как далеко готов зайти от, кто это устроил. Мы не представляем, какие у этого могут быть последствия. И это заставляет нас нервничать больше всего.

— То есть, никакой схемы вы до сих пор не углядели?

— Нет, — сказал Савельев. — Этих людей ничего не связывало.

— Может быть, вы просто не там ищете эту связь.

— А где мне искать? — спросил Савельев. — У вас есть какие-то соображения?

— Нет,

конечно, это было просто высказывание общего плана, — сказал Гарри. — Я узнал об этой проблеме только от вас, откуда же мне знать, как она решается?

— Свежий взгляд, — предположил Савельев. — Может быть, у меня уже глаз замылился.

Гарри покачал головой.

— Нет, — сказал он. — Простите, но нет. Ничем не могу вам помочь.

— Жаль, — сказал Савельев. — Сегодня утром на вашу машину упала бетонная плита.

— Думаете, крановщик тоже в игре?

— Не знаю, — сказал Савельев. — Кабина была пуста, крановщика до сих пор ищут.

— Ну, сбежать после того, как напортачил — это очень по-человечески, — заметил Гарри. — Не вижу в этом ничего удивительного.

— Признаться, я тоже, — сказал Савельев. — Меня удивляет другое. Я посмотрел записи с камер наблюдения. Вы почти уже сели в машину, когда это произошло, и отпрыгнули в самый последний момент, при этом даже не посмотрев вверх. Как вам это удалось?

— Бетонные плиты падают не бесшумно, — объяснил Гарри. — А у меня рефлексы. Слышу приближающийся непонятный звук — прыгаю в сторону.

— Полезные рефлексы, — оценил Савельев. — Но откуда они у обычного бизнесмена?

— Все еще подозреваете, что я игрок? — спросил Гарри.

— А что мне еще остается думать? — поинтересовался Савельев. — У вас нечеловечески быстрые рефлексы, вы уворачиваетесь от пикирующих на вас бетонных плит, ловите гранаты в воздухе и выбрасываете их на улицу через довольно частую решетку, вы деретесь, как спецназовец, хотя нигде никогда не служили, вы убили орка ударом трофейного ножа в глаз, даже не удивившись, откуда в центре Москвы средь бела дня взялся орк, и, что самое подозрительное, вы сохраняете такое хладнокровие, будто привыкли проделывать все эти подвиги каждый день. Как у вас это получается?

— Я не задумываюсь, — объяснил Гарри. — Простое делаю и все.

— Так не бывает.

— Вы спорите не со мной, — сказал Гарри. — Вы спорите с фактами.

— Либо вы мне лжете.

— Зачем мне это? — спросил Гарри. — Вы же не убиваете игроков, если я правильно понял. Один из них на вас даже работает.

— Чужая душа — потемки, — сказал Савельев.

Реальность снова подернулась рябью, но Савельев, казалось, этого не заметил.

— Сейчас, — сказал Гарри.

— Что сейчас?

Портал открылся под потолком, и оттуда, из черного горизонтального провала, прямо на стол со стоящими на нем чашками кофе, спрыгнул ниндзя.

Ну, или мумия, побывавшая на заводе по переработке отходов в тот момент, когда там жгли резину…

Затянутая во все черное фигура ловко приземлилась на стол, сверкнул короткий меч. Гарри увернулся, бесцельно отступая к стене. Савельев шагнул в сторону, потянулся к неприметному шкафу, из которого до этого доставал термос с кофе.

Ниндзя резво спрыгнул со стола, метнулся к Гарри, взмахнул мечом. Гарри перехватил руку с оружием, покрутил запястье.