Борьба
Шрифт:
У меня те же права, что и у тебя. Мы имитируем маневр противника в сходных условиях.
У меня больше прав, чем у тебя. Имитация маневра противника в более благоприятных условиях.
Твоя атака потерпела неудачу. Мы атакуем подразделение, оказывающее на нас большое давление, и заставляем его отступать.
Моя атака потерпела неудачу. Страты, оказывавшие сильное давление, перебрасываются в места с низким давлением.
Я терплю поражение, но я дорого продам свою жизнь. Я оказываю
Я в отчаянии. Берегись. Атака или подготовка атаки на превосходящие силы противника.
Ты потерпел поражение. У меня нет необходимости тебя атаковать. Армостия противника практически истощена. Занимаем оборонительную позицию.
Ты должен атаковать меня, или ты потерпишь поражение. Операция, которая очень сильно уменьшает армостию противника.
Ты добился незначительного успеха. Я продолжаю борьбу после потери слабого места.
Успех, к которому ты стремишься, не имеет большого значения. Мы не оказываем помощь нашему слабому месту, которое атакует противник, но постараемся продать как можно более дорогой ценой. Энергичные контратаки и другие активные действия.
А не сильнее Б. Давайте сравним их. Б вступает в борьбу с А. Ни одна из сторон не отступает.
Я признаю, что А сильнее Б. Б уходит от угрозы А, отступая или присылая дополнительные силы.
Меня не интересует, сильнее ли А, чем Б. Б отбивает атаки А, но не предпринимает никаких усилий для контратаки.
Я хочу тебя уничтожить. Операции, нацеленные на истощение армостии противника.
Я хочу заставить тебя отступить. Концентрация давления на позиции противника, при этом мы не пытаемся затруднить ему отступление.
Я хочу, чтобы ты понес серьезные потери. Готовим мощную атаку, одновременно нанося ущерб армостии отступления противника.
Ты сильней, но у тебя нет права требовать так много (от меня или от судьбы). Мы входим в несколько мест с сильным давлением, чтобы затем перейти в атаку, хотя очевидно, что мы слабее. Эта атака направлена на те силы противника, которые собираются занять позиции, представляющие для нас очень большую угрозу.
Я использую настоящий момент. Прилагаем большие усилия.
Момент кризиса еще не настал. Никаких усилий не прилагаем.
Скоро наступит кризис. Занимаем точки с маленьким давлением, из которых можно оказывать воздействие на противника, не прилагая больших усилий.
Я знаю, что удержать позицию трудно, но сделаю все, что смогу. Тяжелая оборона. Слабая контратака. Отступаем оттуда, где не можем удержаться.
Конечно, величина, вид и расположение слабых мест, давления, защитных укреплений и т. д. могут очень сильно различаться, и это делает язык маневров бесконечно многообразным. Поэтому мы не можем вдаваться в детали, да это и не нужно. В наших рассуждениях важно то, что этот язык существует и что его можно выучить. И то и другое вынужден признать даже самый отъявленный скептик. Ведь и в борьбе
В основе каждого маневра находится конкретная идея, и наоборот, всякому представлению о природе слабых мест, функций отдельных страт, давления и т. д. соответствует ряд маневров. Полководец составляет свое суждение о каждой из этих величин, и его решение является следствием его суждения. В его голове происходит соответствующий мыслительный процесс. Сначала анализ ситуации, потом желание взять ситуацию на поле боя под свой контроль и в конце поиск маневров, соответствующих поставленной им перед собой задаче.
В основе каждого маневра находится конкретная идея, и наоборот, всякому представлению о природе слабых мест, функций отдельных страт, давления и т. д. соответствует ряд маневров.
Следовательно, действу на поле боя сопутствует еще одно действо. Бой – это физическое явление, а сопутствующее действо – явление идеальное, это дискуссия, которую ведут полководцы языком маневра. Победа на поле боя одновременно означает идейную победу в споре мыслей.
Сопутствующее действо можно сравнить с математическим трудом, судебным процессом или работой законодательного органа. Если первоначальное действо – это борьба между тремя и более сторонами, то такой же может быть и сопутствующее действо. Такая борьба напоминает словесную дискуссию в парламенте. Но, как правило, речь идет о борьбе между двумя сторонами и решении задачи одной стороной. Таким образом, основным прототипом сопутствующего действа можно считать правовой спор или математическую задачу.
Бой – это физическое явление, а сопутствующее действо – явление идеальное, это дискуссия, которую ведут полководцы языком маневра.
Для этих типов борьбы действуют два принципа: принцип работы и принцип бережливости.
В правовом споре каждая из сторон выдвигает свои претензии. Одна сторона обвиняет, утверждает, приводит аргументы в защиту своих утверждений. Другая сторона защищается, старается разбить утверждения обвиняющей стороны и выдвигает контробвинения. Пункт за пунктом объективный судья оценивает все аргументы сторон. И выяснив все важные моменты, он выносит свое решение. Сведения, которые к делу не относятся, он оставляет без внимания. Он учитывает противоречия. Следовательно, он настаивает на применении принципа ценности. Хорошие адвокаты не прилагают лишних усилий. Тем самым они признают принцип бережливости.
Примерно то же самое и в математической теореме. Ее жизнеспособность зависит от способности служить познанию истины. Следовательно, здесь действует принцип работы. Доказательство должно быть максимально кратким, а его информативность максимальной. Следовательно, здесь действует принцип бережливости.
Если основное действо конструктивно, то сопутствующее действо не может быть деструктивным. Это можно доказать следующим образом. Любой аргумент, который можно выдвинуть в сопутствующем действе, находит свое выражение в маневрах и наоборот. Потому что в принципе неважно, сообщаем ли мы наши мысли вербально или посредством действий. Поэтому деструктивный маневр не может быть конструктивным в другом действе, происходящем параллельно с первым.