Борьба с членсом
Шрифт:
— У! У!
— А что такое Соль? — громогласно спросил он самого себя, обретая с каждой фразой какую-то маниакальную убежденность.
— Соль… это… Это — венец мира, смысл чудес, радость гнева, душа прелести, запах тайн, росток истины, вкус духа! Я ясно излагаю?
— У!
— Соль — это сад света, суть смерти, звук неба, сердце Вселенной, лира мира, молитва битвы, горение наслаждения! Понятно?
— У! У!
— Соль — это зерно неведомого, зарница сладостного. край рая, корень благодати! Уяснили?
— У! У! У!
— Соль — это сущеность процесса превращения
— У! Так!
— А он происходит всегда! — воскликнул Цмип, входя в раж. — И вы, может быть, более всех остальных, заслуживаете Соли, и вот я пришел сюда, дабы дать вам не луч, который вам уже принес Слад, а Соль. Я, можно сказать, пал, низвергнулся со своих высот, чтобы направить вас, чтобы вас спасти, я отринул…
— Мне все ясно! — вдруг потрясенно перебил его Бедрила. — Ведь это именно то самое, что я испытывал сегодня ночью! Ай, да я, ай, да Цмип! Вы ведь — Цмип, правильно? Да, вы — взаправду наш мессия… Можете всегда на меня рассчитывать, да я за эту
вашу Соль любого испепелю… Да я…
— Молодец, Бедрила! — похвалил его Слад.
— Молодец, Бедрила, — автоматически повторил Цмип, с ужасом поня, что вмиг потерял нить своей проповеди.
Вновь наступило молчание.
— А что для этого надо? — вдруг громогласно обратился ко всем Слад, приходя на помощь лишившемуся из-за Бедрилы речевого азарта Цмипу.
— Что? — жадно посмотрел на него Бедрила, выпустив вверх из своего щупа тонкий зеленый луч.
— А что? — шепнул Цмип Сладу. — Я же не знаю… Давай, теперь ты говори им…
— Теперь помолчи! Ты все отлично сказал. скромность, правда, тебя не украшает, но это тебе и не к чему — она, вообще, очевидно, удел исключительно столь любимых тобой жочемуков и прочих… чморазов.
— Э!..
— Бее!.. Молчи теперь и величественно смотри поверх своей согбенной паствы!
Цмип слегка откинулся назад, гордо вытянув перед собой все свои четыре руки.
— Итак, возлюбленные мною солнышки, — сказал Слад, — что же нам делать, чтобы как-то приблизиться к нутру указанной нашим Мессией, в качестве основополагающей цели высшего бытия, Соли? Необходимо вначале подчеркнуть, что я полностью разделяю его
Соляной восторг и трепет, так как я был днажды на Звезде и лицезрел всю эту высшую, сладостную реальность своими собственными приспособлениями для глядения, воспринимая духом истину и святую славу только что Цмипом изложенного. Да, все есть именно так, как есть, а должно быть везде так, как в Звезде! Соль должна объять мир, и вы будете ее переносчиками и прививателями в остальных частях нашей, погрязшей в собственной пустоте, Вселенной! Именно вы — солнышки, лучшие из солнышек, преобразованные мною солнышки!.. Согласны ли вы пойти на все, что угодно, пойти за нами, чтобы заСолить абсолютно всех, на кого мы укажем, без тени собственных мыслей, сомнений и страха?…
— Да! — поспешно и радостно ответил Бедрила.
— Я не слышу остальных, — вдруг надменно молвил внушительно стоящий рядом со Сладом Цмип.
— Ответ! — скомандовал Бедрила.
— У! У! У! — послушно, но как-то боязливо, прострекотали солнышки.
— Не
— Ну, ты даешь… — прошептал Слад.
— У!!!! — рявкнули солнышки так, что пыль поднялась с почвы, которую некоторые тут же стали жадно вдыхать ротиками.
— Они согласны, — пояснил Бедрила. — Они сделают все, что угодно, иначе…
— Все нормально, — успокоил солнышек Слад. — Мы знаем с чего нчать и как кончить, но вам мы все это объяснять сейчас не будем, поскольку все это достаточно сложно, странно и ужасно… Но не бойтесь. Страх, вообще, — головокружение успеха. А ужас
— его страх. В начале, мы должны массу всего сотворить и построить, а уж потом полетим воевать.
— Воевать? — удивился Бедрила. — полетим? С кем? Как?
— Всё это вы будете узнавать по мере развития происходящего. Но война будет веселой. Главное, что вам не нравилось в вашей жизни, была ведь скука, не так ли?…
— Так, — откуда-то сзади выстрекотал некий солнышко, получивший имя Солутан.
— Ну вот, вот… Так вот этого — заявляю сразу — больше не будет. Долой скуку, да здравствует Соль! И война!
— Но зачем война? — упорно спросил Бедрила.
— Ну что ты заладил, Бедрила!.. — рассерженно сказал Слад. — Соль — ведь это высший венец, а остальной мир ненавидит конец! Отсечем все ненужное и войдем в Соль! Ясно?
— Почти… — недоверчиво ответил Бедрила.
— А если мы всё завоюем, — снова застрекотал сзади Солутан, — то окажемся в этой… Соли? И что тогда?
— Вечное развитие и бесконечная новизна! — немедленно отреагировал Цмип. — И последняя капля скуки будет выдавлена из вас, словно смешное прошлое! главное — верить!
— А что мы должны строить? — спросил Бедрила.
— Антураж, — сказал Слад. — Вам понравится, войдете в раж. построим одну величайшую, глобальную пушку и много оружия и приспособлений. И нанесем мощный, невероятный удар по…
— По кому?! — нетерпеливо продолжил Бедрила.
— А вот все это, Бедрила, вы будете, как я уже сказал, узнавать по мере развития происходящего. Не торопи время, друг мой, или наслаждение обойдет тебя стороной и оставит тебя!.. А что может быть хуже существования без наслаждения? Только скука ипатологическая нехватка Соли! Поэтому, раздели-ка ты сейчас, Бедрила, всех солнышек на небольшие отрядики, а мы с Цмипом, посовещавшись, поставим перед ними уже вполне конкретные задачи. И не забывай, что ты — главный, Бедрила, ты — всеобщий контроль, который, не дай… Цмип, куда-то денется и сгинет! Без контроля, друзья мои, в самом деле скучно и тоскливо, уяснил?
— Я все понял, — серьезно сказал бедрила.
— Понял? Тогда приступай!
И Слад с Цмипом вдруг, не сговариваясь, одновременно молча поклонившись все еще сидящим на корточках своих трех нижних щупов солнышкам, неспеша повернулись к ним задами и воистину величественно направились к своему кубу, где и скрылись
"Что же будет?… — как-то потерянно подумал Бедрила. — Все это — то, или — не то? Они — те, или — не те? Впрочем. я это пойму, пойму, пойму. Ведь будущее — здесь! А в прошлом… в прошлом никогда нет нужды.