Боня-2

Смекалин Дмитрий Олегович

– А ты сразу всех жалеешь и помочь норовишь!
– судя по Светиному тону, это не было комплиментом.

– Если они такие опасные, как же ты на них детей оставила?

– Для детей они как раз неопасны. Это они не врали. Обращаться с детьми умеют, а наши, наконец, спать стали. А то я боялась, что у них что-нибудь в развитии неправильно пойдет. Да и сама впервые выспалась, немного в себя пришла. Народ, правда, из Академии весь в поселок сбежал, в самые дальние дома. Да Алехея с визитом заехала, но сразу на кораблях и сбежала. А дедушка Ди, который с ней приехал, при виде ламий прямо с обрыва в море сиганул!
– Света хихикнула, вспоминая.
– Так что

дома все тихо. Детей ненадолго оставить не страшно было. А вот тебя я уже боялась, что не увижу. Детей-то они обещали блюсти, а слово всегда держат. А вот про тебя непонятно было. Могли где-нибудь в глубине пещер спрятать, и не найдешь тебя потом никогда.

– Кто же меня насильно удержать сумеет?
– удивился Боня.
– Не спорю, к консенсусу (Света подняла бровь, но переспрашивать не стала) мы не сразу пришли, пришлось их прежнюю жрицу с должности снять, но с остальными быстро договорились. Так что не надо с ними ссориться. Мы теперь в одной команде. Вы бы лучше им с одеждой помогли, если есть запасная, а то они вечно перед носом голыми сиськами сверкают. (И на ухо тихо добавил: - Но у тебя все равно лучше!)

– У тебя с ними, что, ничего не было?

– У меня уже так давно ни с кем ничего не было, что пора из деусов в святые великомученики переводить!

В общем, конфликт кое-как удалось погасить. Симпатии между ламиями и вновь прибывшими дамами явно не наблюдалось, но все старались вести себя корректно. Одеждой и вправду поделились, но на следующий день на сутки экспедицию покинули, смотавшись в Денай за покупками. Отпускать Свету Боне очень не хотелось, но отнесся к ее желанию с пониманием. Только попросил и для ламий тоже чего-нибудь купить. Дракона немного поворчала, но просьбу выполнила. Правда, стоимость покупок всего гардероба змеелюдок явно была меньше каждой ее отдельной вещи. Ну да ладно, в походе шикарные шмотки ни к чему.

А еще Галадриэль прочитала Боне целую лекцию о том, какие нехорошие эти ламии вообще, а Са, Ца и Ша в частности. Но ничего нового не сообщила. Разве что в древности они все были знакомы и успели поцапаться еще в те времена. Из-за чего уже забылось, но отношение осталось. В змеиной форме ламии были почти неуязвимы и вели себя, по мнению Галадриэль, всегда нагло и вызывающе. Ну и сопровождавшая их массовая импотенция мужского населения симпатий к ним не вызывала.

Боня с несколько мстительным удовлетворением собственника подумал, что за высоконравственное поведение Улдуз он теперь может быть спокоен. От сына она явно далеко не отойдет, а значит и от ламий...

***

Света решила дней на десять примкнуть к экспедиции. Галадриэль, стало быть, тоже. Да и куда она могла "деться с подводной лодки". Только походная диспозиция поменялась. На Саше, которого она упорно называла Галахардом, ехала теперь Галадриэль. А Боня перебрался на Свету. Причем дракона далеко не все время летала, только на разведку. В основном, шла по земле. Все равно, скорость перемещения не превышала скорость лошадиного шага. Но на том, чтобы лично везти мужа настаивала категорически. И даже Гамаюна, садившегося Боне на плечо или на соседний спинной шип, терпела. Ламии в форме громадных змей прикрывали ее с трех сторон (с четвертой стороны позицию занимали пикси), а вся их группа обычно располагалась в арьергарде. При этом скорость передвижения лошадей существенно возрастала по сравнению с тем, когда они пытались возглавить колонну.

К брошенному ими кораблю инопланетян подошли

через неделю. И обнаружили, что он там не один. Над лежащей на земле тарелкой зависла точно такая же, а между ними тянулась уже знакомая Боне колонна яркого света. Возможно, внутри колонны перемещались какие-то тени, но точно разобрать было невозможно.

Тарелку заметили, естественно, издалека. Экспедиция остановилась в некоторой растерянности. Только кочевники быстро образовали вокруг "штатских" кольцо и повытаскивали луки из саадаков. Боня судорожно пытался решить, как лучше: попросить Свету и ламий превратиться в людей и попытаться прикинуться обычным караваном или сразу начинать готовиться к бою? Тогда в своем нынешнем виде они, как боевые единицы, могут больше.

Впрочем, с тарелки их заметили, возможно, даже раньше. Колонна света погасла, а сам корабль буквально прыгнул в их сторону. А еще через секунду луч света снова возник (в этот раз под углом градусов в шестьдесят) и уперся в Боню. Его резко выдернуло из седла, а вот Свету, наоборот, к земле прижало. Ламии метнулись, пытаясь его перехватить, но не смогли пробиться через границу света. Создавалось впечатление, что вокруг стенки из бронебойного стекла.

Боне невольно вспомнилось, как его точно также тащили в тарелку на полпути между дачей и железнодорожной станцией на Земле. Тогда он обрадовался приключению. Зря? Наверное, нет. Теперь его жизнь стала много интереснее и насыщеннее. Только повторный визит к инопланетянам, которых в этом мире называли мумриками, в его планы никак не входил. Еще унесут куда-нибудь в космос, а у него тут семья, друзья, да и дел полно! Нафиг, нафиг! Что там в прошлый раз помогло? Ману у них изъять? Получите, гады!

Боня убрал ману вокруг тарелки и решительно потянул и из нее. Полученный излишек немедленно переводил в твердое состояние и наращивал свой доспех. В прошлый раз было, вроде, легче. Мана тянулась, как при перетягивании каната, отчаянно пытаясь вырваться. Но Боня был сильнее, и, хоть и пыхтел от напряжения, явно выигрывал в этой схватке. Доспех вокруг него все рос и рос. Собственно, это уже был не доспех, а целая глыба янтаря, в которую он закопался. Да сколько же там маны, в конце концов?!

Отчаянная схватка на самом деле продолжалась недолго. Тащило Боню внутри колонны света, как и в прошлый раз, довольно медленно, но вот что он успеет откачать всю ману до того, как его затянут внутрь, уверенности не было.

Все-таки он успел. До дна тарелки оставалось уже меньше метра, когда лившийся из нее свет погас, а уже казавшийся открытым люк вновь превратился в сплошное днище. Боня стал падать вниз. В принципе, ничего страшного. Внутри такой глыбы янтаря он точно ничего себе сломать не сможет. Главное, не потерять концентрацию, и не дать мане хлынуть обратно.

Встрече с землей он даже обрадовался. Падал ногами вниз и теперь даже немного воткнулся в землю, как свая на стройке. Тряхнуло, но кости, вроде, целы. Главное - полет закончен. Но тут сверху на него свалился молот, вогнавший его в грунт целиком, "по шляпку". На голову Боне рухнула тарелка...

Что происходило тем временем снаружи, Боня видеть, естественно, не мог. Когда погасла колонна света, исчезло прижимавшее дракону к земле давление, и теперь она драла когтями крышу (или купол?) тарелки, пытаясь вскрыть ее аварийный люк. Ламии наверх не карабкались, они и так с земли прекрасно до люка дотягивались. Широко раскрыв пасти и вывернув под немыслимым углом нижние челюсти, громадные змеи пытались использовать верхние клыки, как консервные ножи. Бронебойный металл понемногу поддавался.