Bone Up
Шрифт:
Бри уже хотела перейти к следующему журналу, но наткнулась на рубрику «Психология». С позволения сказать наука в с позволения сказать журнале. Какая прелесть! Она решила методично подойти к вопросу, дабы безжалостно, предложение за предложением сокрушить каждую глупость (а их тут будет, ой, как много) в отместку за источник раздражения в кресле напротив.
Открывая статью, Бригита и не подозревала, что сорвала главный джек-пот в национальной лотерее. Вместо газетных статей с красочными фотографиями сыщика, дифирамбами в его честь по поводу разрешения очередного неразрешимого дела государственной важности и прочими проявлениями
И момент истины настал. Вниманию наивных и сердобольных читательниц представляли план действий, если не сказать атаки на мирно почитывающего отчеты Холмса. Броский заголовок «Мозговитость – новая сексуальность, Или как затащить в постель Шерлока Холмса» обещал несказанное удовольствие издевательского толка. «Снотворным», – подумала Бри и рассмеялась в подушку, чтобы не разбудить бедного доктора, видевшего сны о том, как он не высыпается куда.
Секс и Шерлок могли сосуществовать в одном предложении постольку поскольку. Он мог расследовать преступление на сексуальной почве, он мог выглядеть невыносимо, до боли сексуально и его мозг все чаще и чаще ставал объектом патологически-нестерпимого сексуального вожделения (если вы настолько ненормальны, как Бригита Гринвуд, естественно). Но высокоактивный социопат, ведущий развязную, черт побери, даже завязную сексуальную жизнь? Приступ гомерического хохота.
Главный герой и виновник неудержимого веселья отложил папку в сторону, сидел и молча сверлил Бри взглядом.
– Извини, Шерлок, но это выше моих сил, – прослезившись от сдерживаемого веселья, сказала она в оправдание. – Даже мои познания в брачных ритуалах народов мира отступают перед этой блестящей статьей.
– Может, перестанешь впустую тратить время на женские глупости и поможешь мне кое в чем разобраться?
– С превеликим удовольствием, дорогой. Автор материала авторитетно заявляет, что «участие в интеллектуальных играх Вашего партнера – серьезный шаг на пути к стабильным отношениям. Оказав поддержку в разрешении интересующих его вопросов, Вы можете смело рассчитывать на благодарность в постели», – она еле сдержалась, чтобы дочитать до точки, но потом опять согнулась в приступе веселья, уткнувшись в подушку. Журнал соскользнул на пол и закрылся. Нет, и как ей проводить операцию по соблазнению дальше?
Мистер Безразличие окаменел и горгульей наблюдал за тем, как Бри умирала со смеху. Лишь когда она успокоилась, вытерла слезы и отдышалась, он вернулся к прерванному разговору:
– Давай пробежимся по твоим выводам. Удар, послуживший причиной террасовидного перелома, был нанесен сзади. – Бри кивнула. – Он же послужил причиной смерти. – Опять кивок. – Тогда при каких сценариях мы можем получить надлом лучевой и локтевой костей?
– Следственная группа может легко смоделировать любые возможные ситуации при помощи симулятора. Сбегай завтра в Скотланд-Ярд, угости Лестрейда парой-тройкой своих фирменных предположений, и он обязательно развеет любые неточности, допущенные тобой при посещении чертогов разума.
Холмс посмотрел на самодовольно улыбающуюся Бри и понял, что за последние несколько минут
– А как насчет провести следственный эксперимент при участии эксперта, выводам которого я доверяю?
Неужели Вы, мистер Холмс, способны ради спасения прибегнуть к грубой, Бригита улыбнулась, но весьма действенной лести? Она решила ненадолго отступить и купиться на его уговоры.
– Ладно, будут тебе ролевые игры. Вот только для пущей картины тебе придется чуток присесть. Ты не вписываешься в антропологические показатели нападавшего.
– Еще чего, – хмыкнул он. – Тащи каблуки, Бри.
И это после комплиментов в адрес ее компетентности? Тащи каблуки. Как будто это так просто: взять стул, выгрести с верхней полки кучу медицинских журналов и найти коробку с туфлями. И откуда ей было знать, что черные лодочки пригодятся раньше, чем на чей-то похорон. Ругаясь про себя, она потащилась за деталью, которой недоставало для полноты эксперимента. Каких-то пять сантиметров разницы, а столько мороки. Спасаясь от лавины журналов, она уже подумала, что проще было самой присесть, обув вчерашние шпильки.
– Убивай меня, – Бри с готовностью сдалась для экзекуций. Начало четвертого. Неплохо было бы закончить эмпирические изыскания так же быстро, как и начали, а потом заставить себя удалиться в постель, иначе завтра ночное дежурство грозит вылиться в позорное засыпание перед аудиторией.
– Будь у меня такая возможность, я нашел бы более изящный способ. – Он потянулся за журналом, свернул его в трубочку, обошел Бри сзади, взвешивая в руке импровизированное орудие убийства.
– Звучит как комплимент.
– Не отвлекайся, – проворчал Шерлок. – Ты вошла в пустую комнату, и кто-то схватил тебя. – Он перехватил Бригиту за талию, обездвиживая руки, и нанес «удар».
– На первом она не отключается, скорее всего, кричит, потому за ним следует второй. Что объясняет характер повреждений височно-теменной области, но мы остаемся с рукой.
– Если он хватает ее за руку и заламывает назад. – Холмс завел ее руку за спину. – Тогда первый удар может быть неточным, потому что она ему помешала свободной рукой, а второй – следствие промаха.
– В таком случае мы получим совсем другие повреждения верхних конечностей. Что бы ни послужило причиной повреждения, опасность должна была исходить спереди, тогда как летальный удар нанесен сзади. – Шерлок вздохнул и отпустил ее руку. – Вот только не надо театральных стонов, мистер Дедукция, я же знаю, что Вы получаете удовольствие от трудноразрешимых загадок.
– А что, если… – он опять притянул ее к себе, хватая за руку выше запястья, так, чтобы обездвижить корпус, но только ограничить подвижность руки.
На кухне стакан предательски звякнул о кувшин. Доктор Уотсон, пытаясь утолить жажду, невольно стал свидетелем весьма интересного спектакля. Холмс в халате и пижамных штанах, Гринвуд в короткой атласной ночнушке и на каблуках, еще и в компрометирующей позе. К такому жизнь Джона не готовила, потому рука дрогнула, чем он себя и обнаружил. Эти двое будто и не заметили, в какое неловкое положение поставили впечатлительного друга, так, не разрывая следственных объятий, чтобы не забыть, на чем остановились, и развернулись к жертве обезвоживания.