Бомбермэн

Харрис Натт

– Присаживайтесь, - он указал на стул, напротив себя. Он кивнул толстолицему, отпуская его, и тот вышел, неслышно закрыв дверь.- Я следователь прокуратуры Временщиков Пётр Палыч, я буду вести ваше дело.

– Моё дело?
– спросил я.- И что это за дело такое?

Следователь кисло посмотрел на меня и ответил:

– О создании секты и мошенничестве в особо крупных размерах. Хотя секты не наше ведомство, а вот мошенничество это как раз

наше.

– Звучит интересно, но не обо мне. Я никого не обманываю, и свои налоги плачу исправно.

– А за дома и машины, которые люди подписывали на ваше имя, вы тоже заплатили налоги?

– Нет, потому что я ничего и ни от кого в дар не получал.

– Это легко доказать Андрей Михалыч, столько документов, сколько у меня есть по вашу душу, достаточно, чтобы отправить вас за решётку за мошенничество. И надолго.
– Он откинулся на спинку стула и пристально взглянул мне в лицо.

Наверно изучал мою реакцию на его слова.

У меня в груди неожиданно ухнуло куда-то сердце. Не думал, что слова, не имеющие под собой никакого основания, смогут так неприятно воздействовать на мою психику. Я решил, как только останусь один сразу же займусь поиском корня этого страха, скользнувшего куда-то под корягу и притаившегося там.

Я помолчал, потом спросил:

– Мошенничество это серьёзное обвинение, но где же обманутые мною люди? Я хотел бы их видеть.

– Их вы увидите, да ещё не раз, они вам даже успеют надоесть, - он хмыкнул и достал сигарету.- У меня к вам есть ряд вопросов. От того, как вы на них ответите, будет зависеть ваша дальнейшая судьба.

– Ого! Звучит внушительно,- сказал я и тут вспомнил все детективные фильмы, что когда-либо смотрел.- Я требую присутствия адвоката. Без него я ни на какие вопросы отвечать не буду!

– Ну что ж, ваше право, - мирно ответил Временщиков, перекатывая сигарету в другой угол рта.- Хотя должен предупредить, что в моих силах провести вас по делу, как мошенника, а то ведь мы можем рассмотреть ваши действия, как вымогательство в особо крупных размерах, а это уже другая песня.

Дверь отворилась, и в неё вошёл крупный мужчина с приплюснутым носом, наверно в прошлом борец или боксёр. В противоположность Временщикову он выглядел бодро и весело. Вязаный свитер в синюю полоску придавал ему вид доброго, домашнего человека. Непринуждённо примостившись на краю стола, за которым сидел следователь, он взял у него из-под носа папку, небрежно полистал её и сказал, кивком указывая на меня:

– А-а, наш местный святой, который обдирал последователей, как липку? Взяли, наконец. Поздравляю!

Я подавил волну готового вырваться возмущения.

– Ты бы видел, Николай,

что он там устроил, дрался, как лев, его сектанты накинулись, как ненормальные на омоновцев. Вот, что значит зомби!

– Мне нужно позвонить, предупредить родных, где я нахожусь,- сказал я.

– Не волнуйтесь, сегодня весь город в курсе, где вы находитесь. В новостях об этом было очень подробно рассказано, - ответил второй следователь, которого звали Николай.

– Представляю себе эти новости. И всё же я хотел бы узнать, в чём меня обвиняют, и требую вызвать адвоката.- Я старался говорить спокойно и уверенно, загнав колебания поглубже.

"Интересно - подумал я, - кто из них добрый, а кто злой следователь?"

– Адвоката мы можем вам вызвать дежурного и прямо сейчас, а обвиняют вас по статье 159 часть 4 УК Российской Федерации. Втираясь в доверие к людям и угрозами насылания порчи, вы завладевали имуществом своих последователей, но не думаю, что вам удастся попользоваться им.

– Пётр Павлович, вы сами верите в то, что сейчас сказали?
– спросил я Временщикова.

– Если бы мы с вами разговаривали в очереди за колбасой, то не поверил бы, сказал байки! Но у нас есть неоспоримые факты вашей деятельности, скреплённые печатями нотариуса.

– Я бы желал взглянуть, - сказал я, протягивая руку за папкой, но следователь отодвинул её подальше.

– Сначала ознакомьтесь с протоколом задержания,- он подсунул мне листок официальной бумаги, испещрённой кривыми буквами.

Я начал читать и только хотел возмутиться чуши, которая была там написана, как раздался резкий звонок телефона. Временщиков поморщившись от его звука, поднял трубку:

– Слушаю... Временщиков. Понял. Принял.
– Он положил трубку.
– Коновалов!
– В дверь втиснулось толстое лицо, захлопало глазами.- Отведи товарища обратно.

– Подождите! А кто будет объяснять мои права?! Мне нужен телефонный звонок.

– Хорошо, звоните, только быстрее. Всё остальное, когда вернусь.
– Он повернул ко мне аппарат с диском, какими я не пользовался лет пятнадцать.

Я набрал номер друга. И хотя было уже поздно, или, наоборот, рано, тот быстро поднял трубку.

– Алло!- голос сонный.

– Паша, привет, - это я.

Он моментально узнал меня.

– Понял, ничего не говори, тебе нужен адвокат. Мы смотрели передачу, весь город на ушах. Я тебе найду завтра самого лучшего, держись, никто не верит в то, что на тебя наклепали. Зависть - вот проблема нашего гнилого общества!
– Паша сел на своего конька.