Бомба для пpедседателя
Шрифт:
– Вы оскорбляете людей, которые не могут ответить вам ибо их пет в зале, - сказал Кроне.– Допустимо ли это господин Ленц?
– А допустимо ли меня, газетчика, подставлять под удар только потому, что я не разделяю социал-демократических взглядов Люса? Кто кого унизил, господин Кроне? Я, назвавший их швалью, или они, посадив меня в тюрьму? От этих людей - я убедился теперь - можно ожидать всего.
– Допускаете ли вы, - спросил Ленца журналист из гамбургской газеты, - что Люс
– Кто вам сказал, что моя газета входит в концерн Шпрингера?
– Вы отрицаете это?
– Я выпускаю газету, а не держу пакет акций. Спросите об этом Шпрингера. Его финансовые дела меня не касаются.
– Но вы допускаете мысль, что могут бить в поддых только потому, что вы, ваша газета публиковала против Люса, против его фильма резкие материалы?
– Мне бы не хотелось допускать такой мысли. Если это так, то это провокация.
– Насколько мне известно, Люс - режиссер. Он что, одновременно сам и снимает?– спросила старуха из <Пари-жур>.
– Этого я не знаю. Ко мне пришел человек от Люса с его пленкой. И все.
– Собираетесь ли вы привлечь Люса к суду?
– Я еще не говорил с моим адвокатом. По характеру я не кровожаден, но хотел бы просить Люса избегать личных встреч со мной - это я говорю с полной мерой ответственности.
Кроне спросил:
– Господин Ленц, вы работали в министерстве пропаганды у доктора Геббельса?
– Да.
– Ваш пост?
– Я был референтом в отделе проведения дискуссий с представителями церкви.
– По-моему, с представителями церкви дискутировали в концлагерях, пожал плечами Кроне, - их же сажали в концлагеря, господин Ленц.
– Смею вас уверить, что я никого не сажал в концлагерь, господин Кроне. Есть еще вопросы, господа?
– Большое спасибо, - сказала старуха из <Пари-жур>, - мы благодарны вам, господин Ленц. Примите ванну, отоспитесь и возвращайтесь поскорее в свою газету.
– Простите, господин Ленц, - поднялся Кроне, - последние вопросы: когда и где вам была передана пленка, сколько вы за нее уплатили человеку Люса и, наконец, сколько вы получили за показ этого материала?
– О том, где и когда была передана пленка, я но буду сейчас говорить, чтобы не вооружать моих незримых врагов лишними материалами. Скажу лишь, что при этом присутствовало еще два человека. О моих финансовых делах, думаю, бестактно беседовать здесь, ибо я не считаю приличным задавать встречный вопрос господину Кроне. Впрочем, каждому - свое. До свидания, господа, спасибо за внимание...
СТРЕМИТЕЛЬНАЯ МЕДЛИТЕЛЬНОСТЬ
_____________________________________________________________________
1
–
– Я уже читал об этом в утренних газетах, - устало ответил Люс.– Я к вашим услугам.
– К моим услугам, - задумчиво повторил Берг, - ну что же, пусть так. Что вы можете сказать о заявлении редактора Ленца?
– Это ложь.
– Кому выгодна эта ложь? Вы знакомы с редактором Ленцем?
– Нет.
– Ленц утверждает, что вы знакомы.
– Он мог знать меня. Я его не знаю.
– Где он мог видеть вас?
– Я не иголка в стоге сена, - Люс пожал плечами.– Мы могли видеться на фестивалях, приемах...
– Когда и зачем ваш человек передал ему пленку?
– Какой человек? Что за ерунда! Допросите моих помощников... Какая пленка?!
– Вы сейчас работаете над фильмом?
– Это известно из газет, господин прокурор.
– Я в данном случае не читатель, господин Люс, я должностное лицо, ведущее расследование. Итак, над чем вы сейчас работаете?
– Я снимаю картину, которая называется <Берлин остается Берлином>. Такой ответ вас устраивает?
Берг посмотрел на Люса из-под толстых стекол своих диоптрических очков и сказал:
– Вполне. В каком качестве вы выступаете в вашем новом фильме?
– Я выступаю в моем новом фильме в качестве автора.
– Что есть понятие <автор фильма>? Автор фильма - это сценарист?
– В фильме <Берлин остается Берлином> я выступаю как сценарист, режиссер, оператор и автор музыки.
– Теперь мне все ясно, господин Люс, благодарю вас. На каком этапе сейчас работа над фильмом?
– На заключительном.
– Вы знаете всех ваших сотрудников?
– Да.
– Что вы делали девятнадцатого августа?
– Снимал. На улицах. Да, да, именно на тех, которые были показаны по телевидению Ленцем. Я снимал в тот день те же самые объекты, которые показал телезрителям Ленц.
– Когда вы познакомились с Кочевым?
– С этим болгарином? Я его в глаза не видел!
– Вы допускаете мысль, что кто-то из ваших сотрудников мог привлечь его к съемкам?
– Надо запросить план работ того дня, господин прокурор. Я не могу сейчас сказать со всей определенностью, вели мы тогда хроникальные съемки скрытой камерой или же ассистенты организовывали открытую массовку...
– Что значит <скрытая камера>?
– Это такая камера, которую не должны видеть люди, чтобы они были естественны... многие цепенеют перед объективом или микрофоном...
– Такой метод уже практиковался в мировом кинематографе?