Боль

Холлинс Вера

Я заломила руки.

— Я знаю, но в то время я ожидала от тебя худшего. Я была в ужасе от тебя, и когда ты душил меня… Я действительно думала… Я думала, что ты хочешь моей смерти.

Его взгляд пронзил меня осколками боли.

— Я никогда не хотел, чтобы ты умерла, Сара. Никогда. Даже после всей этой боли и ненависти, даже когда я ненавидел тебя больше всего, ты была мне нужна в моей жизни. Мне нужно было, чтобы ты существовала, чтобы твои страдания могли подпитывать мое существование. Больно, да? Только позже я понял,

как неправильно было с моей стороны ничего не чувствовать, когда ты упала, и это было больнее всего на свете. Это была новая боль, которая убивала меня изнутри. Потерять тебя, как Кая… Черт. — Он вскрикнул и спрятал от меня лицо, прижав предплечье к глазам.

Мне было ужасно видеть его таким.

— Хейден…

— Я ужасный человек. Я худший.

— Это неправда…

— Это правда. Я болезнь, которая только ухудшает все. Я разрушаю все…

— Нет! Ты…

— Я заслуживаю смерти. Я…

— Хватит!

Мое сердце разрывалось, я сорвала ремень безопасности и обняла его за плечи. Он напрягся, но я не позволила этому обескуражить меня. Я уткнулась головой ему в шею, вдыхая его запах, который я так любила.

— Хватит обесценивать и винить себя! Мы с тобой всегда виним себя, но нам нужно прекратить это делать. Это просто пустая трата времени. Это никуда не приведет.

Артерия на его шее бешено пульсировала под моей кожей, и я снова вдохнула его запах. Его тело расслабилось, но он по-прежнему не двигался. Я повернула голову и прижалась губами к его шее, потерявшись в моменте.

— Сара… — выдохнул он, его пульс участился еще больше, что было достаточным ободрением. Я провела губами по его коже, достигнув его горла, и остановилась там. — Ты…— Он пошевелился на сиденье. — Это так приятно. — Он обнял меня и прижал к себе.

— Тебе нравится, когда я целую тебя здесь? — Прошептала я, мои губы задержались на его коже. Я так жаждала этого, его кожи на моей коже.

Он застонал и откинул голову назад.

— Мне нравится, когда ты целуешь меня там. — Мое дыхание сбилось. Я закрыла глаза, медленно целуя его шею, пока его дыхание ускорялось. Он поднес другую руку к моей щеке и погладил ее. — Блядь. Если ты продолжишь это делать…

Я не остановилась. Я продолжила по его челюсти и щеке к его шраму, оставив поцелуй бабочки на шелковистой линии. Я наклонилась, чтобы посмотреть на него, и улыбнулась.

— Я давно хотела это сделать, — тихо призналась я, нежно проводя по нему пальцами.

Он был неподвижен, очень неподвижен, его глаза были черными от желания. В одно мгновение его губы оказались напротив моих, смакуя меня. Я держалась за его плечи, пока наш поцелуй становился жарче, наслаждаясь ощущением его упругих мышц под моими руками. Все мое онемение исчезло, и все, о чем я могла думать, было то, как хорошо и правильно это ощущалось. Все мое тело покалывало, когда мы слились воедино, и мне нужна была его близость…

Зазвонил его

телефон, и я вздрогнула. Наш момент был испорчен.

Он застонал, отстраняясь.

— Просто здорово. — Я отвернулась, чтобы снова пристегнуть ремень безопасности, тяжело дыша. Он взял свой телефон и ответил. — Блейк, ты очень не вовремя.

— Чувак, где ты? Я думал, мы встретимся перед уроками, — услышала я голос Блейка.

О нет. Я была так поглощена Хейденом, что совершенно забыла о школе. Я посмотрела на время на приборной панели и увидела, что у нас осталось всего пять минут до первого урока.

Хейден посмотрел на меня.

— Я занят кое-чем. — Я покраснела, отводя взгляд.

— Ты вообще придешь?

— Да, пап. Тебе нужен полный отчет?

— Иди нахер. — Я улыбнулась. Кто-то был вспыльчив.

— Сам иди. Поговорим позже.

— Как хочешь.

Линия оборвалась, и Хейден сунул телефон обратно в карман.

— Иногда он раздражает. — Я уставилась на него с улыбкой на лице, удивленная тем, что он сказал мне это. Он был дружелюбен, и я хотела бы, чтобы так было всегда. — Нет. Он всегда раздражает.

Он завел двигатель и вернул нас на дорогу.

— Но ты не можешь жить без него, — сказала я.

— Кто это сказал? Он может идти к черту, если захочет. Я бы не скучал по нему.

— Да, конечно, — ответила я со смехом. Я была шокирована тем, как все развивалось в этом направлении. Я все еще чувствовала его губы на своих, его поцелуй навсегда врезался в мою кожу.

Но потом я вспомнила, что он сказал мне раньше о том, что я буду жить своей обычной жизнью после смерти Кайдена, и моя улыбка исчезла.

— Что? — Спросил он, уловив перемену во мне.

— Знаешь… Я никогда не жила своей обычной жизнью после смерти Кайдена. Я всегда ненавидела себя за то, что совершила такую глупую, неосторожную ошибку. Вот почему, когда ты… Когда ты душил меня в том коридоре, я почувствовала… Я почувствовала, что заслужила это. Я почувствовала, что должна была умереть, и это было бы справедливо.

Он взглянул на меня, его лицо было совершенно серьезным.

— Ты этого не заслужила. Ты ничего не заслужила. Никогда не говори таких глупостей.

Я кивнула ему, и росток благодарности заменил тяжесть, которая засела в моей груди.

— Я же сказал тебе, что я чувствовал тогда, — сказал он. — Я же сказал, что больше никогда не заходил в его комнату после его похорон. Я не мог. А когда я это сделал, я почувствовал себя таким бессильным. Его не было там, его больше никогда не будет, и я не мог справиться со своими эмоциями. Во мне все кричало и…

Его костяшки пальцев побелели, когда он сжал руль. Он свернул на территорию школы и направился на парковку, его руки тряслись от напряжения. Мы добрались до его парковочного места, и он выключил двигатель. Он выглядел неважно.