Богомол
Шрифт:
Все отошли от спящего Ганжи. Бородатый подошел к Ганже и разбудил его. Тот, как ошпаренный вскочил на ноги, словно поднялась тревога.
— Что тут происходит?! — закричал Ганжа. — Я же говорил тебе, не будить меня.
— У нас гости, — спокойно сказал бородатый. Он показал дулом автомата в сторону дверей.
— А, черт, не дали поспать, — сказал Ганжа. Он подошел к монахам и вытащил пистолет из-за пояса. — Что вы здесь делаете?
Все молчали, глядя с волнением на террористов. В голове Рахимова всплыла недавняя кровавая
— Вы что, со мной в молчанку играть будете? Как они здесь оказались? — спросил Ганжа у бородатого молодого охранника.
— Они появились вон оттуда, — охранник указал на стеллажи в дальнем углу.
— Я же просил тебя проверить, нет ли здесь кого, — сказал Ганжа.
— А здесь, и никого не было, — ответил возмущенно охранник.
— Как же они оказались тут? — спросил Ганжа. — Ты что, пьян?
— Ни в коем случае, — ответил охранник твердым голосом.
— Ладно, — поняв, что от охранника ничего не добиться, Ганжа развернулся к монахам, размахивая дулом пистолета. — Что вы здесь делаете? И, как попали сюда? Даже мой охранник не заметил вас.
Ни взирая на грозный вид Ганжи — все продолжали молчать.
— Быстро отвечайте святые отцы, — сказал угрожающе Ганжа, наведя на них дуло пистолета, — а то сейчас четыре трупа будет.
Рахимов попятился назад и столкнулся с Матвеевым. От этого столкновения он вылетел на шаг вперед, и оказался вблизи террориста. В этот момент, Ганжа ударил пистолетом Рахимова в живот, и тот еще сильнее столкнулся с Матвеевым, согнувшись и пятясь назад. От столкновения у Матвеева, из мантии, вывалилась на пол книга.
— Это, что еще? — удивленным голосом сказал Ганжа. — А ну, дай мне ее. Немедленно!
Мао, вместо того, что бы повиноваться, схватил книгу и спрятал ее за спиной. Ганжа из-за всех сил ударил дулом пистолета в живот Мао, но тот даже не шевельнулся, чем сильно удивил нападавшего.
— Что?! — удивился Ганжа. — Ты почему не согнулся? Разве тебе не больно? — он нацелился пистолетом в голову Мао. Медленно взвел курок пистолета.
Все в ужасе ждали, что сейчас произойдет выстрел. Охранник, стоящий в двух метрах позади Ганжи, держал всех четверых под прицелом, и внимательно следил за малейшим их движением. Прошло десять секунд, как вдруг послышались отдаленные выстрелы. Открылась дверь, и в библиотеку вбежал один из террористов.
— Эй, Ганжа, срочно выходи! Тебя ищет Али.
— Что еще случилось? Ты не вовремя, — нервно произнес Ганжа, опуская пистолет.
— На горизонте полиция и кажется военные. Быстрей!
— Ладно, идём, — сказал Ганжа. — А вы, — он обратился к монахам, — я вас запомнил. Мы еще вернемся к моим вопросам.
Ганжа быстро выбежал на площадь вместе со своим охранником. Матвеев, Рахимов, Мао и Чен вышли во двор, с ужасом оглядываясь по сторонам. На площади, в суматохе, бегали террористы. Они приказали
Объединившиеся одним общим делом товарищи, в тишине обсуждали последние события, находясь у себя в маленькой комнате. В отдалении были слышны одинокие крики и выстрелы.
— По-видимому, у них неприятности, — сказал Матвеев. — Монастырь окружен полицией и войсками, скорей всего — специального назначения. Я услышал это из разговора террористов.
— Много людей, это плохо, — сказал Чен.
— Они пришли к нам на помощь, — ответил Рахимов.
— Однако, что же произошло со мной в подземелье? — поинтересовался Матвеев. — Со мной такого никогда не было раньше. Это какое-то помешательство разума.
— Может быть, вы психически переволновались, когда там, в подземелье обнаружили труп? — сказал Рахимов.
— Нет, это не из-за этого, — сказал Матвеев. — За свою карьеру полицейского, я видел десятки трупов. Они порой страшнее выглядели.
— Эта головная боль, на которую вы жаловались, не случайна, — ответил Чен.
— Что вы имеете в виду? — спросил Матвеев.
— Я имею в виду то, из-за чего мы здесь находимся, — загадочно произнес Чен.
— Вы имеете в виду эту книгу? — спросил Матвеев.
Мао достал книгу и передал ее в руки Чена.
— Не совсем, — ответил Чен. — Ван Лан жив. Он бессмертен. Он не утратил свою силу и мощь. Его сила сегодня ночью проявилась, вы незначительно испытали ее на себе. Я уверен, что он находится в этом монастыре.
— Что за ерунда, — удивился Матвеев. — Это просто был нервный срыв, не более того. Хотя, признаюсь, со мной такое впервые.
— Я уверен, что появление военных и террористов не случайно. Он хочет завлечь, как можно больше людей, — сказал Чен.
— Зачем? — удивленно спросил Рахимов.
— Он становится сильнее, его сила просыпается, — ответил Чен. — Его сила такова, что он может на расстоянии управлять человеком. Скажите Матвеев, вы какие дела расследовали до вашего появления в монастыре?
— Я ловил серийных убийц, — спокойно ответил Матвеев.
— Именно. А почему вы здесь оказались? — спросил Чен, словно ему была ведома какая-то тайна.
— Я предполагал, что это поможет мне разобраться в этих внезапных вспышках маньяков, — ответил Матвеев.
— Скажите, а раньше появлялись маньяки в этих землях, городах и деревнях, окружающих эти горы? — спросил Чен.
— Откуда вы знаете это? — удивился Матвеев. — Вы правы. Это имело место. Согласно давним делам.
— И, каков промежуток этих преступных всплесков? — спросил Чен.
— Вам и об этом известно? — удивился Матвеев. — Ну, в среднем около 36 лет.
— Так вот, — сказал Чен, — этот период совпадает и с нашими данными. Дело в том, что каждые 36 лет Ван Лан делает перерыв в своих медитациях. Он пробуждается.