Богоборцы 3
Шрифт:
В итоге Дара вместе с флористом составили букет из фиолетовых нарциссов, алых цинний и синих ирисов. Странное сочетание, на мой взгляд, но в итоге всё получилось очень даже здорово. Вот что значит профессионалы. Из объяснений лучницы я понял, что означает такой букет новое начинало, дружбу и мудрость. А также уважение, поэтому цветов было всего пятнадцать, а не девятнадцать, как я планировал. Ну, им виднее, так что мне оставалось лишь пожать плечами и рассчитаться.
А следом мы направились не в клуб, как я надеялся, а по магазинам. Оказалось, что я недостаточно презентабелен. Ну да, я так и щеголял в джинсах и толстовке, костюм остался висеть в шкафу,
Правда, особо что-то поменять у неё не вышло. Я категорически отверг любые попытки нарядить меня в подобие блестящих полурокерских шмоток а-ля к-поп, ставших недавно сверхпопулярными и ограничился джинсами, чёрной рубашкой и косухой. А что? Дёшево и сердито! И смотрится брутально, а не так, будто тебя уронили в бочку с блёстками.
Дара, конечно, обиделась, но скорее просто сделала вид. Лично я не верил, что ей могут понравиться такие парни. Так что не обратил внимания и правильно сделал, потому что оказалось, что она поспорила с остальными, что сумеет нарядить меня в эту мерзость. Так что переживала из-за поражения, а не потому, что я не повёлся. Короче, пришлось пообещать, что я не буду смеяться, когда она станет кукарекать под столом. Правда, я пальцы при этом крестиком сложил, но надеялся, что девушка этого не заметила. И в предвкушении зрелища мы и прибыли в клуб «Айсберг», где намечалась гулянка.
Глава 16
Подумав, я всё же отправился в клуб на машине. Во-первых, я особо напиваться не планировал, так, чисто для настроения, к тому же последнее время метаболизм у меня был просто зверский. И любой алкоголь выводился буквально за пару часов. Ну а во-вторых, всегда можно было решить проблему деньгами. Того же «трезвого водителя» вызвать. Именно поэтому мне гораздо больше нравилось быть богатым, чем бедным. Не из-за самого наличия бабла, а из-за возможностей, что оно даёт.
Но для начала нам пришлось вернуться в общагу. Это я уже был готов и в Крым, и в рым, а вот Даре ещё нужно было собраться, накраситься и так далее, что там женщины делают, когда готовятся к выходу в люди. Жертвы приносят, что ли? Я давно догадывался, что все бабы — ведьмы, а после недавней выходки девчонок утвердился в этом мнении, так что тут не было ничего невозможного.
Кроме Дары, со мной собиралась Мико. Белла с Матвеем должны были взять такси, потому как кузнец хоть и отличался габаритами, но переносил алкоголь хуже меня. А Таня с Катериной ещё вчера вечером уехали домой и собирались прибыть прямо оттуда. Уж у богатейших владетельных Домов города всяко найдётся для них и машина, и водитель.
Что я должен сказать… пусть девчонки и ведьмы, но это явно того стоит. Когда Мико с Дарой вышли из комнаты, я не сразу их узнал. Ладно, я всегда знал, что мои девчонки красавицы, но до этого как-то не приходилось видеть их в модных платьях, умело накрашенных и с шикарными причёсками. А тут они вышли как королевы, сверкая ровными ножками. Зрелище не для слабонервных.
Я сам чуть слюной не подавился, хотя, казалось бы, Алёна у меня не хуже. Но вовремя взял себя в руки, мысленно дав подзатыльник и напомнив, что к шикарным фигуркам у этих красавиц прилагается ещё куча проблем. И пожалел, что Алёна не смогла сегодня прийти, хоть её и приглашали. Какие-то дела дома. А скорее всего, моя девочка взяла паузу, чтобы всё осмыслить. Подружка появилась у меня впервые в жизни, и я аж облизнулся, настолько вкусно это звучало.
— Сударыни, вы обворожительны! — я распахнул перед ними двери машины. — Мико, не знал, что у тебя есть грудь.
— Виктор, вы хам и быдло! — японка гордо прошествовала мимо, даже не удостоив взглядом, словно я был слугой, и элегантно уселась в авто.
— На том и стоим! — я улыбнулся во все тридцать два, захлопывая дверцы, и сам уселся за руль, потому что Дара была на шпильках и водить уже не могла. — Ну что, поехали?
— Трогай, милейший, — милостиво разрешила печатница, но я не обиделся, а лишь жизнерадостно заржал. — Да, пожалуй, тебе такого говорить не стоит. А то мало ли как ты это интерпретируешь.
— Конечно, в самом хамском смысле, — я подмигнул Мико в зеркало заднего вида. — Извините, виноват, из деревни, быковат. Ладно, поехали. А то виновница торжества раньше нас прибудет и сюрприза не получится. А всё потому, что кое-кто слишком долго собирался.
— Меня эти чулки бесят! — зло процедила Дара. — Почему я не могла пойти в джинсах?! Вон Тор не парится.
— Ты красивая девушка, а не сельское быдло и выглядеть должна соответственно, — отрезала японка. — Я и так пошла тебе на уступки, когда согласилась оставить пирсинг. Так что не нуди и наслаждайся. Не так часто мы выбираемся в люди.
— Мы же в клуб едем, — продолжила бурчать лучница. — И как там танцевать в этом шмотье? Раз повернёшься — и вся задница голая!
— Блин заинтриговала! — я покосился на голые колени девушки. — Я уже хочу это увидеть!
— Вот тебе, — мне совершенно неэлегантно и по-простонародному сунули под нос фигу. — Ты только с Алёной сошёлся, а уже на других девок засматриваешься.
— Я же с чисто эстетической точки зрения, — я не собирался сдаваться. — Исключительно визуально, без грязных поползновений. Как произведением искусства любоваться буду.
— Знаю я вас, — пробурчала Дара. — Все вы, мужики, так говорите, а потом оглянуться не успеешь, а уже с пузом.
— Вы с Алёной теперь вместе? — со странной интонацией спросила Мико. — Поздравляю. Алёна хорошая девушка.
— Спасибо, — я расплылся в улыбке. — А то, других не держим! Как сказал один мудрый человек, мне просто угодить, достаточно самого лучшего.
— Ну-ну, — всё так же задумчиво кивнула японка. — Понятно. Желаю счастья. А она тебя не ревнует?
— Ревнует, — я пожал плечами. — Но понимает, что единственной у меня не будет. Я ей честно это сказал. Но и гулять не собираюсь, кем бы вы там меня ни считали. Да, одной девчонки мне мало. И морально, и физически. Но это не значит, что я собираюсь проституткой в штанах становиться. У меня как бы принципы есть.
— Ну-ну, — повторила Мико, а потом тряхнула головой, словно что-то для себя решив, и тон голоса стал лёгким и весёлым. — Принципиальный ты наш. Не намотай ничего на свою принципиальность.
— Вот никто мне не верит, — я притворился расстроенным. — Эх, жизнь моя жестянка. А вот увидите! Вот всем вам докажу!
— Ждём с нетерпением, — переглянулись девушки. — Даже деньги бы поставили, сколько продержишься. Но это больше похоже на грабёж, а мы барышни приличные.
— Ну-ну, — процитировал я Мико. — Ладно, приличные вы мои, выметайтесь, приехали.