Богиня победы
Шрифт:
Я сдёрнул с головы ненавистные рыжие кудри и швырнул их в Мишку. Эффект был потрясающий. Зал буквально ревел от хохота, и от аплодисментов дрожали стёкла. А когда мы с Мишкой злые друг на друга уже спрыгивали со сцены, в зал вбежала Галя. Довольная, что кругом смех и аплодисменты, она вспорхнула на сцену и бодро сказала:
— Итак, вы прослушали басню Крылова «Мартышка и очки». А теперь выступит…
Но кто выступит теперь было уже невозможно расслышать из-за рёва и хохота.
Ника (повесть)
Глава 1.
Как-то папа сказал, что такие ступеньки называются царскими. Высота у них всего одиннадцать сантиметров. А ширина — хоть танцуй. Но вряд ли по этой наружной лестнице, не понятно для чего ведущей к окну второго этажа, ходили цари. Раньше в этом кирпичном двухэтажном домике была прачечная. Теперь склад магазина. Так что царям тут делать было нечего.
Впрочем, в тот момент ни о каких царях я не думал. Я уже прилично разогнался, и меня вместе с велосипедом трясло, как отбойный молоток. Когда оставалось проскочить несколько последних ступенек, руль вдруг круто развернуло, заднее колесо дёрнулось вверх, я вылетел из седла и эффектно спланировал в ближайшую лужу.
— Мальчик, ты не ушибся? — услышал я над головой и сразу вскочил. Передо мной стояла девчонка в желтом свитере. — Я так испугалась. Ты ведь мог разбиться.
— Ерунда. Я уже сто раз съезжал. Сейчас просто на камешек наскочил.
— Но зачем ездить по лестницам на велосипеде? Для этого же дороги существуют.
Ох, уж эти дурацкие вопросы: отчего да почему!
Я вытер рукавом грязь со лба и спросил:
— А для чего корове хвост?
Девчонка удивлённо подняла брови.
— Хвост? — переспросила она и неуверенно ответила. — Ну, чтобы мух всяких отгонять, комаров…
— Молодец, — сказал я. — Знание — сила.
Я отряхнул брюки и направился к валявшемуся неподалёку велосипеду.
— Постой, мальчик, — крикнула девчонка. — Ты не знаешь, где в этом доме квартира сорок шесть?
— Вон там, — махнул я рукой, — за углом вторая парадная. Но в квартире никого нет.
— Откуда ты знаешь?
— Так я там живу. А ты к кому?
— Ах, значит ты и есть… — девчонка запнулась.
— Что я и есть?
— Ничего. Вообще-то я к Антонине Петровне. Мама просила передать ей выкройки. Они вместе учатся на курсах.
—
Девчонка посмотрела на мои руки и сказала:
— Нет, я лучше в другой раз зайду. Или подожду. Твоя мама скоро придёт?
— Скоро. Она в магазин пошла. Можешь зайти, если хочешь. Мне всё равно домой — велосипед чинить.
Дома я усадил девчонку на диван, а сам пошёл в ванную. Видик у меня был страшноватый: куртка порвана, лицо в грязных разводах, на лбу ссадина.
Когда я вернулся, девчонка сказала:
— Вот теперь другое дело.
— А ты вообще-то можешь идти, — сказал я. — Чего зря сидеть. А выкройки я передам.
— Нет, я лучше подожду, — сказала она. — И потом, не очень-то вежливо гостей выпроваживать.
— Да я и не выпроваживаю, — сказал я. — Сиди сколько хочешь. Я думал, ты торопишься.
— Никуда я не тороплюсь. — Девчонка поджала губы и молча на меня уставилась.
Надо было что-то говорить. Но я совершенно не знал, о чём с ней разговаривать. Тогда я сказал:
— А мы вчера с папой в баню ходили. На Разночинную. Папа совершенно в ванне не любит мыться. Веник вот купили…
— Да? А я вчера с родителями в филармонию ходила. Ты был в филармонии?
— Был один раз. На ёлке.
Девчонка прыснула в кулак. Потом спросила:
— Что это у вас на шкафу лежит? Гитара?
— Ага, гитара.
— А кто на ней играет?
— Да никто. Это папе подарили, давно ещё. Так с тех пор там и валяется.
— Можно посмотреть?
— Смотри.
Я встал на стул, достал гитару, обтёр рукавом пыль и протянул девчонке. Она подёргала струны и стала крутить винтики на конце гитары.
— Ты что, играть умеешь? — спросил я.
— Умею немного. Вообще-то я на рояле учусь. В музыкальной школе. Ну и на гитаре немного. Хочешь, сыграю?
— Сыграй, — сказал я.
Если по-честному, то мне понравилось, как она пела. Я даже удивился, что мне понравилось. В комнате сделалось так необычно, что я даже растерялся. Голос у девчонки был сильный и звонкий, и даже когда она пела совсем тихо, я так отчётливо слышал каждое слово, будто она наклонялась к моему уху.
«Сизый лети голубок. В небо лети голубое…» — пела девчонка, чуть кивая головой в такт музыке.
А потом пришла мама.
— О, да у тебя гостья, — сказала она.
— Да нет, — сказал я. — Не ко мне. Она к тебе пришла.
— Здравствуйте, — сказала девчонка. — Мама просила передать вам выкройки.
— А, так ты Верочка. Как хорошо, что ты к нам пришла. Ну, Дмитрий, как ты тут гостей принимаешь? Угостил Верочку чаем? У нас ведь халва есть и торт.