Боги Стикса

Рудкевич Ирэн

Хлипкую дверь, ведущую на загаженный голубями чердак, Шайтан, хорошенько размахнувшись, выбил ногой. Зашёл внутрь, подпёр дверь костылём, усмехнулся — тоже мне, забаррикадировался, — и принялся осматриваться.

Обычное для европейского города здание было старым, скорее даже — древним. Фасад и жилую часть дома поддерживали в приличном состоянии косметическими ремонтами, но до чердака ни один специалист явно так и не добрался. Всё пространство его просматривалось от торца до торца. И выглядело оно откровенно паршиво. Деревянные стропила почернели от времени и местами покрылись плесенью, крыша кое-где

прохудилась, и под этими местами на рубероиде, которым был застелен пол, виднелись белые следы от давно высохших луж. В стене, обращённой к проулку, которым пытался уйти Шайтан, виднелся ряд крошечных квадратных окошек с выбитыми стеклами.

С виду всё было спокойно. Пожалуй, даже слишком спокойно. Шайтан, стараясь не измазать в голубиных экскрементах, сплошным слоем покрывавших пол, новые туфли, пробрался к окну, выглянул наружу. Как раз в этот момент по улице на огромной скорости пронёсся здоровенный чёрный джип. Вильнул, словно объезжал неожиданное препятствие, и бампером уткнулся в витиеватый фонарный столб с чугунным основанием.

Передок джипа от удара сплющился, крышка капота подлетела в воздух и приземлилась на пару метров левее. Оголившийся движок задымился, мелькнул огонь. Шайтан, затаившись у окна, продолжил наблюдать, ничем себя не выдавая.

Вскоре водительская дверца джипа распахнулась, и оттуда прямо на дорогу выпал водитель в измазанном кровью светло-сером костюме. Поднялся на четвереньки, потряс головой. Кое-как поднялся и неустойчиво, заплетаясь ногами на каждом шагу, побрёл в ту же сторону, куда и ехал.

Шайтан прищурился и перед глазами вновь всплыла прозрачная табличка с зелёным текстом.

Объект — человек, потенциально заражённый, ID… идентифицировал себя как Карл предположительно безоружен, умения Континента — не выявлены.

Майор желчно усмехнулся — ну и нечего тогда беспокоится, пусть своей дорогой бредёт. Ему вообще-то несвойственно было играть в спасателя благородных девиц, бабушек, идущих через дорогу, и даже выброшенных на улицу котят. Майор принципиально предпочитал думать исключительно о себе, а спасением заниматься лишь в тех случаях, когда риск своей шкурой стоит потенциальной выгоды.

Тогда какого чёрта он стоит и размышляет о том, как бы помогал водителю, окажись тот иммунным?

Кстати, об иммунных…

Таксист, с которым Шайтан добрался до проулка и которого — ш-шай-с-се! — тоже был готов пусть не спасти, но хотя бы помочь, был как раз иммунным. А адьютант и та девица в здании «New Gen» — потенциальными заражёнными. Получается, что все люди тут (кстати, а где это — тут?) делятся на два типа. И, в принципе, уже сами названия этих типов достаточно понятны, чтоб сделать вывод, что потенциальные заражённые — не что иное как потенциальные враги. Внешне они опасного впечатления не производят, но лучше бы держаться от них подальше до того момента, как станет понятно, что такое заражение — просто на всякий случай.

А вот иммунные, в теории, друзья. Но только в теории, потому что Шайтан знал — в экстремальных ситуациях из людей редко вылазит что-то хорошее. Обычно на поверхность выплывают самые низменные инстинкты и рефлексы. Одни, пережив самый страшный момент всеобщего обращения (так, а это слово откуда всплыло?), спускают себя с тормозов и окунаются во все тяжкие, становясь

бандитами. Другие, вынужденные выживать по соседству с первыми, имеют некоторые, довольно гибкие принципы, но в целом мало отличаются. Те же яйца, только в профиль, короче. Но бывают и третьи, которые…

Где-то в глубине вновь зашевелились вспоминания из сна, мутные, обтекаемые. Шайтан потянулся к ним, едва не застонав от ментальных усилий, но так и не смог вытащить их на поверхность.

— Да грёбаный же ты сон, ш-шайс-се! — выругался Шайтан и вздрогнул, когда совсем рядом от него раздался смутно знакомый голос.

— Расслабься, тут со всеми новичками такое происходит. Полная амнезия и снижение когнитивных функций. Ты, правда, не совсем новичок, так что Система слегка обломала об тебя зубы. По крайней мере, когнитивные способности она снизить не смогла. А вот до памяти всё-таки дотянулась, пусть и только кончиками своих загребущих лап.

До этого момента майор был абсолютно уверен, что на чердаке он один. Всё пространство, пусть и находилось в полумраке, легко просматривалось, ничего, что могло бы сойти за укрытие для человека, не было. Дверей кроме той, которую Шайтан подпёр костылём, тоже не наблюдалось, да и эта как была закрыта, так и осталась, и даже костыль никуда не делся. Тогда как и откуда здесь появился этот незваный гость?

Майор медленно, чтоб не показать растерянности, обернулся. Прислонившись к одной из горизонтальных балок и сложив руки на груди, в паре метров от подпирающего единственную дверь на чердак костыля (чёрт, надо было оставить его при себе, хоть какое-то оружие!), стоял высокий худощавый мужчина в поношенном камуфляже. Поза его выглядела расслабленной, но Шайтан не даром много лет провёл на военной службе. Он сразу понял, что перед ним не вырядившийся в военное шмотьё гражданский, а вполне себе солдат. Причём опытный, а не зелёный новичок.

— Ты кто? — набычился майор.

Лицо незнакомца скрывалось в тени, но голос… Голос Шайтану точно был знаком.

— Нет, стереть она ничего не стёрла, — спокойно продолжил незваный гость, словно бы и не услышав вопроса. — Но в целом своего добилась. Спрятала твои воспоминания. Сделала так, что твоя жизнь в Улье, тот, кем ты там был, теперь кажется тебе сном, а не реальностью. Эх, тебе бы такие же браслеты, как у Шпильки… Тогда разговор вышел бы попроще. Хотя… нет, не уверен.

— Что значит — кем был? — набычился Шайтан. — Я вроде себя ещё не забыл.

А про себя удивился тому, что при упоминании браслетов перед глазами сразу же встало видение двух массивных серых не браслетов, а, скорее, наручей без малейших следов застёжки или фиксатора. Причём — на тонких женских руках. И почему-то глаза — тоже женские, полностью, так, что не видно белка, залитые чёрнотой, на которой виднеются красные вспухшие сосуды.

— А меня? — со смешком в голосе уточнил собеседник и, опустив руки, шагнул из тени под луч света из окошка. — Мы с тобой долго пытались друг друга уничтожить, Шайтан. Все те семь лет, которые ты работал на корпорацию «New Gen». Система нарочно не стала трогать воспоминания о твоём собеседовании в ней. Решила, что этот город и этот день станут отличным респом для тебя. Запутают, заставят поверить, что вся твоя предыдущая жизнь в Улье — всего лишь сон.