Богатыри
Шрифт:
Красиво говорили правители социалистические о строительстве коммунизма и потеряли-то всего немного: в веру коммунистическую не все верили в народе, не все правители хотели жить честно, праведно, согласно вере духовной. Приходят ходоки к президенту Владимиру, упали ему в ноги и говорят:
– Богатырь ты земли Российской, наш славный президент Владимир, скажи нам, где правда? У нас есть законы о правах мужчины как хозяина семьи…
Какой же ты хозяин в семье, когда твоя заработная плата находится у жены? Пикнешь о равноправии в денежном вопросе – жена подаст на тебя в суд, а там судьи одни женщины, так кого они будут защищать – мужчин или женщин? Судья сама отбирает зарплату у мужа,
Посмотрел на них президент с улыбкой:
– И что он вам сказал?
– Сказал, что приходы у него за границей нарушаются, на Украине вот тоже столько приходов теряем. «Вот укрепим дружбу с Украиной – тогда, мужики, за вас возьмусь!»
– Вот-вот, – говорит президент, – я тоже говорю Медведеву: «Проведи совещание, я ему в правительство и письмо написал!»
Ходоки с колен подняли головы:
– И что он сделал?
– Да как всегда, отписка пришла: «Решить сию проблему никак не можем, а решим – третья часть продуктовых магазинов закроется, а это налоги, рабочие места, оборот сельхозпродукции – нет, пусть пьют! А что они в долг ночью водку дают, так мы их за это наказываем!»
– А что ещё сказал наш митрополит Кирилл?
Ходоки опять подняли головы:
– Дядя Кирилл, поп ты наш православный, заступись! Россия гибнет, бизнес не идет, рожают только бабы в деревнях: напьются, не знают чем заняться – а мужчины не могут понять, от кого дитя воспитывают. Мы и говорим – вон что по первому, второму и НТВ показывают: несовершеннолетняя девочка спит с мужиками со всей деревни, так Малахов и ещё два мужика со второго телеканала и НТВ твердят: надо одного парня найти и посадить. Нельзя с несовершеннолетней сексом заниматься: это преступление! Сколько народу посадили – тьма, и всё молодых! Получается, кому сексом по закону можно заниматься, те за это сидят в тюрьме, а несовершеннолетней нельзя заниматься сексом, но можно показать пальцем на одного из всех, и его посадят, причем его родители должны воспитывать её ребенка, то есть содержать!
Путин удивился:
– Как же она будет жить с его родителями, когда из-за неё посадили их сына?
– Да вы что, Владимир, наше солнышко! Она как занималась сексом, так и занимается по всей деревне, её и в соседних деревнях знают!
Почесал голову президент Российский, Владимир Ясное Солнышко:
– Ну и что вам сказал, как вы говорите, поп Кирилл?
– «У нас женщины имеют разное вероисповедование: есть прилежные женщины – нужно брать с них пример, а грешницам нужно батюшке исповедоваться, чтобы он простил грехи ихние, тяжкие. Христианки должны быть смиренными и стойко переносить все тяготы жизни».
«Не знаем мы, батюшка, но президент Республики Беларусь богатырь Александр говорит:
"Да вы что, мужики, наши христианки так пьют, что и мусульманок заманят! Нельзя, – говорит, – это делать – это должны решать наш батюшка митрополит Кирилл с муфтием мусульман. Мусульмане – народ умный, подскажут, что надо делать!"»
«Вы, батюшка митрополит всея Руси, наверное, не в курсе – Андрей Малахов с группой туристов на Кипре отдыхает!»
«Да-а, жаль! Но, мужики, вот разделаюсь с приходами – за всех малолетних возьмусь!»
Ходоки подозрительно посмотрели на митрополита Кирилла:
«А не развратитесь сами-то, не сопьетесь?»
«Не беспокойтесь правоверные, я мужик крепкий!!!»
– А что говорит, как вы говорите, муфтий всех мусульман? – спросил президент Владимир у ходоков.
– «По закону мужчина главный в семье, но что на самом деле?
У мужчин детей отбирают, что незаконно.
Из квартиры выселяют, что незаконно.
Он теряет работу, так как нет местожительства.
Суды должны учитывать кто главенствует по закону в семье, но они этого не делают, что незаконно».
И продолжил дальше:
«Вспомните, у христиан было такое, наказание, конечно, суровое, но справедливое: одно время было такое – падшую женщину, изменившую мужу, закапывали на время в землю, торчала одна голова. Дальше христианская церковь разрешала самому мужу наказывать жену за плохое поведение – так неужели, как вы говорите, батюшка митрополит всея Руси Кирилл не знает этого?»
– И что он ответил? – спросил президент Владимир.
– А они ответили, как мы вам говорим, – некогда пока ему!
Один ходок, самый неприметный из всех, тихо спросил:
– А что вы думаете по этому поводу, наш президент Владимир Ясное Солнышко?
– У меня высокий рейтинг доверия у населения, около девяноста процентов. Это я вам не вру. Ну и что, что нарушают законы, – мы думаем над этим! Раньше делали как – недовольных отправляли на Магадан, но я боюсь санкций всяких от Запада по этому поводу. У нас на Магадане не хватает рабочих рук и, стыдно сказать, некому пасти оленей. Как мы оградим женщин от пьянства? У нас равноправие. Понимаю вас: всё начинается с разврата, а кончается дележом чужого имущества, в которое не вложили ни рубля, как бы премия за разврат. Но не спешите, уважаемые ходоки: у нас в администрации президента и в правительстве если закон пишется два-три года, то его уже не надо исправлять!»
Вздохнув, ходоки побрели дальше и в нерешительности остановились…
Кто в семье старший
Болтовня третья
Стали ходоки чубчики в разные стороны гладить, стали себя за подбородок, где борода должна расти, щипать и думать думу горькую:
«Что же нам делать, как жить дальше будем?»
Тут явился к богатырю – президенту Владимиру богатырь Александр, президент Республики Беларусь, сам Батька, и с ходу поинтересовался:
– О чём призадумались, мужички российские?
Поклонились ему в пояс ходоки и говорят:
– Не обессудь за наши слова горькие, богатырь Александр, президент Республики Беларусь!
– Говорите, ходоки, я сам из народа и выбрал меня, богатыря, народ Беларуси за борьбу мою честную в стольном граде Минске. Люблю я свой народ и вам с охотой помогу!
Обсказали ходоки печальную повесть про житьё-бытьё, про дела семейные, Семейным кодексом не прописанные. Закручинился тут богатырь Республики Беларусь Александр, но виду не подал; есть и в его стране такая напасть – когда яйца курицу учат, как им жить-поживать, как стариковские законы нарушать, как под равноправие косить, когда надо выпить и отведать жизни разгульной. Пошевелил он правым усом, а левый решил не трогать, дабы ходоки не видели.