Бог Динамо (пер. Азов)
Шрифт:
Выглянув из помещения паровых машин, черный увидел, как бог Динамо вертелся и кружился рядом со своими младшими братьями, маховики вращались, и пар в поршнях выходил с тем же шумом, как обычной в общем, с точки зрения механика, это был совершенно незначительный инцидент — всего-навсего временное ослабление
— Разве я не угодил своему богу? — вопросил из мрака Азума-зи, и голос огромной динамо-машины ответил полнозвучно и звонко.
При виде огромного вертящегося механизма странное очарование, ослабевшее после смерти Холройда, овладевало им снова.
Азума-зи никогда не видел, чтобы человека убивали так быстро и безжалостно. Огромная гудящая машина уничтожила свою жертву, не уклоняясь ни на секунду от своего равномерного хода. Это был действительно могущественный бог. Ничего не подозревавший инженер стоял спиной к Азума-зи и набрасывал что-то на листе бумаги. Его тень лежала у ног чудовища.
«Бог Динамо еще голоден? Его раб готов!».
Азума-зи неслышно шагнул вперед и замер. Инженер перестал писать и, направившись к динамо-машине, приступил к ее осмотру.
Минуту поколебавшись, Азума-зи проскользнул в тень, к стрелке. Здесь он выжидал. Вскоре послышались шаги возвращавшегося инженера. Он остановился на прежнем месте, не подозревая о затаившейся опасности. Огромная машина загудела, и Азума-зи кинулся из мрака на свою новую жертву.
Инженер почувствовал, что его схватили поперек тела и швырнули по направлению к большой динамо-машине. Отбиваясь ногами и пригнув руками голову противника, он несколько ослабил
Инженер яростно впился зубами в черное ухо. Азума-зи бешено завыл.
Чернокожий (по-видимому, расставшийся с куском уха) попытался ухватиться за что-либо, чтобы можно было отбиваться ногами; в это время раздался шум шагов. Азума-зи кинулся к большой динамо-машине. Среди механического рева слышно было непонятное шипение.
Вошедший железнодорожный служащий стоял, уставившись на Азума-зи. Чернокожий схватил в руки обнаженные концы провода, его тело судорожно дернулось пару раз, и неподвижно повисло на машине. Коричневое лицо застыло в нечеловеческой гримасе.
— Я очень рад, что вы пришли так вовремя, — сказал инженер, все еще сидя на полу.
Он посмотрел на подрагивающее тело.
— Это, по-видимому, не очень приятный род смерти, зато быстрый.
Служащий все еще смотрел на труп. Он вообще соображал довольно туго. Наступила пауза.
Инженер неуклюже поднялся. Он задумчиво потрогал пальцами свой воротник и покачал головой.
— Бедный Холройд! Я теперь понимаю.
Затем почти машинально подошел к стрелке и снова пустил ток по железнодорожному кругу. Тотчас же опаленное тело отцепилось от машины и упало вперед лицом. Сердце динамо-машины запело громко и звучно.
Так завершился культ бога Динамо, может быть, самая недолговечная из всех религий. Все же и она может похвастаться одной мученической кончиной и одной человеческой жертвой.
1894