Боевые искусства Ветрогорья
Шрифт:
Гене показалось, что психолог выискал взглядом именно его, и Двинянин залился краской (аж очки запотели), вспомнив сегодняшний эпизод с отчётом. Краем глаза менеджер заметил, что его некоторые из его соседей тоже порозовели и потупились.
– Но самое главное – вы все трусы, – радостно подытожил психолог. – Дрябленькие, жирненькие, женоподобные трусы с угодливыми улыбочками. «Чего изволите-с?» Травоядные! Вы неспособны поставить на место зарвавшегося шефа-хама, набить морду хулигану, сделать замечание наглому подростку, утихомирить буяна-соседа. Как написано в одном бестселлере, так и вы теперь ничто:
Психолога никто из зала не поставил на место, не сделал замечания и, тем более, не набил морду, поэтому он продолжал и продолжал свой обидный спич:
– Вы живёте с частицей «бы», прилепившейся к вам намертво: хорошо бы врезать начальнику или коллеге-карьеристу, хорошо бы склеить вон ту симпатичную блондинку, вот если бы стать чуть сильнее-смелее-напористее… Вся жизнь – сплошное «бы», одна большая упущенная возможность, которой не суждено стать действительностью. Вы даже не существуете, а «можествуете»: вот если бы можно было бы…
Двое молодых людей с напряжёнными лицами попытались встать и пробраться к выходу, но Мирошников их опередил.
– Не бойтесь, я не собираюсь устраивать бойцовский клуб и заставлять вас бить друг другу физиономии! – рассмеялся он, разгадав причину манёвра клерков, и оба беглеца осторожно опустились на краешки своих стульев. – И не собираюсь проводить тренинг на тему, как победить свой страх, поверить в себя, стать увереннее и храбрее. Не буду я посылать вас на улицу кадрить блондинок для выработки смелости и коммуникативных навыков. Чушь всё это! В человеке любое качество прекрасно, главное, уметь им пользоваться.
– А трусость? – спросил кто-то самый смелый из собравшихся в зале трусов.
– Трусость – отличная черта характера! – Психолог словно забыл, что совсем недавно высмеивал у аудитории именно эту черту. – Трусость – это осторожность, это защитный механизм, данный нам природой, это жажда оставаться в тени и не выпячиваться, где не нужно. Смелость – черта тупиц и оборванцев, которым нечего терять. А нормальный человек всегда за себя боится: ведь у него есть куча кредитов, начальство, квартирная хозяйка, ипотека… Как сказано в одном сборнике фантастических рассказов, страх господень всё превосходит, и имеющий его с кем может быть сравнен.
Зал облегчённо зашевелился, поняв, что здесь от трусости никого избавлять не будут.
– Я не зря в начале беседы упомянул интеллект, – продолжил психолог. – И не напрасно столько времени искал умных ребят в тех фирмах, где я консультирую…
Двинянин почувствовал гордость. Интересно только, каким образом смог этот болтливый консультант определить, что Гена обладает нужным количеством серого вещества? Ведь менеджер проработал в «Русакоффе» всего два месяца. Вместе с тем опасение попасться на крючок сладкоголосому жулику усилилось.
– Так вот, ребятки, интеллект – наше с вами оружие. Средство против наглых, тупых и хамоватых. Как говорится в лидере книжных продаж, всякий поступай по удостоверению ума своего. Серое вещество – очень мощное оружие. Оно поможет вам выжить в этом мире, если научиться хорошо им владеть. Более того, вы будете наслаждаться властью над согражданами-имбецилами, побеждать их и манипулировать ими. Словно старшеклассники в младшей группе детсада.
Тут
– Как в любом боевом искусстве, в эспритионе есть набор приёмов, – разглагольствовал вошедший в раж психолог. – Опытные мастера знают, в каком случае применить тот или иной приём. Словно опытный боксёр выбирает тактику боя, оценив и прощупав противника. Только опыт поможет безошибочно выбрать верный путь к победе над противником. Думаю, вы уже догадались, что есть разные группы приёмов. Предназначенные для борьбы с соседями совершенно не подходят для борьбы с офисным начальством, и наоборот.
Психолог неожиданно прервал изречения и спросил:
– Кто-нибудь догадался, почему я сегодня так много внимания уделил трусости?
– Наверное, чтобы научиться не терять осторожность в бою… – неожиданно для себя выкрикнул Гена.
Мирошников благосклонно посмотрел на менеджера.
– Ну и почему ж её нельзя терять? – прищурился он, глядя на Двинянина.
Тот смутился и, затеребив дужку очков, промямлил нечто невразумительное. Не дослушав реплику, психолог перебил Гену:
– Напомню, что я говорил о трусости не только как об осторожности, но и стремлении остаться в тени. Вы поняли, что эспритион – искусство бесконтактного боя, поэтому боец должен уметь избежать внимания, и в этом ему поможет именно трусость. В этом наше единоборство радикально отличается от других. Идеальный результат в эспритионе – победить так, чтобы противник не догадался, кто его одолел! И я вас, ребятки, этому научу. Буду вашим тренером и учителем. Ну, а у вас задача простая – внимать и усваивать. Как говорит одна книга, входящая в топовую десятку по популярности, повинуйтесь наставникам вашим и будьте покорны, ибо они неусыпно пекутся о душах ваших.
Менеджер, забыв об опасениях, задумался о приёмах бесконтактного боя. Интересно, что Мирошников имел в виду? Можно ли победить глупого наглеца Храмцова, да ещё и без риска? Подсыпать ему слабительное в кофе? Так для этого определённый риск всё же нужен. Наябедничать Русакову? Тут точно в тени не останешься; через пять минут весь офис будет только об этом и сплетничать. Может, какие-то астрально-ментальные методики? Бред!
– Интрига! – стелепатировав, подсказал ответ психолог. – Вот, ребятки, альфа и омега эспритиона! Ведь умная интрига предполагает манипулирование другими людьми, не вызывая подозрения к себе. А ведь это и есть цель эспритиона – умение не привлекать внимания! Опытные мастера на интуитивном уровне могут, едва глянув на обстановку в офисе, выстроить сложную многоходовую интригу, при этом совершенно не выдав себя.