Боевой Космос
Шрифт:
Его смогли «разглядеть» благодаря узконаправленному детектору гравитационных волн. Это он почувствовал ничтожный всплеск гравитации, исходивший от опасного космического хищника. Сверившись с реестром, бортовой компьютер тут же сообщил: «Расстояние – полторы световых минуты. Звездолет челов первого класса – восемьдесят процентов вероятности. Астероид – двадцать процентов вероятности».
Направленный на указанную точку пространства телескоп сумел уловить какой-то объект. Спектрограмма показала, что по цвету поверхности – серой, почти черной, он напоминает метеорит.
– Восемьдесят процентов мощности набрано.
– До Прыжка осталось девяносто секунд. Всем немедленно занять свои противоперегрузочные кресла.
– Фу, не успеют уже лазером достать, – выдал свои эмоции второй пилот, – успеем уйти в гипер.
– Они еще могут успеть нарушить равновесие в момент Прыжка, – заметил штурман «Ускользающего», сидящий по левую сторону от командирского кресла.
– Вечно ты каркаешь, О'Тунни, не хуже тебя об этом знаем, – раздраженно рыкнули с центрального кресла.
Недовольство полковника Волна можно было понять. Попади боевой лазерный луч в то место, откуда начал совершать переход в гиперпространство звездолет, когда гиперокно или дырка, на сленге звездолетчиков, не успела затянуться, беды не избежать. Мощный поток фотонов нарушит квазиравновесие системы «пространство – гиперпространство» и образовавшаяся подпространственная ударная волна собьет звездолет с курса, и он вновь войдет в привычное трехмерное пространство совсем не в той точке, на которую рассчитывали. Причем погрешность может составлять несколько световых лет! Космолетчики называли это: «Получить по заднице». И это был в таких случаях самый благоприятный исход. Ведь вынырнуть можно было и в центре какой-нибудь звезды! По «оптимистичности» не хуже был и вариант, когда лазерный луч придет чуть раньше, когда звездолет будет еще в так называемом тоннеле перехода. Нарушившееся равновесие двух пространств просто схлопнет этот тоннель. Теория утверждает, что любое тело тогда прессуется до толщины одного атома. Это даже не мокрая лужа. На жаргоне ребят, которых напрямую это касалось, эта перспектива называлась: «Сильно похудеть».
– Набрано девяносто процентов мощности.
– Датчик обнаружения показывает, что челы изменили траекторию, – мелодичное компьютерное мурлыканье было прервано взволнованным мужским голосом.
– Черт, заметили! Начинают прицеливаться.
– Набрано девяносто пять процентов мощности.
– Приготовится к переходу, – тут же последовала команда командира корабля.
Второй пилот и штурман почти одновременно нажали на красные кнопки на подлокотниках. Тот час же их кресла начали трансформироваться, как бы закутывая сидящих в них людей.
– Набрано девяносто восемь процентов мощности.
Все более возрастающий, до этого невидимый поток
– Замкнута третья силовая цепь, – дополнительная энергия хлестнула по обмоткам генератора.
Чуть светящийся световой столб быстро набирал в яркости, становясь похожим на короткий лазерный луч
– Сто процентов мощности. Переход!
Световой столб вспыхнул ослепляющим светом, мириады гравитонов еще сильнее надавили на пространство, мгновение и ослепительный таран, наконец, разорвал тонкую пленку реальности, погружаясь в темный мир виртуальных частиц. И тут же в образовавшуюся брешь провалился и «Ускользающий».
Через минуту, когда звездолет уже был за десятки световых лет, шесть пятьсот мегаваттных боевых лазерных лучей, посланных с человского крейсера, пронзили то место, где он был. «Ускользающий» и на этот раз ускользнул.
Казалось, само пространство навалилось на О'Харра. Противоперегрузочное кресло, плотно, без малейшего просвета прильнув к телу, как могло помогало кроку. Секунда, другая, третья…на тридцатой секунде перегрузки стали спадать.
«Ну, наконец-то. Господи, ну за что мне такое наказание? Летал бы сейчас на «Грозном» и гонял бы эсминцы и канонерки фролов. Что они могут сделать с шестисантиметровой броней лучшего нашего крейсера? И что могут противопоставить эти фролы десяти тысячемегаваттным пушкам его главного калибра? Свои несчастные пушчонки в сто мегаватт? Смешно. Да один залп «Грозного» превратит корабль фролов в пережаренный кусок мяса, ну ладно, пусть с кровью. Эх! И на фига я полез в драку с полицейскими?»
Где-то в лесу свистнула сойка. Андрей вопросительно посмотрел на лежащего рядом Славу Шустрова. Тот неопределенно пожал плечами.
«Эх, не охотник я. Поди разберись, эту птичку человек испугал или она так, с утра горло чистит. А решение принимать надо».
– Давай на звук, – чуть слышно выдохнул Кедров, – вперед.
Разведывательно-диверсионная группа или сокращенно РДГ из пяти человек бесшумно заскользила в осеннем лесу…
Экзаменационное задание было традиционным – найти и обезвредить РДГ «синих» и взять «языка». И указан квадрат на карте. Выходить за его пределы – ни-ни. Точно в спецназ ГРУ не попадешь.
«Синие», тоже пять человек, сдавших два дня назад кросс, имели задание аналогичное – им уничтожать РДГ «красных», то есть Андрея и его товарищей.
Командиром разведывательно-диверсионной группы «красных» полковник Кардышев назначил его, Андрея Кедрова.
– Может это как-то тебе поможет. Больше ничем помочь не могу.
– Спасибо…Александр Павлович.
– Ну давай иди, готовься.
– Есть.
Разведчики двигались классическим клином – на острие Андрей, от него влево и вправо по два человека на расстоянии трех метров по фронту и двух метров в глубину. Через десять минут разведгруппа достигла опушки леса.