Боевое братство
Шрифт:
— Сбили, — произнес кто-то из солдат. — Они сбили "Буревестника".
— Это «Аспиды», — сказал Маркус.
— Феникс, мы должны заставить их замолчать, — заговорила Штрауд. — Иначе всем нам конец.
Рев второго «Буревестника» все нарастал, словно ракета поднималась и уходила из зоны поражения «Аспидов» и зениток. Вторая волна горячего воздуха пронеслась со свистом, ракета мелькнула в ночном небе и исчезла. А через несколько мучительных секунд напряженного ожидания чернота неба заполнилась вторым огненным шаром.
— Проклятие, как им это удается? — послышался голос Матаки. — Как они умудряются
— Я не знаю, — ответила Штрауд. Она остановилась в нескольких метрах от Карлоса и Маркуса. — Феникс, стреляй в первого «Аспида», того, что слева. Якове, сколько «Копий» осталось в твоем отделении?
— Два, мэм.
— Тогда не трать их понапрасну. Второй «Аспид» и ближайшая к тебе зенитка.
Ракетные установки были рассчитаны на одного человека, но для лучшей устойчивости Карлос еще подставил под спину Маркуса колени. Ударил выстрел. «Аспид» уже тронулся с места, когда Маркус спускал курок, но Маркус был хорошим стрелком и…
— Дерьмо! — сплюнул он.
"Аспид" находился на пределе зоны поражения «Копья» и еще сдвинулся вправо, так что ракета пролетела в полуметре от его корпуса. Она во что-то попала — в дерево или просто в землю — и взорвалась. Карлос тотчас схватил последнюю ракету и стал заряжать установку для Маркуса.
— Он уходит из зоны поражения.
С другой стороны Яковсу повезло не больше, чем Маркусу. Водители «Аспидов» прекрасно знали предел дальнобойности оружия противника. Тем не менее один из водителей автомобилей оказался не таким грамотным и получил «Копье» в выхлопную трубу.
Карлос увидел, как другой автомобиль направился к «Аспиду». В тот момент, когда Маркус выстрелил, транспорт оказался точно на линии огня, и ракета ударила ему в борт. Куски обшивки разлетелись в разные стороны. В любое другое время подобное попадание было бы встречено одобрительными выкриками, но сейчас все поняли: только что Маркус истратил последнюю ракету.
— Дьявол! Простите, мэм. Простите.
— Ладно, Феникс, ты все сделал правильно. Стало одной угрозой меньше.
— Значит, будет еще легче, — жизнерадостно заметил Яковс.
Самое последнее «Копье» унеслось вперед, и Карлос даже не успел засечь хвост его реактивной струи. Но «Аспид» быстро попятился и спрятался за другими транспортами. Ракета взорвалась, и пулеметная установка перестала существовать.
Разница между переломом в битве и поражением могла составлять всего несколько сантиметров. Маркус едва слышно ругался под нос, загораживая ладонью микрофон рации, и Карлосу даже стало за него страшно. Но он не промахнулся. Просто в тот момент задача была невыполнимой. Карлос крепко сжал плечо друга, пытаясь отвлечь от мысли, что исход битвы теперь на его совести.
И еще Карлос слышал гул вертолетов. Он оперся на локоть и посмотрел в небо, но не заметил ни одного огонька. «Химеры» кружили где-то неподалеку и чего-то ждали.
— «Калона», центр вызывает Страховку, — заговорила Аня Штрауд. — «Мерит» готовит к полету последних «Буревестников», но они прилетят только через десять или двенадцать минут. Группа Зачистки готова покинуть объект. Будьте готовы к отходу.
— А как дела с эвакуацией раненых? — спросила майор Штрауд. — «Аспиды» угрожают сбить любые объекты еще до того, как они подлетят к зоне приземления. У нас не осталось
Голос Ани зазвучал так же виновато, как совсем недавно голос Маркуса:
— Мы работаем над этим, мэм.
Штрауд минуту помолчала, и потом ее голос зазвучал совершенно иначе. В тот момент она стала совсем другой женщиной.
— Ты все делаешь прекрасно, дорогая. Правда, все хорошо. Я тобой горжусь.
Ее слова на несколько долгих секунд заставили всех замолчать. Карлос физически ощутил, как все участники переговоров напряженно вслушиваются в тишину. С канала связи исчезли разговоры и посторонние звуки… Штрауд никогда не нарушала дисциплину переговоров — не говоря уж о том, чтобы сделать это в разгар сражения. Карлос затаил дыхание. В этих словах прозвучала некая трагическая определенность. Он даже догадывался, о чем подумала Штрауд: она не была уверена, что выберется отсюда.
Аня молчала, казалось, целую вечность.
— И я горжусь… вами… майор, — наконец произнесла она.
Слышать такое было невыносимо для Карлоса. Он на долю секунды опередил Маркуса:
— Мэм, разрешите подобраться ближе к «Аспиду». Если я сумею приблизиться, я уничтожу один из них.
— Я это сделаю, — бросил Маркус и устремился вперед.
Штрауд схватила его за штанину чуть ниже колена и заставила вернуться на место. Оказывается, она была еще ближе, чем думал Карлос.
— У меня в таких делах больше опыта, капрал. Вы с Сантьяго перемещайтесь вправо и открывайте огонь. Отвлеките как можно больше стрелков. — Она переключила канал. — Группы «Альфа», «Браво» и «Эхо», перемещайтесь к Матаки. Матаки, возьми половину состава и обеспечь охрану зоны приземления на берегу. Вторая половина пусть выдаст инди по полной программе, но как можно дальше от моей позиции. Я закончила.
— Мэм, если вы собираетесь пересечь эту низину в одиночку и сделать то, о чем я подумала, они вас быстро засекут.
— Как хорошо вы меня изучили, сержант, — ответила Штрауд. — Просто сделайте так, чтобы они были очень-очень заняты.
— Чего ждут вертолеты? — спросил Маркус. «Химеры» так и не спустились к земле. Если бы они это сделали, то без труда могли бы расстрелять всю роту, — Похоже, они прилетели не ради нас. Они ждут чего-то другого.
— Ну, я не могу терять время и ждать, пока они выберут себе объект. — Штрауд, подвешивая гранаты к своей перевязи, словно бы отмахнулась от какой-то мелкой неприятности, — «Ворон» все равно приземлится, нравится им это или нет. Присматривайте за «Аспидом» слева от нас. И дайте мне несколько минут.
Она выскочила из зарослей травы, и Карлос услышал, как плеснула вода в канале. Штрауд исчезла, прежде чем Маркус успел что-либо сказать.
— Она спятила, — произнес Карлос.
— Она знает, что делает.
— Если знает она, значит, и я знаю.
Карлос уже два года служил бок о бок с женщинами — и в смысле физической подготовки они были ничуть не слабее мужчин. Но теперь он не мог смириться с тем, что женщина, которая годилась ему в матери, должна пробираться через канал и болото под вражеским огнем. И тот факт, что она была офицером, ничего не значил. Все его инстинкты кричали, что он должен защищать и оберегать ее.