Боец
Шрифт:
За два часа он вытряс из меня все что было, могло быть теоретически и даже о чем я только начал догадываться. Я попытался успокоить, что со мной все в порядке, завтра операция, которая поставит меня на ноги. Впереди ждет интересная работа, пусть и несколько более скромно оплачиваемая, чем мои турниры, а проблемами на личном фронте я займусь чуть позже, но обязательно займусь.
При упоминании способа заработка - отец выдал категорически непечатное предложение слов на двадцать. Ну, эта песня старая, я к ней уже привык и пропустил
От немедленного прилета, родителей удалось отговорить. Помогло напоминание, что второй раз их вряд ли выпустят, а старость в нашей стране не самая комфортная, даже при условии неплохого личного «пенсионного фонда» отца. Закрепил успех - обещанием, что Назар будет держать их в курсе, да и видео с моей «работой» смогут смотреть регулярно.
Попрощавшись с матерью и отцом, долго крутил телефон в руках. Мысли занимал только один вопрос: звонить Дарье, или нет? Мучился им около часа. А потом решил, какого черта? Доктор сказал в морг, значит, в морг!
У нее своя жизнь, ребенок на подходе, будущий, а может уже и действующий, муж с приличным заработком и, вроде бы, адекватным подходом к жизни. Я этим товарищем очень интересовался, первое время. Много чего узнал. Где и кем работает, как отдыхает, какие друзья, ну, и через Дашкиных подруг - не обижает ли и все такое. Не обижал.
И что ее тогда принесло сейчас? Жалость? Бабская любовь к мелодраматическим сценам? Или она что-то знает, как-то задействована во всем этом бардаке? Пусть даже косвенно. Да не - бред! Просто узнала о случившемся, решила проявить участие и не сдержала эмоции. Такие мысли я гонял в мозгу, одновременно тупя в телевизор. Минут двадцать мне разрешили пялился в новостной канал.
А дальше все завертелось. Меня начали готовить к операции. Морили голодом, истязали бесконечной сдачей анализов и беседами с разными специалистами. Все это прекратилось часов в девять вечера. Сил не было совершенно. Хотя за весь день, я даже ни разу не сменил положения в кровати. Глаза слиплись сами собой, и мое сознание упорхнуло в царство Морфея.
Пробуждение было ранним. В шесть утра меня растолкали медбратья. Перекинули на каталку и повезли, петляя по коридорам и переходам, в операционный блок. По прибытию, сурового вида анестезиолог, воткнул в мою руку катетер, подключенный к капельнице, и велел считать вслух. Улыбнула мысль, что вот так же, совсем недавно, я самостоятельно втыкал шприц с раствором нано-роботов, ровно в то же самое место. Вроде-бы я досчитал до пятнадцати...
Дежавю. Опять утро. Только не раннее и самочувствие отвратное. Такое ощущение, что спину забыли зашить. Болит, чешется, ноет и дергает одновременно. Но приходится терпеть и не подавать виду. Ронять лицо перед посторонними не позволяет воспитание.
Рядом с моей койкой обнаружился некий субъект гражданской наружности. Путающиеся мысли, в не до конца отошедшей от наркоза голове, затрудняют восприятие ситуации.
На вид - лет сорок, сорок пять. Короткие темные волосы зачесаны назад. Черты лица острые, взгляд уверенный, я бы даже сказал холодный. На мое пристальное внимание реагирует спокойно и глаз не отводит. Явно не намерен первым начинать диалог. Костюм - черный, деловой, в руках кожаный портфель, тоже темный. Ему бы еще непрозрачные очки, для полноты сходства с людьми в черном.
– Чем обязан?
– Как Вы себя чувствуете, Дмитрий Олегович?
– Как надкушенная палка колбасы. Кто Вы и зачем пришли?
– Мое имя Вам ничего не скажет, я юрист представляющий интересы компании разработчика проекта «Вирус». Мы оповещали Ваше доверенное лицо, что контракт для подписания предоставим в среду. Сегодня среда.
– Десять утра. Меня недавно сняли с хирургического стола, я еще даже от наркоза не полностью отошел. Потерпеть до вечера нельзя было?
– Чем раньше Вы окажетесь в капсуле, тем будет лучше для Вашего самочувствия.
– И компании....
– И компании. Вот контракт, вникать будете, или поверите на слово?
– Обязательно буду!
– Это правильно, коллега. Юрист, пусть и не доучившийся, должен самолично все проверять. Я Вас не тороплю - изучайте. Если что-то вызовет вопросы - я поясню.
– Вы так говорите, будто меня уже отчислили.
– Нет. Вам предоставлен академический отпуск, Александр Никифорович все подписал, электронные копии высланы на Вашу почту, можете ознакомиться.
– Шустро Назар справился!
– Назар Кириллович, тут не при чем. У меня свои взаимоотношения с Вашим ректором.
Мда. Обложили, сволочи. Однако, контракт тонкий, всего три листа и предельно понятный, без мутных, двухслойных трактовок. Удивительно. Ставя подписи на каждой странице, решил заострить на этом внимание.
– И что, никаких подводных камней?
– Совершенно верно. Контракт кристально чист с юридической точки зрения и абсолютно прозрачен по условиям. Наша организация не имеет привычки водить за нос своих работников и клиентов. Тем более таких, как Вы, Дмитрий Олегович. Мой поклон Олегу Петровичу.
– Вы знаете отца?
– Да. Долгое время служили вместе.
– Нужно было с этого начинать.
– А это что-то бы изменило?
– Да, я бы больше Вам доверял.
– Зря. Советую Вам доверять только себе, и то не полностью - будете меньше попадать в дурацкие ситуации. Через час за Вами прибудет наша медицинская служба. Инструктаж проведут уже в мед-центре корпорации. Ваше доверенное лицо уже там, координирует настройку связи.
– И лапает девок.
– Не осведомлен. Однако замечу, у нас не работают девки. Присутствуют сотрудники женского пола. Всего доброго.