Боец. Оборотни
Шрифт:
На этот счет я не сомневаюсь. В отношении поганцев, прикрывающихся властью, контора Румянцева работает четко – «несчастные случаи» в наше время стали обыденным явлением и никаких подозрений у налогоплательщиков не вызывают, особенно когда все спланировано и выполнено спецотделом румянцевских волкодавов…
Двадцать минут рабочего разговора с генералом, и я отправляюсь в отдельный кабинет знакомиться с материалами дела.
Глава вторая
Санкт-Петербург. Аэропорт
Взревев двигателями на реверсе, двухмоторная «Чесна» мягко пробежала по бетонке и пошла на рулежку в направлении низкого здания маленького аэропорта.
Частный самолет, прилетевший из Москвы, уже ожидал кортеж, состоявший из двух тонированных джипов «шевроле тахо».
Из самолета по низкому трапу спустились четверо мужчин, среди которых заметно выделялась фигура охраняемого объекта.
Высокий мужчина средних лет, с легкой сединой в коротко стриженных волосах и лицом голливудского актера, ступил на питерскую землю.
Его мгновенно обступила охрана и проводила к одному из джипов.
Кортеж выскочил за ворота аэропорта и понесся в направлении города.
Прилетевшего мужчину, джипы и охранников усердно фотографировал маленький человек, прятавшийся в салоне старенького «Ана», именуемого в народе «кукурузником», стоявшего неподалеку от «Чесны».
Практически не останавливаясь, распугивая питерских автомобилистов кряканьем милицейских гудков, джипы быстро пробрались в центр города и остановились возле парадного подъезда одного из крупнейших коммерческих банков.
Сопровождаемый охранниками, мужчина быстро прошел в распахнутые перед ним двери. Служащие банка, заметив приезд важного гостя, почтительно замирали и, соблюдая дистанцию, здоровались с ним.
Мужчина проходит в кабинет президента банка. Здесь его уже ждут. Ждет только один человек – хозяин кабинета. Мужчины обмениваются крепким рукопожатием. Гость движением руки отпускает свою охрану, которая нагло вперлась следом за ним в кабинет. Охранники испаряются мгновенно.
– Как долетел, Семен? – дружески приобнимая гостя, интересуется хозяин кабинета и подводит Козырева к мягким креслам, где «влегкую» накрыт столик. – Коньячку с дороги?
– Пожалуй, – кивнул Семен. – Как у тебя здесь?
– Нормально. Еще успеем наговориться. – Хозяин кабинета, Шарыгин Иван Константинович, разлил «Метаксу» по бокалам.
Шарыгин с радостью встретил Козырева, которого когда-то поставил командовать своим филиалом на Урале. По большому счету он не прогадал. Козырев оказался человеком серьезным, вдумчивым и, если где-то и приворовывал, то делал это так чисто, что Шарыгин никогда не мог обнаружить какой-либо утечки средств. Денег всегда хватало, и все полностью совпадало с отчетами, как официальными, так и неофициальными. Одним словом, Шарыгин был вполне доволен Козыревым, и за десять лет совместной работы не было между ними ни одного прокола.
Друзья выпили, закусили бутербродами с красной икоркой. Закурили.
– Кофе будешь? – спросил Шарыгин.
– Давай, – кивнул Семен. – А за кофе
Шарыгин заказал секретарше кофе и попросил ни с кем его не соединять.
Какое-то время мужчины молча курили.
– Так для чего ты меня вызвал? – спросил Семен, ставя на столик пустую чашечку.
– Помимо прочего, тебе придется пообщаться с одним человеком. – Шарыгин нахмурился. – Ты у нас лицо, можно сказать, нейтральное. Передашь ему все данные, кое-что шепнешь на ушко, и на этом твоя основная миссия здесь закончена.
– Заказ? – усмехнулся Козырев. Не отвечая, Шарыгин мрачно посмотрел в глаза Семену.
– Понял, Иван, не сердись, – тут же отработал назад Козырев. – Когда у меня встреча?
Шарыгин тяжело вздохнул, поднялся из кресла и прошел к своему рабочему столу. Обошел стол, открыл фальш-панель и набрал код сейфа. Достал оттуда дискету, закрыл стальной ящик и вернулся к столу. Передал дискету Семену. Все это он проделал молча.
– Это отдашь ему, – произнес Иван. – Встреча через полтора часа. – Шарыгин посмотрел на свой наручный «Вашером Константин». – Тебя отвезут к месту, а дальше пойдешь пешком. Водитель тебе объяснит и будет ждать в определенном месте. Опаздывать нельзя. Человек не будет ждать ни одной минуты. Лучше приехать туда пораньше.
– Как я его узнаю?
– Узнаешь. Он сам подойдет к тебе.
– Что передать на словах?
– Скажешь, что время урезано до десяти дней. Сумма гонорара увеличена в два раза и уже переведена на его счет. Это он может проверить. Все.
Козырев убрал дискету в карман и кивнул, давая понять, что все запомнил. Посмотрел на свои часы.
– Пожалуй, мне лучше всего отправиться прямо сейчас, – предложил Семен.
– Давай. Как все сделаешь – сразу ко мне. У нас сегодня вечером большая программа, и я уверен, что она тебе понравится. – Шарыгин многообещающе улыбнулся.
Олег Семенович Овчинников посмотрел на настенные часы, поправил перед зеркалом узел галстука и, взяв со столика в коридоре ключи от машины, вышел на лестничную площадку.
Олегу было уже за сорок, но по внешнему виду вряд ли кто-нибудь дал бы ему более тридцати пяти.
Отслужив в спецчастях почти двадцать лет, Овчинников подал в отставку и поселился в родном городе. Имея некоторые связи в новом российском бизнесе, он быстро нашел применение своим талантам.
Война, а Овчинников за двадцать лет навоевался от души в различных частях света, сделала из Олега то, что в принципе и должна была сделать с человеком, выполнявшим спецзадания по уничтожению неугодных своей стране людей. Исключительный цинизм и умение сохранять хладнокровие в экстремальных ситуациях – именно эти качества и позволили ему после демобилизации стать наемным убийцей. Овчинников вообще не испытывал никаких чувств по отношению к своим жертвам, так как точно знал, что все его «клиенты» сделали себе состояние через криминал, а значит, неизбежно пролили кровь своих конкурентов.