Боцман и раздолбай

Сердитый Коротыш

– Ты прошел много войн?

– Бывал в переделках, это да.
– Кивнул Боцман.
– Нас, морскую пехоту, перебросили на Кавказ, так что пришлось по горам побегать, хотя и не к этому готовили. Потом, когда уволили по ранению, то пошел в СОБР, там тоже сперва нос воротили, но потом вроде приняли, работы было немного, так, в оцеплении постоять, толпу разогнать. Только все это грустно.
– Рома поерзал, устраиваясь поудобнее.
– Смотришь вот так на этих болванов, которые орут и скандируют, а сами не понимают, что они орут. Есть такие там провокаторы,

которые их заводят, только их не вычислишь. Люди - они же как стадо, если есть вожак, то остальные бараны идут за ним. А тут такая волна человеческих безоружных тел, которые даже не понимают, что происходит и не хотят понимать, а просто тупо орут и бегут, колотя и разбивая все на своем пути. И как такую волну остановить? За рубежом применяют водометы, а у нас заслоны ставят, чтобы потом сотрудники с проломанными головами по больничкам лежали.

– Мы же рядом с Порубежьем.
– Осторожно произнесла Асамзула.
– Ты был там?
– она указала пальцем куда-то за стены станции.

– Нет.
– Рома улыбнулся.
– За рубежом - это значит за границей, в другой стране, на одной и той же планете. Вы дети космоса, а мы еще не вышли из колыбели.

– Как же ты оказался здесь?

– Украли. Усыпили, а потом очнулся на корабле работорговцев, которые меня и сдали тому доктору, а тот уже определил в шахту. Поэтому мне надо этого доктора найти, чтобы узнать имя капитана корабля и название самого судна.

– Зачем?

– Чтобы выяснить, как он попадает к нам на Землю, да и прекратить этот вывоз населения с моей планеты.

– Ты думаешь о людях даже после того, что они с тобой сделали или натворили?
– удивилась девушка.

– Ну, они же не все плохие, просто запутавшиеся. А дерьма у нас и без работорговцев хватает, но с ними мы как-нибудь сами разберемся, а так сидеть тут и знать, что там происходит.
– Рома вздохнул.
– Ну не могу я по-другому, вот такой я наивный идеалист и придурок.
– Он улыьнулся.

Асамзула подошла к наемнику ближе. Он сидел на столе, но все равно был ее выше. Она всмотрелась в его глаза и поняла, что он говорит искренне и не врет. Она попыталась положить ему ладонь на грудную пластину брони, но Боцман перехватил ее руку.

– Что ты делаешь?
– Подозрительно спросил он.

– Прости, я хотела разделить с тобой твою грусть и печаль, чтобы тебе стало легче.
– Девушка чуть смутилась и кончики ее ушек сделались фиолетовыми.
– Мы всегда так делаем, когда кому-нибудь тяжело на душе.

– Не надо меня утешать, я привык.
– Рома чуть отстранил ладонь.
– Лучше займись пациентами.

– С ними справиться автодок.
– Асамзула осталась на расстоянии, но уже вошла в личное энергополе наемника, ощущая сильную волю и крепкий настрой. Прямо как у отца, подумала она, вспоминая те редкие минуты, когда он вот так пускал ее в свое личное пространство и ей было спокойно и уютно и сейчас девушка, неожиданно для себя вновь окунулась в те же чувства.
– Я хочу тебе помочь, только и всего.

– Я сильный и здоровый

мужчина и не нуждаюсь в помощи там, где могу справиться сам.
– Твердо ответил Боцман, чуть отстраняя ее.
– Нечего тебе лезть ко мне в душу, я этого не люблю.

– Ты закрываешься от проблем, тогда как тебе нужно раскрыться и освободить все свои страхи и сомнения вместе с неуверенностью и робостью, чтобы снять негативное влияние на энергополе твоего организма, от этого даже можно заболеть.
– Девушка приблизилась еще на один шажок и теперь стояла совсем рядом, заглядывая в темно-карие, почти черные глаза Ромы.
– Позволь мне помочь тебе.

– Это сильное колдунство, а я не Пендальф, чтобы с ним справиться.
– Боцман улыбнулся.
– Чакры мне прочистить хочешь?

– Ты пользуешься шутками и избегаешь говорить о том, что тебя тяготит. Перестань, просто расскажи все, не держи в себе.
– Асмазула настаивала, продолжая незаметное воздействие на энергополе, перенимая часть негатива на себя. Ей потом будет проще от него избавиться - поплакала и все.

– Хватит.
– Рома спрыгнул со стола и взял ее за плечи, чуть отстраняя.
– Ты слишком навязчива и мне это не нравиться. Девушка должна быть скромной и знать свое место.

– Я не знаю, как у вас на планете, но у нас такое общение не несет сексуального подтекста и используется повсместно.
– Асамзула даже обиделась на непонимание наемника.
– Просто твое состояние ввергает меня в уныние.

– С чего бы это?

– Ты распространяешь вокруг себя эмоции грусти и страдания и они плохо на меня влияют.

– Что-то я не ощущаю никаких подобных эмоции.

– Это потому что ты привык от них закрываться и не воспринимаешь их сознанием, тогда как подсознание постоянно испытывает стресс, хотя может быть это последствия ранения.

– А теперь я должен сесть на пол, скрестить ноги и заплакать?! Экстрасенс хренов!

– Если тебе поможет, то да.

– Вот ведь, навязался психолог на мою голову.
– Раздраженно бросил Рома.
– Там доставали, теперь здесь! Не завидую твоему мужу, ему ты можешь мозг выносить сколько угодно, но мне не смей!

– А что если ты будешь моим мужем.
– Асамзула улыбнулась, чуть обнажив клыки. Этот психоприем точно выбьет его из колеи и позволит глубже проникнуть в энергополе, чтобы настроить его на позитив.

– Чего?
– Рома выпучил глаза.
– Я своего согласия не давал, да и ты...
– Он чуть помолчал, обдумывая фразу, чтобы не обидеть девушку, они же все такие ранимые натуры, - э-э-э... слишком торопишь события.
– Вроде выкрутился, подумал он.

– Я хочу тебе помочь, только и всего.
– Асамзула лучезарно улыбалась, уже положив свою ладонь на грудную пластину Боцмана и тот вроде как не замечал этого. Хорошо, он уже начал ей понемногу доверять.
– И пока не принуждаю тебя быть со мной, но...
– Это продолжение насторожило Боцмана.
– Почему ты всегда пытался меня защитить? Я ведь сама могу за себя постоять.