Бляди
Шрифт:
Вот сперму размазывают по груди, а мне видятся дети, рожденные от всех этих живчиков. Вот они уже взрослые, и воображение рисует картину, как их размазывает огромным катком по асфальту.
Вдруг начинаю читать мысли артистов.
Вот девушку дрючат анально, она красиво стонет, а сама думает, — когда же это, блядь, закончится, бедная моя задница, как же она у меня болит.
Юноша, пользующий ее в зад, размышляет, — а прикольно, однако, в жопу трахать, надо с подругой своей попрактиковать.
Рядом
Оператор думает, что это плохая затея — снимать все это одновременно, надо было частями, и вообще, надо поменьше меня слушать.
Осветитель размышляет о каких-то новомодных прожекторах, то ли галогеновых, то ли ксеноновых, о которых прочел в журнале. И как бы предложить купить. Да только дорогие они, думает паренек, а на мое мнение здесь всем плевать.
Поворачиваю голову, смотрю на Верку. Она пьет десятый кофе за день и думает, что хорошо бы потрахаться сегодня с мужем, да месячные как назло пришли, а он брезгует. И тут же, — у актера пот с лица капает на спину партнерши, вытереть или оставить для пикантности? Как Глеб решит, ему виднее.
А Глебу похуй и на пот, и на многое другое, ибо он полусидит-полулежит этаким овощем и не может даже рот открыть. И когда Верка подходит и шепчет что-то на ухо, машет рукой, подожди, мол, я сконцентрирован.
Потом был перерыв, ко мне все подходили и что-то говорили, но я делал вид, что погружен в супертворческие мысли и меня пока лучше не дергать.
Отпустило только под вечер.
Потом просматривал запись и вспоминал свои каннабиольные видения. И подумал, что это, конечно, все интересно, но злоупотреблять не стоит, потому что можно заиграться и кардинально изменить подход к работе. И не факт, что он изменится в лучшую сторону.
48.
Из моих друзей почти никто не знает, что я имею отношение к порно. Из родственников знают только родной брат и жена.
Не распространяюсь я из разных соображений.
Занятие специфическое, и кричать о нем на каждом углу по меньшей мере глупо. Чем тише ты себя ведешь, чем меньше заметен, тем спокойнее.
Стоит кому-то узнать, как тут же неестественно загораются глаза и люди начинают меня попросту заебывать.
Некоторые почему-то считают, что я непременно должен привести их на площадку, показать всю подноготную, позволить трахнуть артистку на халяву и подарить всю свою продукцию с дарственной надписью.
«На долгую память, дрочите на здоровье» — так, что ли? Или — «Хорошей дрочки
А сколько вопросов сразу возникает. Создается впечатление, что все только и думают о вопросах порнографии.
Самые раздражающие вопросы — не о самих съемках, а о тенденциях и трендах, настоящих и будущих. Я понимаю, когда об этом меня спрашивают журналисты, но неужели это может всерьез интересовать рядового гражданина? Какая вам разница, что модно в этом году? Вы не хотите прослыть старомодным и дрочите только на то, что в тренде?
Да и вообще со временем все более скрытным становлюсь.
Бывает иногда занятно послушать в той или иной компании разговоры о порнухе. То дискуссия начнется какая-нибудь, и каждый с пеной у рта доказывает свою правоту, то кто-то авторитетно высказывает свое экспертное мнение. Смех, да и только
49.
Пожалуй, одна из самых необычных и интересных съемок была в воинской части. В самой настоящей действующей воинской части.
Это был эксклюзив. Широкий зритель этот продукт не видел, и вряд ли увидит когда, ибо то кино один бесившийся жиру буржуй подарил своему такому же зажравшемуся другу, полковнику российской армии в отставке, а ныне обосновавшемуся в странах Бенилюкса предпринимателю. И цена заказа была на порядок выше.
Пожелания заказчика были таковы: реквизиты — полностью идентичные, актеры — не деревянные, чтоб могли изобразить настоящих военных; никакой педерастии, но лесбиянки — обязательно, также желательна сцена секса на взлетке. И еще — крупным планом эякуляция на форму, дескать, другу точно понравится эта ирония.
Странный какой фетиш, думаю, а кончить на флаг ему не надо?
После недолгих раздумий было решено, что задача вполне по силам.
Главная загвоздка была в интерьере. В студии изобразить казарму было нереально. Мелькнула мысль использовать еще раз школьный спортзал, но она сразу была отброшена, — даже если б и удалось найти такое огромное количество реквизитов, привезти его без палева и снять в короткие сроки, а потом заретушировать всякие нюансы, старый озабоченный вояка все равно заметил бы фальш.
Нужно было проникнуть в настоящую часть.
У Руслана миллион знакомых в самых разных сферах, среди которых был и заместитель командира небольшой и забытой богом части в Воронежской области. Познакомились они на свадьбе каких-то очень дальних родственников, моментально сдружились и потом неоднократно тусили по баням, охотничьим угодьям и другим местам, где отдыхают армейские начальники. И даже в той самой части Руслану довелось побывать.
Звонит этому подполу, — как оно, мол, давно не виделись, жди меня в гости, топи баню, скоро еду к тебе с двумя телками.