Блуждающие волны

Никель Энхарт

– Мэтью, ступай завтракать - сказала она.
– Всё уже на столе.

– Хорошо, мам.- Ответил тот и побежал.

– Роберт, ты точно не будешь есть?
– Тихонько спросила она.

– Я бы с радостью, но времени совсем нет. Сегодня занятия начинаются раньше.

– Ма-а-м.
– голова Мэтью появилась из-за двери.
– А, можно, я возьму игрушки в детский сад?

– Можно, можно - ответила та.
– А теперь живо есть!

И лицо мальчика, так же молниеносно, исчезло.

– Ну как?
– Спросил Роберт.

Женщина посмотрела на

красивого парня в прекрасном костюме. Они так дополняли друг друга, что женщина даже слегка прослезилась. Впрочем, не столько от внешнего вида её сына, сколько от мыслей.

– Роберт, - начала она.
– Роберт, прости меня.

– За что?
– удивился он.

– За все эти гневные слова. Я... я... ох, я так устала.
– Она сделала паузу, чтобы глубоко вздохнуть.
– Ещё и на работе одни нервы. Меня грозятся уволить. Ох, Роберт. Что мы будем делать?

– Всё образуется.
– Ответил он.

– Нет, не образуется!
– Воскликнула она.
– Всё одно и тоже! Ничего никогда не меняется! Если только к худшему.

Она отошла и присела на кровать.

– Ох, Роберт, сама не знаю, что на меня находит. Не злись на меня пожалуйста. Я очень виновата...

– Ты ни в чём не виновата - Ответил её сын.

– Давайте уедем куда-нибудь на выходные?
– Продолжала она.
– Отдохнём немного. Я так устала. Мне нужен хоть небольшой перерыв. Эта рутина. Каждый день одно и то же. Я больше не вынесу, Роберт...

Роберт уже сидел рядом с ней. Его рука накрыла руку матери.

– Ну, где вы там.
– Послышались торопливые шаги за дверью.
– Мне так скучно одному.

– Мы уже идём - Ответила мама.
– Роберт, хочешь, я отведу сегодня Мэтью в детский сад? - Нет, ты же опоздаешь на работу - был ответ.

– А ты опоздаешь на учёбу - сказала она.

– Я уже предупредил, что опоздаю.
– Сказал её сын.
– К тому же это не так страшно.

– Спасибо тебе, Роберт.
– Полушёпотом сказала она, затем громко - Мэ-этью! Озорник! Я знаю, что ты там прячешься!

– Не найдёшь - прокричал малыш.

– Мам, погоди - Роберт остановил уходящую женщину.
– Ты так и не сказала, как костюм.

– Тебе очень идёт - сказала она.
– Выглядишь совсем взрослым. Мэтью, иди сюда!

Роберт быстро завязал галстук. Ему стало немного грустно. Он видел, как женщина обращалась с ним и как с его младшим братом. Ему недоставало того кусочка детства. Хотелось вернуться на мгновение и не думать ни о чём.

Нужно было спешить, и он, отбросив все ненужные мысли, метнулся вниз по лестнице.

Внизу его ждали две пары ботинок. Одна - его. Другая - маленького Мэтью. Ботинки отца уже как три года покинули их дом. Он нашёл другую женщину и исчез так же быстро, как и появился. Для них и для их матери это были очень тяжелые времена. Мама работала с утра до вечера, чтобы одеть и обуть своих сыновей. Но ей платили сущие гроши. Так что Роберт, несмотря на её укоры, устроился в местную пиццерию. Там он обслуживал людей. Парень работал

до поздней ночи, а платили ему слишком мало. Но он пытался хоть как-то помочь бедной матери. Последнее время она стала часто срываться, злиться. Он слышал, как вечерами она плачет и шепчет: "вернись, вернись ко мне, я не могу жить без тебя. Мы были вместе двенадцать лет. Как же так случилось. Как?"

Роберт и Мэтью выпорхнули из дома, как две невесомые бабочки. Они парили навстречу утреннему свету. А мама, печальною улыбкой на болезненном лице, провожала их взглядом. И каждый раз, когда Мэтью оборачивался, она махала ему рукой.

– Почему мама такая грустная?
– Спрашивал Мэтью.

– Она вовсе не грустная.
– Сказал Роберт.

– А что тогда с ней?

– Она просто не выспалась сегодня.
– Ему хотелось как-то перевести разговор.
– Ты взял свои игрушки?

– Ой...
– глаза Мэтью испуганно засияли.
– Я забыл про них.

– Ну, ничего, - ответил его брат.
– Завтра возьмёшь.

– Роберт, давай, кто быстрее вон до того здания?

– Я не могу.
– Возразил тот.
– Ты не видишь, что я в костюме?

– Жаль.
– Ответил Мэтью.
– Никто со мной не хочет побегать.

– А как же дети из садика?
– Спросил Роберт.

– Они бегают только тогда, когда им самим хочется.

Тут Роберт засиял улыбкой, затем резко выпалил:

– Побежали!

– Ура-а-а!
– Прокричал малыш.

И вот они уже пронеслись по этой пыльной дороге.

– "Мы вырастаем для того, чтобы у детей было детство".

Он бежал вслед за Мэтью, и в голове у него сейчас было столько противоречий.

– Смотри, вон там бабочка!
– Показывал куда-то рукой его брат.

Он был счастлив, стоило ему лишь посмотреть на этого жизнерадостного юнца. Но то было лишь одно его душевное состояние. А одновременно с ним, в его душе засела такая тяжёлая и чёрная грусть. Он скучал, не по тому времени. И даже не по детству. Хотя, конечно же, если бы не память о них, то мальчику бы не было так плохо внутри. Эта грусть была вызвана тягой к чему-то беспечному, тому, что так стремительно покинуло его три года назад, когда ушёл отец. Он был весёлым и, как бывает в таком возрасте, думал больше о себе, чем о других. Нет-нет, он с радостью помогал по дому и, вообще, не был лентяем. Но жизнь его была лёгкой, и в ней не было трудностей. Затем тот роковой день, когда ему пришлось попрощаться с детством. Он застал маму в слезах.

– Что случилось? Мам? Почему ты плачешь?
– Спрашивал недоумевающий сын.

– Твой папа... твой папа...

– Что папа? Мам? Что? Скажи?
– Спрашивал он.

Она заливалась слезами, и от этого не мог сдержаться и сам сын.

– Я скажу как есть. Не хочу врать. Врать тебе, Роберт. Ты уже взрослый.

"Опять это слово".

– Ваш папа...
– она собралась с силами.
– Он бросил нас.

– Почему?

– У него другая женщина. Они уже полгода вместе.

– Он больше нас не любит?