Блуждающие волны
Шрифт:
Похлопал себя по щекам. И тут...
Когда он повернул голову в сторону, он пришёл в такой ужас.
Он увидел стол. Но то, что стояло на нём, когда он уходил, исчезло. Он закричал.
– Лекарство!!!
А кто-то, между тем, и, правда, бежал по коридору по направлению к центральному крылу.
Он задыхался от страха, поедающего его внутри. И в то же время был преисполнен счастья за сдержанное обещание.
Энди.
Центральное
Они сидели на полу. Дженни. Лео.
За дверью было тихо.
– Около восьми часов я посылаю ему сигнал - говорил Лео - Он посылает ответный. Затем я снова посылаю ему сигнал. Он отвечает. И так пока не надоест. Проигрывает тот, кто перестаёт сигналить.
– Здорово - отвечала Дженни.
– Я и не думала, что эти назойливые сигналы могут приносить столько удовольствия. И кто же из вас проигрывает чаще?
– Энди конечно. После седьмого сигнала ему начинает надоедать.
– После девятого...
Они обернулись.
Энди медленно подошёл к ним.
– Энди? Энди?
– Они словно увидели призрака.
– Э-н-д-и?
На мгновение они потеряли дар речи. Но то, что чувства не могут выразить через слова, они выражают через объятия. Дженни подскочила с места и набросилась на Энди с распростёртыми объятиями.
От этого его сердце вытеснило все, присутствующие в нём, страхи и наполнилось солнцем.
И небом.
И цветами...
– Наконец. Наконец, ты вернулся.
– Повторяла она как молитву.
– Я...
– Не важно, принёс ли ты ключи или нет. Главное то, что ты цел и невредим. Остальное не важно. Я... я так боялась за тебя.
Её объятия, в отличие от слов, могли по-настоящему передать ему своё тепло. Он мог согреться её любовью. Мог почувствовать её. Да и на словах не передашь и десятой части того, что он испытывал в этот момент. Сейчас он находился в той грани, где слова были не властны и теряли весь свой смысл...
– Наконец. Наконец. Как я рада.
Лео стоял тут же и весь светился от радости и счастья.
Затем Дженни пришла в себя и отпрянула от Энди, засмущавшись.
– Извини, я не знаю, что на меня нашло. Я... я...
Энди тоже немного оправился от нахлынувших чувств, которым дал волю, и засмущался в ответ.
– Всё в порядке...
Они пытались вновь заговорить или приблизиться друг к другу. Но оба боялись даже посмотреть в сторону друг друга.
Щёки Дженни покраснели.
Энди замешкался.
Они не думали ни о звуке, ни о ключах. Сердца обоих тянулись друг к другу.
– Такое чувство, что мы ждали тебя целую вечность - Лео нарушил шептание безмолвной любви.
– Я немного задержался - ответил Энди.
– Возникли непредвиденные проблемы.
–
– Энди попытался приблизиться.
– Что, Энди?
Какие-то мысли вновь посетили его разум. Он постоял в неведении несколько секунд.
– Дженни, я сдержал обещание. Ключи. Я достал их.
– "Если любишь, никогда не сдерживай свою любовь - говорил однажды отец.
– Такому прекрасному чувству нужно дать волю".
– "Но если любовь не взаимна? Что тогда?"
– "Любить - не значит быть вместе. Любовь - это лишь путь, ведущий к чему-то прекрасному. Это не увлечённость, рождающаяся за несколько минут. Это не влюблённость, основанная на симпатии. Это любовь, длинная дорога, в которой человек познаёт радость, переживает боли и несчастья другого человека. Даже, если ты не дойдёшь до конечной цели, никогда не думай, что путь твой пройден зря. Ведь все те долгие годы твоя жизнь была окрашена в нечто прекрасное. То, чего и ты сам не замечал. Ты поселил в своей душе такое чувство, как любовь. А о любви никогда не жалеют. Очень часто настоящая любовь не взаимна. Если же ты смог заполучить это, цени каждый миг, каждую минуту. Ведь ты обрёл счастье. Счастье, постигнутое через любовь".
– Я знала, знала - ответила Дженни. Её глаза смочились маленькими чувствительными каплями, именуемыми слезами.
Они приблизились друг к другу, и Энди, наконец, взял её за руку.
Они смотрели друг на друга, не отрываясь.
Лео, со счастливой улыбкой, вздохнул и помотал головой.
– Дженни, я должен тебе кое-что сказать...
– начал Энди.
– Я знаю. Я тоже. Я тоже...
– "Мне кажется, я всю жизнь любил её, только никогда не догадывалс об этом".
Как часто в школе он беспокоился о том, что она не сдаст контрольную. Они всегда стояли в нерешительности, боялась подойти. Откуда же ему было знать, что она испытывала к нему то же самое? Чьи глаза ещё так часто встречались взглядами, как не их? Чей рисунок она сохранила и так часто любовалась им тёмными вечерами?
– "Не сдерживай любовь. Выпусти её" - повторял отец. Он будто был здесь. В этих стенах и лампах, горящих тускловатым светом.
Скорее всего, что-то произошло с проводами.
И сейчас свет ламп казался ещё более тусклым. Энди и Дженни стояли в нём, словно окружённые зажжёнными свечами.
Свет ложился на лица, заставляя полыхать их ещё сильнее.
И вот они стояли в этом сияющем шаре, наполненном светом и любовью.
– "Не сдерживай. Выпусти".
– Дженни? Я... я...
– начал Энди.
– Ничего не говори...
Их тела соприкоснулись. Их лица приближались друг к другу.
– "Я люблю тебя. Люблю. Люблю".
– Произносили их поющие сердца.