Блунквилль
Шрифт:
— Что ж, это будет неплохо, — он повернулся к сестре. — Подождём пока в купе или как?
— Ага!
Они развернулись и двинулись обратно к своему купе. Там уселись на сиденья; Мэтт кинул сумки в ноги, а Виктория даже не стала снимать рюкзак. Она придвинулась поближе к окну и уткнулась носом в стекло. Вокруг поезда метались крючковатые силуэты деревьев.
— Слушай, Мэтт, — не отрываясь от окна, обратилась к брату Виктория.
— Ну?
— Ты как думаешь, мы к пяти устроимся в новой квартире или нет?
— Надеюсь, —
— Нет, я вообще-то хотела посмотреть "Паззл ТВ" в нормальной обстановке…
Мэтт усмехнулся. "Паззл ТВ" — так называлось еженедельное развлекательно-фантастическое телешоу с участием музыкальных исполнителей и кинозвёзд. Виктория очень любила эту передачу.
— Посмотришь, не волнуйся.
— Мэтт?
— А?
Виктория повернула к нему голову. Мэтт тоже посмотрел на неё.
— А я смогу ходить в школу?
Юноша задумчиво оглядел аккуратное миниатюрное личико своей сестры. Ему не хотелось, чтобы она задавала этот вопрос. Потому что он не мог ответил на него так, как ей хотелось. И соврать ей он тоже не мог.
— Мэтт?
Он вздохнул. Молчание затягивалось, а он всё не знал, что сказать ей, чтобы не очень сильно её расстраивать.
— Тора… — Мэтт наконец-то отвёл взгляд от её лица и уставился в стенку. — Мы уже говорили об этом. Всё слишком сложно, ну ты же сама понимаешь, а?
— Да, понимаю… — девушка подняла руку и принялась накручивать на указательный палец светлую прядку волос. — Ну, я просто так спросила. Просто так, Мэтт… Ты не огорчайся, ладно?
Мэтт снова вздохнул и подвинулся к ней поближе.
— Ты точно никогда не жалела, что ушла со мной тогда?
Виктория подняла на него пылающий взгляд.
— Мэтт, ну какой же ты глупый! — возмущённо отозвалась девушка. — Ты же знаешь, что нет! Никогда-никогда! Если бы можно было вернуться в прошлое, я бы снова с тобой ушла, когда ты позвал меня. Сто раз бы ушла! Я так боялась, что однажды ты уйдёшь, а я снова останусь одна… Так боялась…
Её глаза снова увлажнились и заблестели. Удивительно, как быстро они могли наполняться слезами. Лампочка под потолком мигнула и на секунду погасла, погрузив купе во мрак. Мэтт снова пересел ближе к сестре и притянул её к себе. Виктория с удовольствием уткнулась ему в плечо, вдыхая аромат его волос, смешанный с запахом шерсти старого свитера.
— Послушай, Тора, слушай… Ты слушаешь? — девушка слабо кивнула, не поднимая головы. Мэтт погладил её по волосам. — Я тебе обещаю — честно — я обещаю, что у нас всё будет замечательно. Мы будем жить лучше всех, вот увидишь! Ты обязательно будешь ходить в школу, а потом в самый престижный университет, у тебя будет всё, что ты только захочешь. Ты веришь мне? Веришь? Да, я знаю, что пока у меня не всё получалось так, как надо, но это только пока, Тора! Я всё сделаю для тебя, понятно! Ты ведь веришь мне?
Он
Неплотно закрытая дверь купе отъехала в сторону, заставив брата и сестру обернуться. На пороге стоял проводник.
— Ребята, вам пора! Поезд замедляет ход, можете не успеть…
Мэтт поднялся с сиденья и взял сумки в обе руки. На выходе он пожал руку мужчине и попрощался с ним. Виктория, выходя из купе вслед за братом, остановилась и обернулась.
— Большое спасибо! Это всё я виновата, что проспала… Надеюсь, мы успеем в Лили Пэрл к девяти!
Проводник тепло улыбнулся ей в ответ.
— Я уверен, что успеете!
— И я! — кивнула Виктория. — Ну, да свидания, мистер Кларсон!
Брови мужчины удивлённо взметнулись вверх.
— Что? Почему ты… Ах, вот оно что! — он тронул бейдж на груди и коротко рассмеялся. — Да нет, это я ошибся, значок напарника прицепил, а поменять всё некогда. Меня зовут Билл Леккер.
Виктория широко улыбнулась, обнажив белые зубки, и хотела что-то сказать, но сзади её окликнул голос Мэтта:
— Тора, поспеши!
— Верно, девочка, нельзя медлить! — мистер Леккер подтолкнул Виктория вперёд.
За несколько секунд они оказались в тамбуре купе. Проводник с трудом протиснулся между парнем и девушкой, открыл дверь и откинул трёхступенчатую лестницу. Ночь была прохладной и свежей. В воздухе висела такая лёгкость, что казалось, ветерок сейчас подхватит тебя и понесёт над землёй. Вокруг разливались густые запахи леса, но все звуки заглушал громкий стук колёс. Поезд ехал совсем медленно.
— Страшновато прыгать… — поёжилась Виктория.
— Ничего, скорость маленькая! — решительно ответил Мэтт. — Давай, ты первая. Вон там смотри — трава какая высокая. Сейчас… Давай, Тора!
Виктория присела и со всего маху выпрыгнула из вагона. В ушах засвистел ветер; мутные тёмные деревья возникли вдруг прямо перед её лицом, потом где-то справа, потом сверху, а когда Виктория попыталась сфокусировать взгляд и распознать, где они находятся теперь, она поняла, что лежит на земле. Её лицо щекотали острые травинки.
Виктория пошевелилась и огляделась. Слева её поле зрения охватило убегающие вдаль рельсы, широкие кусты, растущие вдоль них и Мэтт, несущийся к ней что было сил. Девушка потёрла ушибленный локоть и принялась подниматься.
— Ты как? В норме? — подбежавший юноша всё ещё тяжело дышал. Виктория заметила, что он порвал джинсы на коленке.
— Ага, отлично! А ты?
Мэтт кивнул. Потом забросил на плечо одну из сумок.
— Ну, двинули что ли? Только чур по дороге не ныть, что ты устала, или что тебе страшно, или что ты хочешь есть, или… Короче, не ныть ни по какому поводу!