Блоги

Кош Виктория

Аня нехотя протянула мне проспекты, но не успела я их взять, как она убрала руку за спину.

– Лучше я сама. Вы не могли бы его позвать?

Я подумала, что бедный информатик обрадуется возможности избавиться от назойливой Александры, и повернулась к учительской.

Мы столкнулись с ним в дверях.

– Вы забыли, Даша, - сказал он, протягивая мой планшет.

Была в его голосе магия, которая заставляла забыть и о его заурядной внешности, и о скромной профессии. Я застыла с протянутой к планшету рукой, желая, чтобы он говорил и говорил... Может, я и поторопилась удивляться влюбленности

Александры. Что-то в нем все-таки было, в этом долговязом Игоре Владимировиче.

– Спасибо, - пробормотала я, краснея от собственных мыслей.

Он взглянул на меня с понимающей улыбкой, как будто все, что крутилось в моей голове, было перед ним как на ладони.

– Вас Аня ищет, - буркнула я, вовремя вспомнив о Финниковой и ее выставке.

Я шагнула в сторону. Аня стояла практически за моей спиной, и ее лицо, и без того обычно серьезное, мрачнело на глазах.

– Это по поводу выставки высоких технологий, - процедила Аня сквозь зубы и ткнула проспекты информатику в руки.
– Инна хочет, чтобы вы туда пошли представителем от школы.

Ее грубость была неожиданна. Аня сразу показалась мне самой приятной девочкой из семерки, и я никак не думала, что она способна разговаривать с учителем таким тоном. Но информатик, похоже не возражал.

– Спасибо, Аня, - равнодушно сказал он и скрылся в учительской.

Я перехватила Анин взгляд, которым она его проводила, и невольно поежилась. Эта девочка безусловно умела ненавидеть. Не хотела бы я стать объектом ее ненависти.

Звонок после восьмого - последнего урока - совсем меня не обрадовал. Для кого-то рабочий день закончился, а для меня самое неприятное было впереди. Я включила планшет и быстро уточнила адреса на сегодня - Артем Сибирцев, Оля Устинова и Мила Терешина. С Милой мне в первую очередь хотелось встретиться, чтобы продолжить вчерашний разговор.

Я собралась уже выключить планшет, но рука сама собой задержалась над значком blogsalive.net. Десять минут погоды не сделают, а я так давно ничего не писала в своем дневнике.

Десять минут незаметно для меня растянулись на час. Я бродила по просторам ресурса, тут и там выхватывая куски чужих жизней. Переплетение страстей, интересов, желаний, надежд, амбиций... Нечто живое, пульсирующее, живущее самостоятельной жизнью, независимое...

Я дописала свой пост, нехотя закрыла планшет, стала собирать вещи. Открыла ящик стола, чтобы проверить, не забыла ли я что-нибудь, и увидела планшет Никиты. Он и не подумал зайти за ним.

Мне стало совсем плохо. Мало того, что я не должна была отбирать этот несчастный планшет. Так теперь придется бегать за Никитой, чтобы его вернуть.

Я сунула планшет в сумку. Пожалуй, будет лучше, если я зайду сегодня и к Никите и отдам ему гаджет без лишних свидетелей.

Первой в списке стояла Устинова Ольга, та самая девочка, которая едва говорила по-английски. Мне повезло. Ее мама, стоматолог, сегодня не работала, и мы спокойно пообщались. Никаких проблем в их семье не заметила. В квартире все было в порядке, мама производила приятное впечатление, а младшая сестра Оли прониклась ко мне симпатией и завалила рисунками всяких белочек и зайчиков.

У Сибирцева Артема, тихого невысокого мальчика с удивительно низким голосом, дома не было

никого. Я уточнила, когда родителей можно застать дома, сообразила, что могла бы выяснить это еще в школе, лишний раз убедилась в собственной некомпетентности и поехала к Миле.

У Милы меня встретили белая персидская кошка, ее отец, дородный мужчина с круглым как у Милы лицом, и запах жареного мяса. У меня неприлично заурчало в животе, когда я принялась объяснять, кто я такая и зачем пришла.

– Очень приятно познакомиться, Дарья Дмитриевна, проходите, пожалуйста, - сказал он радушно.
– Вы вовремя, как раз к обеду.

Я забормотала «что вы, неудобно, некогда», но отец Милы, к моей великой радости, даже не стал слушать. Он привел меня на кухню, где Мила расставляла на столе тарелки, и положил передо мной отбивную с ягодным соусом, коричневый длинный рис и овощной салат. Я вспомнила, что дома меня ждут только крекеры, и решила не стесняться.

За обедом мы разговаривали. Точнее, я ела и слушала, а отец Милы ел и говорил. За каких-то двадцать минут я получила массу информации, в основном ненужной, но зато не оставляющей сомнений в том, что у Милы вполне благополучная семья. Папа у них был домохозяином, мама работала юристом на кондитерской фабрике, Мила училась на «отлично» с первого класса, а каждые выходные они обязательно выбирались всей семьей то в театр, то в музей, то на выставку.

Мила ела за двоих, поддакивала отцу и кидала на меня многозначительные взгляды. Когда я поднялась, благодаря за обед, она сказала:

– Дарья Дмитриевна, хотите, я покажу вам свою комнату?

Ее отец хохотнул.

– Что ты выдумываешь, Мила? У Дарьи Дмитриевны наверняка есть дела поважнее...

– Что вы, я с удовольствием посмотрю, - сказала я.
– Показывай дорогу.

Мила просияла и бросилась из кухни. Я пошла следом.

Комната у Милы была небольшая и уютная. Ничего особенного - кровать, шкаф, письменный стол с учебниками, старенький компьютер. Вся стена у окна в фотографиях, на каждой Мила. С родителями, с классом, с подругами, одна. Мила с бантами, с косами, с распущенными волосами.

– У тебя красивые волосы, - заметила я.

– Спасибо, - пробормотала она рассеянно.

Мила была занята. Пока я разглядывала комнату, она включила компьютер и теперь нетерпеливо барабанила пальцами по клавиатуре, ожидая, когда он загрузится.

– Мы с тобой вчера не договорили, - напомнила я.
– Ты так неожиданно убежала.

Мила кивнула.

– Они не должны знать, что я о чем-то догадываюсь.

– Они?
– переспросила я.

– Да. Кира, Дэн, Тим... Особенно Тим, - энергично сказала Мила.

– Почему?
– Я присела на диван рядом с компьютерным столом.

– Потому что это они заставили Алину спрыгнуть с крыши!
– выпалила Мила и сгоряча хлопнула по клавиатуре.
– Ну загружайся же!

– Ты хочешь сказать, что они ее... убили?

Мила посмотрела на меня как на идиотку.

– Нет, конечно. Она спрыгнула сама. Но они ее заставили. Я так и сказала.

– Почему ты так думаешь?
– спросила я, чувствуя с облегчением, как тугой комок в груди расслабляется. Еще одно заявление в таком духе, и сердечный приступ мне гарантирован.