Близнецы

Фокс Ким

Лейла кивнула головой, когда взглянула на подтянутые руки и ноги девушек. Я хочу такие руки. А также я хочу пару таких ног.

— Спасибо, — сказала Лейла, выбросив пустой пакет от гамбургера в мусорку, а затем направилась обратно к своей машине. Она остановилась и глубоко вздохнула. — Еще кое-что, — сказала она, оборачиваясь, — Могу я поинтересоваться, что вы делаете, чтобы оставаться таким подтянутыми?

Блондинка взглянула вниз на ремни, обернутые вокруг ее бедер.

— Мы ходим

на скалолазание. Это отличная тренировка. Подожди, — сказала она, открывая дверь и ища внутри своей машины. Она вернулась с брошюрой в руках, — Вот держи. Это там.

Лейла проследила взглядом за указательным пальцем на одну из самых высоких гор вдали. Там был огромный отвесный склон, как будто кто-то только что нарезал гору двумя гигантскими самурайскими мечами.

— Это лучшее скалолазание в Монтане, — сказала она.

Это уже чересчур. Лейла надеялась, что они скажут, что они сходили на неторопливую пятнадцатиминутную прогулку, а затем выпили обезжиренный йогурт.

Скалолазание было слишком напряженным для кого-то такого же неуклюжего, как она.

— Ладно, спасибо, — сказала Лейла, чувствуя, как тяжело становится ей. Она никогда не будет такой же горячей, как Никки. Зачем даже пытаться?

Она сложила брошюру и положила ее в задний карман, когда повернулась и пошла к своей машине с опущенными плечами. Это нелепо. Просто возвращайся домой.

Подождите. Большое спасибо, Оуэн, ты мудак, у меня больше нет дома.

— Эй, — крикнула ей блондинка.

— Да? — спросила она, поворачиваясь. Ее подруга, брюнетка, направлялась к заправке.

Лицо женщины смягчилось, когда она наклонила голову.

— Ты в порядке?

Лейла вздохнула. В этот момент весь ее накопившийся гнев смылся. Вместо этого она осталась с опустошенным и разбитым сердцем. Мне больше нравился гнев, подумала она, сопротивляясь слезам.

— Просто проблема с парнем, — сказала она с дрожащим подбородком.

— И ты хочешь вернуться к нему, подтянутой? — спросила она с усмешкой, когда подходила.

— Да, — сказала Лейла со смехом, — Довольно глупо, правда? — она вытерла глаза, пока качала головой. — Прости. Когда я устраиваю вечеринки жалости, обычно они не происходят публично.

— Все в порядке, — сказала она с теплотой в глазах. — Я была в этой же ситуации. И это не глупо. Просто помни. Только один человек может изменить твою жизнь: ты.

— Я не могу взбираться на горы, — сказала Лейла со смехом. Даже представляя себе эту ситуацию, ей захотелось скрестить ноги, чтобы не намочить штаны. Она была в ужасе от высоты.

— Жизнь — это гора, — сказала женщина, — Ты можешь сидеть на заднице и наблюдать, как люди вскарабкиваются на вершину, или ты можешь встать и сделать эту гору своей сучкой.

Лейла сглотнула, глядя на высокий пик вдалеке. Низкие

висячие облака покрывали горную вершину туманом, а крупные птицы окунались и выныривали, выглядя как голодные стервятники, которые готовы съесть достаточно глупых поднимающихся скалолазов, которые рискуют находиться там.

— Я подумаю об этом, — кивнула Лейла. Я не собираюсь туда идти.

— Сделай это! — твердо сказала женщина, — Это не гору нужно завоевать. А тебя саму.

Лейла сглотнула, когда в последний раз посмотрела на устрашающую гору. Она поблагодарила симпатичную маленькую блондинку Йоду и села в машину.

Как мне вернуться домой? Она схватила свой телефон, чтобы проверить Google карты, и появилось ее фоновое изображение. Это было улыбающееся селфи ее и Оуэна. Это был удар ниже пояса, и впервые за утро она поняла, какую сильную боль он причинил ей. Как он мог сказать, что она больше не привлекала его?

Как он мог оказаться таким жестоким?

Слезы начали литься, и она опустила голову, чтобы красивые девушки не увидели, как она плачет. Ты можешь поплакать в течение одной минуты. И все.

Но ей потребовалось две. Или, может быть пять. Хорошо, шесть (прекрати судить). Когда ее слезы высохли, она вытерла глаза (и экран на своем телефоне) и уставилась в окно. Гора смотрела на нее, бросая вызов, проверяя сможет ли она.

— Хорошо, гора, — сказала она, поворачивая ключи зажигания, — приготовься быть моей сучкой!

— Прости, что назвала тебя сучкой! — закричала Лейла, цепляясь за скалу горящими пальцами. Она была так высоко. Она наверняка умрет. — Просто, пожалуйста, не убивай меня! — выдохнула она, когда свирепый ветер свистел по скалистому склону, ударяя по ней и пытаясь сбросить ее. — Ты прекрасна, а я сука.

— Мисс, — сказал инструктор, который держал веревку, единственное, что мешало ей упасть в ужасной смерти, — Моя смена заканчивается через час, так что вы можете подняться или спуститься?

Лейла ахнула, когда взглянула через плечо. Она поднялась всего на четыре фута, но ей казалось, что на четыреста.

— Я пытаюсь, — сказала она, цепляясь за скалу так сильно, что ее суставы побелели, как снег.

— Вы застряли в этом месте на пятнадцать минут! — сказал он, закатывая глаза. Он взглянул на часы и покачал головой, — Я ненавижу эту работу, — пробормотал он себе под нос.

Ему легко было сказать. Он не собирался разбиться на смерть.

Что сказала блондинка? Что-то о том, чтобы покорить ее внутреннюю гору.