Близко к сердцу
Шрифт:
— Что ты хотел?.. — потрясенно переспросила она; ее разум все еще пытался переварить утверждение, что он готов убить Алекса.
— Пойдем дальше, Эстелл, — медленно проговорил он. — Не думала же ты в самом деле, что я буду сидеть сложа руки и позволю другому человеку увести тебя!
— О чем ты говоришь? — прошептала она, чувствуя, как возрождается надежда.
— Возможно, я немного самонадеян. Может, просто хватаюсь за соломинку, но мне вспоминается, как ночью ты прижималась ко мне и говорила, что любишь.
Эстелл почувствовала, что задыхается.
— Я ничего не выдумывала!.. — хрипло возразила она и осеклась. — Честно говоря, я не знаю, что заставило меня солгать, когда ты спросил, была ли я когда-нибудь влюблена. На самом деле то, что мне казалось любовью, вовсе ею не было. И когда я сказала тебе, что совершила ошибку, влюбившись не в того человека… это было лишь полуправдой!
— Не может быть такой вещи, как полуправда! — воскликнул он раздраженно. — Скажи, была ты влюблена в этого подонка, или…
— Нет! — выкрикнула она. — Тогда я не знала, что ответить… Мне было трудно смириться с мыслью, что я не в силах забыть человека, с которым провела только одну ночь! С тем человеком, который считает меня вырезанной из картона, потому что я не смогла заставить себя сказать всю правду о нашей первой встрече… И меньше всего я хотела бы перестать любить его!
— Эстелл, я думаю, мне можно простить мои слова и поступки, поскольку я был введен в заблуждение, — вздохнул он и, тряхнув головой, решительно добавил: — Я пришел сюда с единственной целью: выяснить, перестала ты любить его или нет! Теперь я знаю все и мне совершенно очевидно, что я люблю тебя. Что же мешает и тебе открыть свое сердце?
— Совершенно очевидно? — пораженно прошептала она.
— Ну хорошо, мы оба не в состоянии были замечать очевидное, — заявил он констатирующим тоном. — Но задумайся на мгновение — и ты поймешь, насколько я прав! — Эстелл слегка откинулась назад, чтобы справиться с головокружением. — Но учти, я не собираюсь давать тебе целый день на то, чтобы понять это. — С этими словами он потянулся к ней и заключил в объятия; их губы слились.
Потом они не раз отрывались друг от друга и вновь соединялись, осыпая поцелуями щеки, подбородки и глаза в безмолвном упоении любовью. Неожиданно Стивена охватил смех, заразивший и Эстелл и заставивший их окончательно разъединиться.
— Что тут смешного? — запротестовала она. — Почему ты хохочешь?
— Потому же, почему и ты! — Он сделал нырятельное движение и коснулся головой ее подбородка.
— Я — потому что у меня с головой не все в порядке! Говорить, что любишь меня, после того как заставил пройти через… Боже, я готова убить тебя!
— Ну, давай убивай, — фыркнул он ей в ухо. — Но это не изменит того факта, что я люблю тебя! О, если бы мы встретились при
— Своя… — механически повторила она и чуть не задохнулась, словно от недостатка воздуха.
— Разве у нас не получилось бы? — хрипло спросил он, наклоняясь вперед и глядя на нее несомненно влюбленными глазами. — Или ты хочешь сказать, что не любишь меня?
— Конечно же, я люблю! — нетерпеливо воскликнула она, чувствуя, как в ней вдруг высвободилось что-то восхитительное и не поддающееся описанию. — О, Стивен… Не могу поверить, что решилась наконец произнести эти слова!
— Вот-вот, — довольно проворчал он и немного потряс ее, тут же объяснив: — Просто чтобы убедиться, что на этот раз ты не спишь! — Хитрая улыбка на его лице постепенно сменилась почти болезненным выражением, когда он с силой прижал ее к себе. — Боже, в Дан-Лэре я приходил в себя, только крепко держа тебя в своих объятиях! Мне страшно вспомнить, как я колебался, собираясь ехать туда… — Он не закончил фразу и передернул плечами.
— Да, трудно, должно быть, было расстаться с Морин Райт, — поддразнила его Эстелл, сияя от бесконечного счастья!
— Морин! — простонал он. — Ох уж эта устрашающе-решительная женщина! Слава Богу, теперь ты защитишь меня от нее! — Он опять откинулся назад и взглянул на нее: — Ведь ты собираешься защищать меня, Эстелл, в течение всей отпущенной нам жизни?
Еще раз дыхание подвело ее, и ей не оставалось ничего иного, как только прильнуть к нему в надежде, что все пройдет само собой.
— Если тебя беспокоит перспектива рождения детей, забудь об этом, — тихо увещевал он ее. — Хотя, должен сказать, твой вид с малышом Шона на руках породил во мне чувства, о которых я раньше не подозревал.
— Меня это тоже весьма тронуло, — произнесла Эстелл, справившись наконец с дыханием.
— Вот какие мысли были у меня в ту ночь, после которой ты оставила меня!.. — мягко пояснил он. — Маленький Патрик играл в них главную роль. Но я хочу связать свою жизнь с твоей, потому что люблю тебя, а не из-за детей, которых мы могли или не могли бы иметь. Ты моя жизнь, и не забывай об этом!
Нежно поцеловав кончик ее носа, Стивен лукаво улыбнулся.
— И как ты относишься к тому, чтобы быть моей женой? Ты выйдешь за меня?
— Да! — прошептала она, каждой клеточкой ощущая радость.
— Ты сделала меня самым счастливым человеком на земле! — выдохнул он и, нагнув голову, ткнулся губами в ее шею. — Что довольно удивительно, если учесть, что я так до сих пор и не попробовал, как ты готовишь!
— Вот теперь я действительно верю, что ты любишь меня! — воскликнула Эстелл, ежась от прикосновений его настойчивых губ, бросающих ее в дрожь. Она притянула его голову и начала ласкать его.