Ближе
Шрифт:
Она бесцеремонно подняла его голову одной рукой, другой сунула ему в рот полную ложку. Честер почувствовал вкус почти сырого мяса.
— Очень вкусно… ммм… — договорить он не успел: во рту оказалась новая порция мерзкой еды.
— Ну вот! — удовлетворенно сказала Марта, скормив Честеру всю тарелку. — Хороший мальчик.
Она оставила тарелку и ложку на полу, тяжело поднялась с колен и вытерла руку о грязную юбку.
Честер лихорадочно соображал. Нужно было что-то делать. Он должен был попытаться связаться хоть с кем-то…
Но
Потом ему в голову пришла идея:
— Марта…
Налитый безумием страшный глаз уставился на него, но Честер собрал волю в кулак и постарался не обращать на него внимания.
— Можно мне мой рюкзак?
— Зачем?
Она произнесла это, почти не шевеля губами. Повторила ещё раз чуть отчётливее:
— Ну… Голове неудобно… Я лежу на деревяшке, это очень жёстко…
Она молчала, и тогда Честер произнёс то, что язык произносить отказывался:
— Мама… мамочка, пожалуйста… можно мне…
Это произвело на женщину мгновенный эффект.
— О, разумеется, почему нет? — Теперь её голос звучал почти нормально. — Ты побудь здесь, мой милый мальчик, а я пойду и принесу.
Она повернулась и ушла, а Честер, извиваясь как червяк, перекатился к дверце буфета, чтобы увидеть, что происходит снаружи.
Он правильно почуял — в гостиной, на полу, в самом центре ковра, был разложен настоящий костёр. А на ковровой дорожке в холле виднелся широкий грязный след… словно что-то или… кого-то тащили…
Он услышал, что Марта возвращается, и торопливо перекатился в глубь буфета.
— Большое тебе спасибо, мамочка!
Она подсунула рюкзак ему под голову, затем выпрямилась и с нежностью посмотрела на него.
— Всё, что угодно, сынок! — проворковала она и захлопнула дверцу.
Честер дождался, пока снаружи всё стихло, затем очень медленно повернулся набок и завел руки за голову, к рюкзаку. Это было трудно, поскольку запястья стягивала верёвка, но в конце концов он нашёл то, что ему было нужно и что по-прежнему находилось в рюкзаке.
— Есть!!!
Это была маленькая пластиковая коробочка, размером не больше колоды карт, с небольшой антенной. Честер изловчился и сунул коробочку в рот, языком нащупал выключатель, повернул его… Затем быстро — насколько смог — сунул коробочку обратно в рюкзак, на самое дно, удостоверился, что сверху она прикрыта его грязной одеждой.
Потом снова повернулся на спину, положил голову на рюкзак и вытянул перед собой связанные руки.
— Господи! Пожалуйста! Я не так часто обращался к тебе… Но сейчас я тебя умоляю. Пусть кто-нибудь услышит мой сигнал!!! — истово молился он беззвучным шёпотом.
— Пожалуйста!!!
После того как они проехали небольшую деревушку, в которой имелись магазинчик и почта, Дрейк сбросил скорость и стал присматривать место, где можно оставить машину. Он приметил узкую дорогу, ведущую в небольшую
— Дальше пойдем пешком! — сообщил он Эдди, и они принялись собирать снаряжение, которое могло им пригодиться. Стигиец взял два пистолета, один из них с глушителем. Судя по всему, он готовился к неприятностям. Дрейк понятия не имел, почему стигиец так решил, но вопросов не задавал.
Сам он аккуратно надел на голову прибор ночного видения, опустил на правый глаз окуляр и включил аккумулятор, закрепив его на поясе. Внутри окуляра на мгновение вспыхнула оранжевым надпись «Настройки», но секундой позже изображение стало чётким и ярким, словно при свете дня.
Потом Дрейк вскинул на плечи рюкзак, и они зашагали по сырой траве. Дрейк размышлял, что они найдут в подземной гавани, под заброшенным аэродромом. В последний раз он был там, чтобы повидать Уилла и доктора Берроуза, когда они отправлялись вниз по подземной реке. Это было путешествие длиной несколько сотен километров… А теперь… теперь именно из этого района Честер отправил ему сообщение. Правда, это произошло уже две недели назад, но Дрейк был практически уверен, что мальчик до сих пор скрывается где-то в этом районе, а может быть, даже ждет Дрейка на подземном причале.
Они с Эдди быстро шагали через ячменное поле, напоминавшее большое озеро — под порывами ветра по нему прокатывались настоящие волны, сходство усиливалось прибором ночного видения. Однако Дрейк не придал этому особого внимания — его мысли были заняты другим. Кто был спутником Честера? Это путешествие могли совершить только двое: один человек должен следить за мотором, другой править лодкой. Честер не упомянул имени второго, но его сообщение звучало очень… отчаянно.
Когда они выбрались на дорогу, пошёл мелкий противный дождь. Дрейк усмехнулся.
— Норфолк! Дождь, всегда дождь! В этих краях по-другому не бывает…
Эдди не произнёс ни слова, но Дрейк прямо-таки чувствовал его неодобрение. По мнению стигийца, Дрейк говорил слишком громко.
Вскоре они обнаружили пролом в ограде аэродрома и осторожно пробрались на территорию. В некотором отдалении сияла огнями диспетчерская. Дрейк и Эдди миновали несколько построек 60-х годов; вероятно, когда-то здесь жили служители аэродрома и их семьи, но теперь все дома были брошены и разорены, вокруг валялись доски и арматура.
Они шли к самому большому из зданий, когда Дрейк поймал себя на мысли, что постоянно оглядывается, чтобы проверить, здесь ли его спутник. Хотя Эдди говорил, что прошло уже много лет с тех пор, как он служил Граничником, двигался он до сих пор абсолютно бесшумно, упруго и стремительно. Временами Дрейку даже казалось, что он оглох — он видел Эдди, они бок о бок преодолевали завалы, шагали по шуршащему гравию, перепрыгивали ямы… Но при этом стигиец не производил ни единого звука. Вообще ни одного! Точно так же умела двигаться его дочь. Эллиот.