Ближе к телу

Никольская Наталья

Внезапно я вспомнила, что так и не поговорила с соседом Витей, на которого серьезно обиделась моя сестренка. А может ли быть, чтобы он знал что-то сверхважное? Может, наверное. Кажется, на работу он еще не ушел.

Я сунула ноги в тапочки и вышла из квартиры. Нажала на звонок соседской двери. Мне открыла Анна.

— Аня, а могу я поговорить с Виктором? — спросила я, глядя в большие глаза женщины.

— Да, пожалуйста, — откликнулась соседка, шире распахивая дверь и впуская меня в квартиру. — Витя еще не ушел на работу.

В дверном проеме показался

супруг Анны, уже облачившийся в пятнистую форму охранника.

— Идемте на кухню, Полина Андреевна, там можно курить, — предложил мне Витя. — О чем вы хотели поговорить?

— Вы, вероятно, уже знаете, что в моей квартире нашли труп, — заметила я.

— Да кто об этом не знает? — картинно развел руками Витя. — Весь подъезд второй день только об этом и говорит. Какого-то мальчишку убили.

— Да, — подтвердила я, закуривая. — Вот именно, и его убили в моей квартире. Обвинение едва не повесили на меня, — слегка приукрасила я ситуацию, — хорошо еще, у меня прекрасное алиби. Может быть, вы что-нибудь видели или слышали?

Витя задумался, нахмурив лоб. Поморщился, видимо, помогая процессу умственной деятельности. Потом потер лоб, закурил, вытянул сигарету в пару тяг и сплюнул крошку табаку. В кухне тут же запахло отвратительным кисловатым ароматом «Примы».

Напряженные мыслительные процессы моего соседа не привели ни к чему: он покачал головой и заявил уверенно:

— Да нет, Полина Андреевна, ничего необычного я не заметил. Все как всегда — тишина и порядок. Извините, если не смог вам помочь.

— Незнакомые люди в подъезде, машины у входа, кто-то, пытающийся открыть мою дверь?

— Нет, ничего такого я не заметил, — поразмышляв еще пару минут, заверил меня Виктор. И повторил:

— Мне жаль, что не смог вам помочь.

— Спасибо за попытку это сделать, — немного язвительно поблагодарила я его и отправилась домой.

Как-то странно, что Ольга не звонит. Она же одна дома, ей должно быть скучно, и она просто обязана позвонить, чтобы поплакаться в жилетку. Я хорошо знаю сестренку. И либо она просто заливает горе в компании Дрюни Мурашова, либо отправилась совершать подвиги. Причем первый вариант был бы предпочтительнее — тогда, по крайней мере, можно быть уверенной, что сестра в безопасности. Хоть Дрюня и тунеядец и разгильдяй, за Ольгу он стеной. Они друзья с детства. Приятели бутылки, называется. Но Ольга права, когда говорит, что всегда может рассчитывать на Мурашова. Совершенно права.

Решив проверить собственное предположение, я набрала номер телефона сестренки. Трубку никто не брал и даже не собирался. Что ж, произошло самое худшее. Оленька решила поиграть в героев. И неизвестно, чего от этого ожидать. Я бы, конечно, ринулась спасать ее, но кто знает, куда могла направиться моя взбалмошная сестричка. То ли она рванула в «Эйфорию» очаровывать «Жирного праха», то ли ринулась устраивать разгон всем бандитам города. Черт ее знает!

Так что мне оставался единственный выход — ждать.

Примерно через полчаса мой телефон зазвонил. Подняв трубку, я уже готовилась отчитать безответственное создание, имевшее

счастье называться моей сестрой. Но услышала голос Евгении Михайловны, нашей бабушки, и очень удивилась: бабушка редко пользуется телефоном, она предпочитает личную беседу. А тут позвонила, да еще вечером.

— Бабушка? Что-то случилось?

— Да нет, Поленька, пока все нормально, — в голосе Евгении Михайловны чувствовалась улыбка. — Просто любопытство замучило. Чем наша Оленька решила заняться?

— А что? — насторожилась я. — Что произошло?

— Прилетела она ко мне и потребовала смены стиля, решила стать дискотечной девочкой. Опять что-то расследуете?

— Да так, ерунда, — отмахнулась я.

А сама задумалась: неужели моя Ольга настолько безрассудна, что, не предупредив меня, отправилась в ночной клуб? И что она намерена там делать? Играть роль ночной бабочки? Или просто затесаться в толпу поклонниц? По-моему, не смотря на макияж и многочисленные таланты бабушки, ей это не удастся. У Ольги же на лице написаны десять классов образования и вуз. Среди этих деградатов она будет выглядеть как полярный медведь среди слонов.

И что прикажете делать? Отправляться вытаскивать малого ребенка Оленьку из беды? Или немного подождать?

Задумавшись над возможностями Ольги, я совсем забыла и про телефон, и про Евгению Михайловну. Очнувшись, поняла, что прижимаю трубку к уху и многозначительно молчу. Евгения Михайловна удивленно спросила:

— Поля, ты еще не отсоединилась?

— Нет, просто задумалась, извини, — оправдывалась я. — У тебя все хорошо?

— Да, думаю, все нормально, — лаконично ответила бабушка. — А ты как?

— Все хорошо, — покривила я душой. — Все в порядке.

— Ты еще не вернулась к Жоре?

— Нет, и не собираюсь, — равнодушно сказала я.

— До свидания, Поленька, — вздохнула бабушка. Спокойной ночи.

— Пока, — и я задумчиво опустила трубку на рычаги. Ночь спокойная мне не грозит, сто процентов. Ну откуда взяться покою, когда такая сестрица? Надо ей пускаться во все тяжкие! Хотя сама же пыталась привлечь ее к расследованию, вот теперь расхлебывайте, Полина Андреевна. Вот тоже мне, чудо природы. Взяла и отправилась черт знает куда. Могла бы хоть предупредить. Интересно, это взрослое дитя хоть деньги на такси взяло? Или, как я, будет дожидаться попутки? Ну нет, так дело не пойдет. Надо обязательно поехать за Ольгой. Прямо сейчас.

Стрелка на часах двигалась с ужасающей быстротой. Я видела, что надо отправляться, чтобы Ольга не ушла без меня. Слегка накрасилась, чтобы принять надлежащий вид. Вышла из дома, села в «Ниссан» и отправилась в Солнечный. На полдороги я вспомнила кое-что — и остановила машину. Судорожно роясь в карманах куртки, я лихорадочно пыталась вспомнить, в чем же была, когда общалась с «Жирным прахом». Наконец я достала из внутреннего кармана несколько помятое приглашение на выступление и следующие несколько секунд приводила его в божеский вид. Точнее, пыталась сделать это. Наконец вид приглашения меня вполне удовлетворил, и я тронулась с места.