Ближе к сердцу

Браун Джеки

Она мечтала, что они всегда будут вместе, а потом вдруг оказалось, что пятнадцать лет — это рубеж, после которого ее жизнь круто изменилась. Оказалось, что это было ее последнее лето на острове Сердце. Встретившая ее в аэропорту мать расставила все точки над «i»:

— Ты больше не ребенок, Холли. Скоро ты станешь совершеннолетней и должна будешь наконец принять свое королевское положение и обязанности, которые оно предполагает. Ты принцесса и наследница престола и должна вести себя соответствующе.

В этот момент ее девичьи мечты развеялись в прах.

Интересно, что заставило Нейта

отказаться от своих планов? Или он просто вырос и забыл о них?

Одно было ясно: мужчина, который только что закрыл эту дверь, совершенно ей незнаком.

Нейт быстро переоделся в сухую одежду и спустился вниз. Оказавшись на кухне, он сразу направился к холодильнику, достал оттуда бутылку пива и сделал большой глоток.

Господи! Страшно представить, что она сейчас про него думает. Он показал себя не самым гостеприимным и дружелюбным хозяином.

Он поморщился и сделал еще один глоток. Холли, наверное, привыкла к красным ковровым дорожкам, званым ужинам и парадам в свою честь, а он даже до берега не смог ее донести, не уронив в воду. Но, несмотря ни на что, она смеялась и в этот момент была так похожа на себя прежнюю. Ту, которая была его лучшим другом, товарищем во всех шалостях и проделках, ту, мечты о которой не давали ему уснуть жаркими летними ночами.

Теперь она выросла и превратилась в прекрасную женщину, которая сегодня проведет ночь в его доме. И хотя родители уже давно наслаждались пенсией за много сотен километров отсюда, а сам он стал взрослым мужчиной, Нейт чувствовал странное смущение.

В этот момент на кухню вошел Хенк, явно решивший заменить опустевшую бутылку.

— А где Холли? — спросил он, оглядываясь.

— Наверху, — откликнулся Нейт. — Наверное, пытается освободиться от мокрой одежды. — За эту фразу он отвесил себе мысленного пинка, потому что его воображение тут же начало развивать эту пикантную тему.

— Она не говорила, что вы знакомы, — сказал Хенк.

— А нас и нельзя назвать знакомыми, — хмуро ответил Нейт. — В детстве мы проводили лето вместе. Прошло много лет с тех пор, как я последний раз видел ее.

Это было не совсем правдой, ведь ему было достаточно включить Интернет или полистать журналы, чтобы увидеть ее лицо. Но его Холли и Холлин Салдани всегда казались ему двумя совершенно разными женщинами. По крайней мере, до сегодняшнего дня.

— Кажется, я ее уже где-то видел, — задумчиво протянул Хенк, потирая небритый подбородок.

Неудивительно.

Но Нейт решил не выдавать секрет Холли. Конечно, он поступил так только потому, что пилот был самым болтливым существом во всей Америке, и уже к вечеру сногсшибательную новость о том, что на острове появилась настоящая европейская принцесса, будут обсуждать даже местные собаки. Кроме того, Холли ясно дала понять, что приехала сюда инкогнито, в надежде скрыться ото всех, а если весть о ее приезде дойдет до материка, уже завтра на острове будет не протолкнуться от проклятых папарацци и журналистов. Это может не понравиться отдыхающим, а значит, повредит его бизнесу. Да, именно поэтому он промолчал.

«Лгун!» — вкрадчиво прошептал его внутренний голос, но Нейт предпочел проигнорировать его.

— Знаю, у нее

такой тип лица, — безучастно кивнул он. — Даже в детстве ее все время с кем-то путали.

Похоже, Хенка полностью устроил его ответ, но его все еще не оставляло любопытство.

— А откуда она? Она хорошо говорит по-английски, но акцент все же чувствуется.

— Откуда-то из Европы, — обтекаемо ответил Нейт. — Но вроде бы у нее есть родственники и в Америке.

Интересно, а та женщина и правда была ее бабушкой или просто гувернанткой, поддерживающей прикрытие? У него по-прежнему было столько вопросов к девушке, которая была его первой любовью и которую он, как оказалось, почти не знал.

Хенка объяснение Нейта полностью устроило. Его вообще легко было удовлетворить — холодное пиво, место, где можно поспать, кабельное телевидение и простые ответы на простые вопросы. Нейт был уверен, что на этом поток вопросов иссякнет, но он ошибся.

— А она очень хорошенькая штучка, — осторожно начал пилот.

Нейт молча кивнул, не желая развивать эту тему.

— И очень щедрая, — с улыбкой добавил Хенк, похлопывая по карману джинсов. — Ты не поверишь, сколько она заплатила за перелет.

— Ты рисковал своей жизнью, — сухо заметил Нейт.

Хенк беспечно отмахнулся:

— Возможно, но ни одна из моих бывших жен не думала, что моя жизнь ценится так высоко.

— Легко быть щедрой, когда не ты зарабатываешь деньги, — недовольно откликнулся Нейт, которому не слишком нравилось такое пристальное внимание к Холли другого мужчины.

— Так она еще и из богатой семьи? — обрадовался Хенк.

— Да. Из очень богатой и с таким генеалогическим древом, которое можно проследить вплоть до римлян, — хмуро кивнул он.

— И она до сих пор не замужем?

Только сейчас Нейт понял, куда клонит Хенк.

— Насколько я знаю, пока нет, — ответил он.

Слухи о скорой помолвке принцессы Моренсии бесконечно муссировались в прессе и на телевидении. Когда Нейт первый раз услышал об этом из новостей, ему показалось, что его с размаху ударили под дых. Тогда он долго не мог прийти в себя, хотя сам не понимал, почему так бурно отреагировал на обыденную, в сущности, новость. Конечно, она должна выйти замуж и родить наследника, ничего удивительного. Тем более до сегодняшнего дня он вполне успешно убеждал себя в том, что забыл о Холли.

Вот именно. До сегодняшнего дня.

— С ума сойти! — рассуждал тем временем Хенк, рассматривая свое отражение в темном стекле окна. — Красивая, богатая и одинокая цыпочка. Такой шанс выпадает раз в жизни. Как думаешь, у меня есть надежда?

— Прости, приятель, она не из твоей лиги, — с усмешкой покачал головой Нейт.

— А как насчет тебя? — с легкой обидой поинтересовался Хенк.

— И не из моей тоже, — с затаенной горечью ответил Нейт.

Еще вчера он был совершенно доволен тем, чего добился. После школы он поступил в колледж, не из Лиги плюща, конечно, но входящий в десятку лучших в стране. Окончив его, переехал в Чикаго и быстро стал помощником управляющего одного из лучших отелей. Родители, хоть и были огорчены тем, что он не захотел продолжить семейный бизнес, очень гордились им и были готовы принять его выбор.