Блиц
Шрифт:
Но она была всем для меня.
Хотела ли Дженнсин путешествовать по миру или состариться со мной здесь, в Мишне, я ее не отпущу.
Несколько недель назад, когда я сказал ей, что хочу семью, в моем сознании возник образ маленькой девочки, бегающей по заднему двору. Светлые волосы. Голубые глаза. Улыбка, которая управляла каждым моим движением.
Я не просто хотел детей. Я хотел, чтобы они были с Дженнсин. Это было все или ничего.
Она была моей жизнью.
Если бы пришлось предпочесть
Форд провел рукой по волосам, тупо уставившись на гладкую поверхность своего стола.
— Я не знаю, что сказать.
— «Ты уволен?»
Он нахмурился и покачал головой настолько незаметно, что мне это могло показаться. Но вспыхнувшая надежда выпрямила мою спину и подняла сердце с пола.
Брови Форда сошлись на переносице, он наклонился вперед, его взгляд стал жестким. Это было его игровое лицо. Лицо, которое он носил, когда был игроком, сначала в «Диких котах», а затем в НФЛ. Именно с таким выражением лица он теперь работал тренером.
— Курту будет все равно, что вы познакомились с ней этим летом, — сказал он.
— Да. Только не после весеннего скандала.
Форд вздохнул.
— Она выпускница?
Я кивнул.
— Да.
— Двадцать один?
— Двадцать два.
Если Форд и считал разницу в возрасте слишком большой, он этого не показывал.
— Черт возьми, Торен. Что мне делать?
Уволить меня. Это был его единственный выбор.
— Все в порядке, — сказал я. — Просто… сделай это.
Он усмехнулся.
— Я не могу осуждать тебя за тайные отношения, ведь мы с Милли провели большую часть осени, скрываясь от всех.
Подождите. Был ли он… не против этого? У меня перехватило дыхание, пока я ждал, что он скажет дальше.
— О чем ты говоришь?
— Это не те правила, которые я могу изменить, — сказал он. — Ты тренер. Она студентка.
— Итак, я уволен. — Блять.
— Нет, говнюк, ты не уволен. Но тебе нужно быть осторожнее. Веди себя тихо. Ничего не делай, здесь, в кампусе. — Он бросил выразительный взгляд на стену и мой кабинет за ней. — Дождись ее выпускного.
Я моргнул, затем покачал головой, как будто это был сон.
— Форд. Если кто-нибудь узнает, что ты знал…
— Не позволяй никому узнать. Сделай паузу, если нужно. Мне все равно. Просто смотри, чтобы тебя не поймали.
Черт возьми. Это происходит на самом деле? Если бы кто-нибудь другой застукал нас, все было бы кончено. Но Форд?
Просить его сохранить это в тайне было слишком. Но я все равно собирался это сделать.
— Ты уверен?
— Я уверен. — Он кивнул. — За все годы нашей дружбы ты никогда так не отзывался о женщине.
— Нет такой женщины,
Он нахмурился и махнул рукой в сторону двери.
— Тогда убирайся.
Эмоции нахлынули так быстро, что стало трудно дышать. Я помолчал, затем откашлялся, прежде чем протянуть руку через его стол.
— Спасибо.
Он быстро пожал мою руку.
— Ты знал обо мне и Милли. И сохранил наш секрет. Самое меньшее, что я могу сделать — это сохранить твой.
— Это немного другое.
— Не совсем.
Нет, я так не думаю.
— Увидимся завтра?
— Да. — Он кивнул, когда я поднялся на ноги и направился к двери.
— Торен?
Я обернулся.
— Да?
— Извини, что ворвался к тебе в кабинет раньше. После стука мне следовало подождать.
Я отмахнулся.
— Не беспокойся об этом.
— Нет, это моя вина. Больше такого не повторится.
— Хорошо. Хорошего вечера.
Форд помахал мне рукой.
— Тебе тоже.
Я открыл дверь, готовый догнать Дженнсин, потому что она, наверное, была в шоке. Но как только я вышел в коридор, Милли бросилась мне навстречу.
— Ты не видел Аспен? — спросила она, широко раскрыв глаза и раскрасневшись.
— О, нет. — От паники на ее лице волосы у меня на затылке встали дыбом. — А что?
Дженнсин уже покинула полевой дом, верно? Она бы не совершила ничего безрассудного, например, не сказала Аспен, что уходит из команды или бросает университет.
Милли нахмурилась и достала свой телефон, когда Форд присоединился к нам в коридоре.
— Что случилось? — спросил он.
— Мне нужно найти Аспен. Есть новостная статья, которая привлекает много внимания, и в ней упоминается один из ее игроков.
— Что? — Форд придвинулся ближе, чтобы заглянуть ей через плечо, когда она показала ему свой телефон.
Мне не нужно было читать статью. У меня внутри все сжалось, когда краска отхлынула от его лица.
— Дженнсин?
— Да. — Милли кивнула. — Судя по этой статье, есть предположение, что у нее был роман с тренером в Стэнфорде.
Глава 28
Дженнсин
Торена увольняли. Пока я шла к своей машине на парковке полевого дома, Торен терял свою карьеру.
О боже. Зачем мы это сделали? Почему мы просто не подождали до вечера? Из-за всего этого флирта и поддразниваний в спортзале мы, черт возьми, сошли с ума.
Слезы защипали мне глаза, а комок в горле мешал глотать и затруднял дыхание.
Возненавидит ли он меня, когда все закончится? Пожалеет ли он обо всем, что произошло между нами? Я только что стоила ему работы. Его репутации. Я знала, чем мы рисковали. Знала, каковы были ставки. Но я была самонадеянной дурой, думая, что нас не поймают.