Блестящий шанс

Лейси Эд

ВЧЕРА

5

На улице никого не было.

Идя к Седьмой авеню, я изо всех сил старался не перейти на бег. Часы в витрине магазина показывали девять минут первого. Я прошел квартал, остановил такси и попросил отвезти меня на Центральный вокзал.

Чистая работа - меня обвели вокруг пальца как глупого подростка, посулив конфетку. Меня беспокоило не только убийство. В глазах правоохранительных органов я совершил преступление похуже убийства - я избил полицейского. В участке меня бы отметелили до полусмерти ещё до предъявления обвинения в убийстве. Ловушка была

настолько хитро расставлена, что ни щелочки найти в ней было невозможно. И даже намека на алиби у меня не было. Судя по виду крови на подушке, Томаса убили минут за десять до моего появления в комнате. Все было тщательно продумано, до мельчайших деталей. Я был в полном дерьме. Я был просто труп. А избив полицейского, я был уже, можно сказать, больше, чем труп.

И самое мерзкое то, что я знал убийцу, но легче мне от этого не было. Конечно же, это сделала Кей. Все сходилось: наняла цветного детектива, заранее зная, что на Манхэттене я буду бросаться в глаза, заплатила мне из "черной кассы" - теперь я даже не мог доказать, что работал на нее. Но что Кей имела на Томаса? Или вся эта история по телепередачу просто туфта?

Расплачиваясь с таксистом, я на всякий случай сообщил ему, что надеюсь успеть на ночной поезд в Нью-Хейвен. Скоро полиция начнет проверять все такси.

Я прошел вокзал насквозь, а потом двинулся по Лексингтон-авеню к дому Кей. Я совсем потерялся. Почему-то в голове у меня никак не укладывалась мысль, что Кей могла убить Томаса вот так - размозжив ему башку клещами. Я бы мог ещё представить, как она стреляет в него. Но чтобы подойти настолько близко к спящему сзади.... Что-то тут не сходилось, но в остальном все мои подозрения насчет Кей казались неопровержимыми. Я очень сильно рисковал, идя сейчас к ней. Я же мог войти к ней в квартиру и попасть прямо в лапы к легавым. Конечно, она меня ждала и уже открыла свою очередную ловушку. Но в худшем положении, чем то, в котором я уже был, я вряд ли мог оказаться, и мне необходимо было её увидеть и задать ей несколько вопросов. Это была моя единственная надежда: белые умники, замышляющие идеальное преступление, иногда так мудрят и так все тщательно планируют, что попадаются на собственный же крючок.

Я встал на углу. Около её дома не было ни души. Я быстро прошел квартал и юркнул в её подъезд. Я не стал звонить, чтобы не поднимать шума. Дверь была старая. Взявшись одной рукой за дверную ручку, я сильно отклонился назад и ударил бедром чуть пониже замка. Дверь распахнулась с глухим стуком, отдавшимся гулким эхом в кромешной тишине. Я подождал - но ни одна квартирная дверь на открылась. Только тогда я вошел. Пружина у замка оказалась расхлябанной, и мне удалось закрыть дверь изнутри. Я поднялся в крошке-лифте, подошел к двери Кей и позвонил в звонок.

Ни звука. Я позвонил снова, долго не отнимая пальца от кнопки. За дверью послышались шаги ног в шлепанцах. Голос Барбары:

– Кто здесь?

– Туи.

– Кто?.. А, поздновато вы.
– Она открыла дверь.

Я проскользнул мимо неё и захлопнул дверь. На ней было надето что-то вроде красной пижамы, и вид у неё был усталый, а может быть, она была

слегка пьяна. Я повел её в комнату и усадил в кресло со словами:

– Посидите спокойно минутку.

Я побежал осматривать квартиру, оставив дверь в комнату открытой, чтобы видеть, не взялась ли она за телефон.

Кроме Бобби в квартире никого не было.

Вернувшись в гостиную, я увидел, что она пытается закурить, но руки у неё сильно тряслись.

– Что все это значит?

– Где Кей?
– спросил я, склонившись над ней.

– Хотела бы я знать. Нет. Лучше бы я не знала.

Я схватил её за худенькое плечо и сильно встряхнул.

– Нечего ломать комедию. Где она?

Барбара успокоилась и, попытавшись сбросить мою ладонь с плеча, спросила:

– Какое право вы имеете хватать меня?

В иных обстоятельствах этот вопрос вызвал бы у меня смех. Но я снова встряхнул её.

– Черт, да очнитесь вы! Я попал в беду! Где Кей?

– Я приняла снотворное пару часов назад, у меня туман в голове. Я правда не знаю, где Кей. А что за беда с вами стряслась, Туссейнт? О, какое красивое имя. Хотела бы я иметь такое имя...

– Убит человек и полиция разыскивает меня. До вас это доходит? Убийство! И подставила меня Кей, она обманом заманила меня в дом к убитому!

Глаза Бобби, похоже, просияли и обрели почти нормальное выражение.

– Кей? О нет, Кей может быть глупой и гадкой, но не коварной. Нет правда, убийство?

– Да, черт побери, правда.

– А кого...
– Ее глаза расширились и она привстала.
– но не Кей же! закончила она почти криком.

Я усадил её обратно в кресло.

– Перестаньте и просыпайтесь! Парень, за которым Кей поручила мне следить, убит. Что вы знаете об этой затее с телепередачей?

– Все знаю. Извините, я вчера чуть все дело не испортила. Кей меня так отчитала, точно я...

– Послушайте, Бобби, у меня нет времени на светские беседы. У меня вообще ни на что уже нет времени. Где сейчас Кей?

– У так называемого мужика.

– У кого? У своего мужа?

Она долго смотрела на меня, потом откинула голову назад и истерически расхохоталась. Я ещё разок её встряхнул, и тогда она выпалила:

– Она сейчас с этим педрилой Стивом. Я её муж!
– Она произнесла последние три слова с неожиданным достоинством. В её глазах светилась гордость, когда она подняла на меня взгляд и добавила совершенно нормальным голосом: - Я - та, кто во всей этой затее выступает под именем Бутч. Ну так что за ерунду вы тут городите про то, будто Кей вас заманила?..

– Она оставила мне записку, в которой просила прийти в комнату к Томасу в полночь. Я пришел туда и обнаружил его труп. Минуту спустя в комнату влетел полицейский. Все сходится: Кей наняла меня, негра, понимая, что негра будет легко опознать - я был приманкой в этой ловушке. Но я найду Кей и добьюсь от неё правды, если...

– Вы что же хотите сказать, что Кей убила этого мужчину?
– спросила вдруг Бобби, затушив сигарету о стеклянную поверхность кофейного столика.

– Вы сами можете это сказать и ещё раз повторить!