Блеск и будни
Шрифт:
— Поприветствуй его, — приказал махараджа Азимулле.
— Могущественный властелин Нана Саиб, махараджа Битура, приветствует тебя, англичанин, — произнес Азимулла.
— Скажите Нана Саибу, — попросил Адам, — что я привез ему большой бриллиант не только потому, что он теперь представляет народ Индии, но также и потому, что я боюсь, что англичане могут похитить его из храма в Лакнау и передать королеве Виктории, которая добавит его к своим драгоценностям в корону.
Азимулла перевел.
— Да-да, — нетерпеливо отозвался Нана Саиб. — Вели ему передать мне коробку.
— Махараджа повелевает не терять зря время. Отдай ему эту коробку.
— Конечно.
Адам поднялся на ступеньку
— Коробка пустая! — взвизгнул он.
Залп выстрелов прогремел сверху, вдребезги разбив цветное стекло плафона и мгновенно сразив четырех стражников, находившихся в зале. Нана Саиб издал вопль, а Адам выхватил из своего сюртука длинный кинжал, сделал выпад и вонзил его в сердце махараджи.
— Мой дедушка отомщен! — воскликнул Адам, видя, как Нана Саиб повалился на спинку своего трона. Кровь хлестала на его шелковый камзол… На лице застыло удивленное выражение. Сверху из-за стеклянного плафона продолжалась пальба, через дырку сбросили веревку. Адам пробежал мимо вопивших гостей, акробатов, жонглеров и танцовщиц. Подпрыгнув, он схватился обеими руками за веревку и начал быстро взбираться наверх.
— Быстрее! — подгонял его сверху Бентли Брент. Бентли, кожу которого тоже подкрасили и одели по-индусски, стоял на толстой деревянной балке над стеклянным плафоном, к которой была прикреплена огромная люстра. Он увидел, как Азимулла целится из пистолета в Адама, который уже почти вскарабкался до потолка. Выстрелив, Бентли увидел, как Азимулла свалился на труп Нана Саиба.
Гости толпой бросились к дверям, стараясь выбраться из тронного зала. Тем самым они мешали солдатам Нана Саиба пробиться внутрь. Еще один замаскированный английский солдат и четверо сипаев,которых Адам завербовал в эту экспедицию, схватили его за руки и подняли на балку. Отважные люди побежали по перекладине в мансарду дворца, затем к двери, ведущей на крышу. Бентли был знаком с английским архитектором в Лакнау, проводившим ремонтные работы для отца Нана Саиба пять лет назад. Когда Адам поделился с Брентом своим планом использовать приманку с бриллиантом, чтобы проникнуть во дворец и убить Нана Саиба, Бентли связался с архитектором, у которого сохранились чертежи здания.
Сначала на темной крыше показался Бентли, за ним следовали Адам и другие. Они подбежали к карнизу и посмотрели вниз. Дворец, располагавшийся в центре Битура, был окружен небольшим парком с оградой. Сейчас двор был забит лошадьми, каретами, носилками рикш и колясками гостей Нана Саиба, а также их слугами, большинство из которых в данный момент спали. Бентли стал спускаться по дереву, которое росло у самого дворца, по которому они ранее и поднялись на крышу. Через несколько минут смельчаки, сидя в седлах своих коней, галопом проскакали через главные ворота мимо пришедших в замешательство стражников Нана Саиба, которые начали выбегать из дворца в поисках убийцы их хозяина. Но было уже поздно.
Летя во весь опор жаркой ночью, Адам чувствовал такой подъем духа, которого не испытывал никогда в жизни. Он не раскаивался в убийстве Нана Саиба. Острые ощущения делали его почти счастливым.
Он не знал, что, убив величайшего врага Британской империи, он превратился в величайшего ее героя.
Выдержка из письма королевы Виктории лорду Пальмерстону, ее премьер-министру, от 2 августа 1857 года.
Балморал
Королева получила огромное удовольствие, узнав о смерти этого злодея, Нана Саиба, самостийного махараджи
В. Р. (Виктория Регина)
— Миледи, в гостиной находится мистер Масгрейв, — доложил мистер Хоукинс Сибил, которая читала в библиотеке Понтефракт Холла письмо, написанное ей королевой. Она отложила письмо, на лице отразилось удивление. «Эдгар? — подумала она. — Зачем он здесь?»
— Скажите ему, что я скоро приду, — приказала она дворецкому, который поклонился и вышел из комнаты.
Сибил встала из-за письменного стола и подошла к зеркалу. «Он не узнает о моем волнении», — сказала она себе. Молодая женщина похлопала себя по щекам, пытаясь вернуть румянец. Потом поправила свои роскошные волосы.
Эдгар! Какую же она допустила глупость, но ее так ужасно обидел Адам. Ее связь продолжалась не больше месяца, а потом Эдгар опять уехал в Италию, где находилась его главная любовь… Она решила, что больше его не увидит. Но он явился опять. Сохраняй хладнокровие, сохраняй спокойствие… Господи, чего же он хочет?
Взяв себя в руки насколько это было возможно, она направилась в гостиную. Вот и он — все так же щегольски одет, лицо слегка загорело под итальянским солнцем.
— Эдгар, — произнесла она, протягивая руку. — Какой сюрприз. Когда ты возвратился из Италии?
— На прошлой неделе. Решил отдохнуть от своих итальянских кредиторов, которые становятся такими же неприятно назойливыми, как и английские. Сибил, ты скучала обо мне?
Он улыбался, поднося ее руку к губам.
— Не очень. И поскольку ты ни разу не написал мне, я решила, что и ты по мне не скучаешь.
— Ах, я-то тосковал. Постоянно думал о тебе… Разве мы не насладились прекрасной идиллией, когда Адам уплыл в Индию? А теперь он возвращается большим героем! Не правда ли, в жизни много сюрпризов?
— Да, я только что получила письмо от королевы. Она собирается произвести Адама в маркизы.
— Как великодушно! Значит, ты станешь маркизой. Представь себе это. И когда-нибудь его сын и наследник, лорд Генри, станет вторым маркизом Понтефрактом. Кстати, нельзя ли мне взглянуть на лорда Генри?
— Он спит в детской. Я бы не хотела его будить.
— Слышал, что он очаровательный ребенок, с прекрасными светлыми кудрями… Похожими на мои, как мне сказали.
— У детей часто бывают светлые волосы, — сказала она, вся напрягшись.