Блэк Сити
Шрифт:
Себастьян кивает на парня с отметинами от когтей на шее, который расстегивает две верхние пуговицы своего пиджака, показывая верхнюю часть тела. Следы когтей покрывают всю его грудную клетку и виднеется огромный шрам в том месте, где недостает большого куска плоти, который вырвал Дарклинг из тела парня. Это возымело желанный эффект — внимание группы явно возросло.
— Дарклинги выше, сильнее и быстрее нас. Если вы один на один, то тут без шансов, они убьют вас прежде, чем вы успеете моргнуть, — говорит он, — если хотите выжить — бегите.
— Мы охотимся группами, — продолжает Оцарапанная шея, — Только так у нас есть шансы. Ваше подразделение — теперь ваша семья. Ваша жизнь — в их руках. Жизненно необходимо научиться двигаться, как единое целое, предвидеть движения напарника и защищать друг друга. Так мы непобедимы.
— Безусловно, у нас есть дополнительное преимущество в виде V-гена, — говорит Себастьян. — Благодаря тренировкам, он позволит почувствовать Дарклинга, давая вам преимущество над врагом. Обучение, в ходе которого появится возможность отточить эту способность, может означать разницу между жизнью и смертью. Но сначала, основы. Бой на мечах. Разбейтесь по парам.
Я хватаю меч из подставки и проворачиваю его в руке. Похоже, подходящий. Хотя, я ни за что не пойду на то, чтобы причинить вред другому Дарклингу. Я возвращаю клинок на место.
— Чего это ты делаешь? — рычит на меня Оцарапанная шея.
— Мне не нужен меч. У меня своё оружие, — говорю, обнажая клыки.
Натали берет один из мечей поменьше, одаривая меня застенчивой улыбкой. Сердце так и барабанит у меня в груди, ба-бум, ба-бум, ба-бум. Не могу поверить, что чуть было не рассказал ей в музее про своё сердце. О чем я только думал? Она решила бы, что я чокнутый, ненормальный. Она бы никогда не захотела снова заговорить со мной. Я не могу так рисковать, пока я всё еще не знаю каким образом или зачем она делает это со мной.
В меня врезается Грегори.
— Отвали с дороги, помесь, — говорит он.
— Прости великодушно, — говорю я саркастически. — Я тебя не заметил.
Ноздри Грегори раздуваются. Он берет самый большой меч в стойке.
— Знаешь, что говорят о мальчишках с большими игрушками? — спрашиваю я.
Натали хихикает, а Грегори зло прищуривается. Все встают по парам. Остаемся только мы с Натали.
— Постараюсь не шибко тебя покалечить, — говорит она.
Себастьян подходит к Натали и слегка касается её плеча. От этого простого, такого привычного жеста моим клыкам делается больно.
— Может быть, тебе просто посидеть. Не хочу, чтобы ты перегружала своё сердце, — говорит он.
Её щеки пылают алым.
— Мне же нужно практиковаться, ведь так? Иначе какой смысл здесь находиться?
— Я просто забочусь о тебе...
Она поднимает свой меч и угрожающе смотрит на него
— Я в полном порядке. Моё сердце в порядке. Прекрати обращаться со мной, как с ребенком.
Я подавляю улыбку.
Себастьян сводит со мной счеты за мою
— Сделаешь ей больно, я сделаю больно тебе, понял?
— Четко и ясно, — ворчу в ответ.
— Извини за Себастьяна, — говорит Натали, когда тот уходит.
— Твой парень редкостный урод, — говорю я.
— Себ не мой парень. — Она смеется. — Я так сказала Крису, чтобы он отвалил от меня.
Во мне, словно пламя, вспыхивает огонек надежды, заставляя меня светиться.
Мы проводим несколько основных атакующих и оборонительных ударов, и совершенно очевидно, что Натали уже занималась этим прежде. Ее движения быстрые и точные, но даже в этом случае, ей не удается хотя бы раз ударить меня.
— Не честно! Ты не стоишь на месте! — дразнится она, когда я резко ухожу в другую сторону, спасаясь от её удара.
— Вроде, так и должно быть, не так ли? Дарклинг не будет стоять и ждать, когда же его атакуют.
Её лицо озаряет поразительно красивая улыбка и я действую нерешительно. Она наносит удар и на этот раз попадает по моей руке, делая небольшой порез на моей куртке. Я театрально потираю руку.
— Слабак, — говорит она.
— Ты уже тренировалась на мечах?
— Меня отец обучал, — говорит она
На её лице отразилась грусть, и мне интересно, что за мрачное воспоминание её посетило.
— Как ты себя чувствуешь, после того, как мы нашли Линуса? — осторожно спрашиваю я
Прошло два дня, как мы обнаружили в музее труп.
Она пожимает плечами
— Мне снятся кошмары. В газете по поводу его смерти была небольшая статья. Видел?
Я киваю. Это была просто краткая заметка, потерявшаяся в море новостей. Они описали его смерть, как передозировку Дурманом — вот и все. Целая жизнь уместилась в нескольких строках. Не так уж много. Получу ли я хотя бы такое освещение, если кто-то найдет меня мертвым?
— У тебя задумчивое выражение, — говорит Натали.
— Да?
Она делает очень серьезное лицо, передразнивая меня.
— Извини, я просто подумал о Линусе. Тяжело через такое пройти, — говорю я.
— Думаю бывает и хуже, — бормочет она, — Что ты думаешь об этом золотом Дурмане? Должно быть, он силен, если убил Линуса и его друга так быстро.
— Я не совсем уверен. Дилеры частенько смешивают галлюциногены, так что может быть дело тут не в нем? — отвечаю я.
Мы продолжаем спарринг, хотя она думает о другом.
— Эш, что ты собирался мне рассказать в музее? Что-то о том, как мы стукнулись головами...? — спрашивает она.
У меня сжимается желудок. Черт. Я-то надеялся, что она забыла об этом.
— Просто хотел убедиться, что ты не пострадала. У меня очень крепкий череп, — говорю я, постукивая себя по голове.
Она с прищуром подозрительно смотрит на меня
— Были безвозвратно утеряны несколько клеток мозга, но никаких необратимых последствий. Ты именно об этом хотел меня спросить?