Блеф
Шрифт:
– А то оторвались бы на пару!
– Со мной случай особый. Придет срок, приму несколько фиолетовых сердечек или же чуток бензонала.
– О, bombitas. Si, – радостно закивала она. – Колеса, СТП, высокооктановое дерьмо. Печеньице для чокнутых. Слыхала об этих твоих таблеточках. Кайф не так чтобы очень, а вот крыша от них поехать может запросто.
Кройд пожал плечами:
– Мне за свою жизнь многое довелось перепробовать.
– Может быть, даже ядж?
– Спрашиваешь! Не так уж, кстати, он и хорош.
– Дезоксин? Дезбутол?
– Приходилось.
– А хат пробовал?
– Да, чтоб его! Принимал даже хаилько. А ты пробовала когда-нибудь питури? Зелье из самых зверских. Правда, процедура применения весьма неприятная, грязная. Перенял у аборигенов. А как насчет кайфа под названием «кратом»? Завозят прямиком из Таиланда…
– Не шутишь?
– Чистая правда.
– Боже, так мы все утро можем проболтать! Спорим, сумею расшевелить тебя?
– Посмотрим, как это у тебя получится.
– Думаешь, нет?
– Может, все-таки сначала кофе, пока не остыл?..
В комнате уже вовсю царило утро, заливая ярким светом ленивое шевеление на постели.
– Вспомнил еще один, с любопытным названием: «Голубая-мартышка-посулит-вам-персик-но-выхватит-прямо-изо-рта», – пробормотал Кройд. – Слыхал об этом от одной дамы, которая ввозила кротом.
– Ничего себе препаратик! – Вероника даже присвистнула.
Посетив «Скрюченного дракона» в третий раз за весьма непродолжительное время, Кройд решил, что настала пора переходить к активным действиям, и направился прямиком к стойке бара. Он уселся под красным бумажным фонариком и заказал себе «Цинь-тяо».
Через пару табуреток по левую руку место у стойки занимал цветной, весьма неприглядной наружности, с лицом, затейливо изукрашенным шрамами. Кройд глянул мельком, быстро отвел взгляд и вскоре уставился снова, на этот раз с нескрываемым любопытством. Нос у странного соседа просвечивал насквозь. Причиной тому оказалась изрядных размеров дыра в носовой перегородке; сам же нос покрывали отвратительные струпья. Складывалось впечатление, что совсем недавно китайца, окольцевав, водили за нос.
– Что, попал спьяну под карусель? – улыбнулся Кройд.
– Чего?!
– Или это у тебя обыкновенная фень шуи? – не унимался Кройд.
– Что еще за фень шуи гребаная такая? – обиделся сосед.
– Спроси здесь любого, – посоветовал Кройд, махнув в сторону зала. – А лучше всего – у Денни Мао. Как я сам успел разобраться, это такой вид всепроникающей мировой энергии, проявления которой весьма причудливы и своеобразны – могут, в том числе, быть и такими, как у тебя. Мне поведала о ней как-то одна дамочка из Таиланда. Представь, что такая смертельная ци вдруг прямо сейчас разнесет в щепки дверь, сокрушит по пути зеркала, опрокинет к дьяволу эту ба-гуа в горшке, а главное… – небрежно сдунув с бокала пивную пену, Кройд соскочил с табурета и приблизился, – … главное, подойдет и врежет прямо по сопатке.
Движением, неуловимым для обычного человеческого зрения, Кройд продел палец сквозь дыру в носу – лишь дикий крик свидетельствовал, что сосед все же заметил это, вернее, почувствовал обнаженным мясом.
– Прекрати!
Кройд мягко потащил его с табурета.
– Сейчас я дважды обведу тебя по кругу, – сообщил он внятно и членораздельно. – С утра меня не покидает ощущение, что первый, встреченный в этом баре сегодня – то бишь ты, – пришел сюда специально, дабы исповедаться мне и облегчить тем самым душу.
– Я выложу все, что надо! Чего ты хочешь?
– Где найти Денни Мао?
– Не знаю. Не знаю никакого… а-а-а!..
Скрючив палец, Кройд описал им в воздухе восьмерку и снова распрямил.
– Ну пожалуйста, – скулила жертва. – Отпусти меня! Денни здесь нет, он в…
– Денни Мао – это я! – донесся бархатистый баритон, донесся из-за столика, прикрытого пыльной пальмой в здоровенной кадушке. Обладатель приятного тембра не замедлил появиться и сам – перед Кройдом предстал невысокий восточного типа мужчина с невыразительными раскосыми бровями. – Какое у тебя дело ко мне, бледнолицый?
– Очень-очень личное, – отозвался Кройд. – Уверяю, ты не станешь звонить о нем на каждом углу.
– Я не даю приватные интервью неведомым пришельцам, – шагнув вперед, заявил китаец.
Когда Кройд слегка развернулся навстречу, первый цветной, волочась на пальце следом, сдавленно взвыл.
– Могу в виде исключения представиться и сам, – сообщил Кройд.
– Стоит ли так уж себя утруждать?
И кулак Денни молниеносно метнулся вперед. Кройд с той же резвостью подставил под удар свободную ладонь. Последовали еще три удара, которые Кройд без труда парировал аналогичным образом. И прозевал неожиданный удар пяткой. А Денни, выполнив обратное сальто, уже снова приплясывал на двух ногах.
– Вот дерьмо! – ругнулся Кройд и сделал резкое движение второй рукой. В дырявом носу что-то явственно щелкнуло, и жертва с воем торпедировала Денни Мао. Оба покатились по полу – кровь из разорванного носа забрызгала все кругом.
– Весьма скверная фень шуи, – прокомментировал Кройд. – Тебе следует получше за ней присматривать. Ведь такое может стрястись с тобой и впредь.
– Денни, – позвал голос из-за резного экрана по ту сторону стойки бара, – моя тебе что сказать.
Голос показался вроде бы знакомым, и, когда из-за экрана высунулась клыкастая оранжевая физиономия чешуйчатого карлика, Кройд сразу признал Линотипа – джокера с рассеянными телепатическими способностями, с горем пополам пробавлявшегося ясновидением.
– Твоя плохо слышать? – поинтересовался Кройд. – А вдруг что полезное узнать!
Истекающий кровью бедняга уже вовсю ковылял к уборной, когда Денни наконец грациозно поднялся, лениво отряхнул безнадежно испорченные штаны и смерил незваного гостя испепеляющим взглядом. Затем удалился за стойку.
После непродолжительный беседы за стеной китаец вернулся и снова воззрился на гостя:
– Так, значит, ты и есть тот самый Дремлин?
– Ага!
– Что ж – присяжный поверенный Джон Леттем, юридическая контора Леттема, город Штраус.