Блаженство
Шрифт:
– Спасибо, Даки, – сказала Хелен и улыбнулась своей горничной. – И еще, пожалуйста, принеси детям угощение и сладости, чтобы им не так скучно было ждать.
– Хорошо, госпожа.
Взглянув на Мэгги, Хелен проговорила:
– Итак, ты из замка Холден…
– Да, госпожа. – Женщина в смущении откашлялась. – Я была там главной горничной.
– Была? – переспросила Хелен.
Вставив нитку в игольное ушко, девушка внимательно посмотрела на собеседницу; теперь она заметила, что у пожилой женщины необыкновенно печальные глаза.
– Меня прогнали из замка прошлой зимой, – пробормотала Мэгги и тут же добавила: –
Губы Хелен растянулись в презрительной усмешке. Ее не удивили такие новости. Она прекрасно знала, на что способен Хаммер из Холдена. От него невозможно дождаться достойного вознаграждения за добросовестную службу. «Негодяй», – подумала Хелен, принимаясь за работу. Сделав несколько стежков, она немного успокоилась и спросила:
– А что же ты делала последние шесть месяцев? Мэгги снова откашлялась.
– Еще раньше, когда я жила в замке, за мной ухаживал фермер Уайт. Он был вдовцом, – добавила она, покраснев, как молоденькая девушка. – Когда меня уволили, мы сразу же поженились. Я вела хозяйство и помогала мужу. Но… – Немного помолчав, женщина пробормотала: – Он умер две недели, назад.
– Сочувствую, – сказала Хелен.
Увидев слезы в глазах Мэгги, девушка наклонила голову, сделав вид, что ничего не замечает. Внимательно осмотрев мяч, она вывернула его наизнанку и начала набивать перьями. Хелен уже почти закончила работу, когда женщина пришла в себя и вновь заговорила:
– Я знала, что обязательно случится беда. Мне пришлось трудно одной на ферме…
– Он выселил вас и передал все хозяйство другой супружеской паре? – догадалась Хелен. Она слышала о такой практике и раньше, но, по ее мнению, было слишком несправедливо поступать подобным образом с людьми, которые служили своим господам верой и правдой.
Мэгги кивнула.
– Он прислал ко мне беднягу Стивена, чтобы тот сделал всю грязную работу.
– Да, понимаю… – пробормотала девушка.
Хелен знала, что Стивен, занимавший должность смотрителя замка, был также уполномочен решать все хозяйственные вопросы в то время, когда Хаммер отсутствовал. А отсутствовал он довольно часто – постоянно с кем-то воевал вдали от дома. Но смотритель не мог принимать решения самостоятельно. Господин постоянно поддерживал связь со своим слугой и отдавал распоряжения. И, судя по всему, Стивен жестоко страдал от того, что обстоятельства вынуждали его выполнять злую волю своего повелителя,
– Лорд Холден велел помощнику забрать весь домашний скарб, – продолжала Мэгги. – И приказал сжечь все прямо во дворе, а меня выгнать вон.
Хелен вспыхнула; она была крайне возмущена. Конечно, лорд имел право на посмертный налог, но отобрать все имущество, а затем сжечь его – как это жестоко!
– Стивен сделал это сам? Мэгги тяжко вздохнула.
– Да. Ведь он преданный слуга. Все время извинялся, но не посмел ослушаться своего господина.
Хелен молча покачала головой и засунула в мяч последнюю пригоршню перьев – теперь оставалось лишь зашить отверстие. «Да, разумеется, – думала девушка, – Стивен ни в чем не виноват, он лишь исполнял повеление лорда Холдена».
– Мать Стивена умерла бы от горя, если бы видела, что творит ее сын.
Хелен вопросительно взглянула на собеседницу,
– Мы с ней дружили, когда она жила в деревне, – пояснила
– Она умерла? – вежливо поинтересовалась Хелен; она понимала, что следует направить беседу в другое русло и дать женщине возможность немного успокоиться. Если разговор о матери Стивена отвлечет ее от невеселых воспоминаний, то почему бы не пойти Мэгги навстречу?
– Нет-нет, она жива. Но когда Стивен стал смотрителем замка и ему пришлось исполнять приказы лорда Холдена… она не могла этого вынести и покинула деревню. Многие считают, что бедная женщина умерла, но я думаю, она живет где-то на границе ваших владений. Стивена не раз видели скачущим на лошади в том направлении. Думаю, он навещает ее, – добавила Мэгги. – И мне кажется, что он поехал к матери, после того как сжег мое имущество.
Хелен с сочувствием посмотрела на пожилую женщину.
– Поэтому ты и пришла в Тирни? – спросила она.
– Да, поэтому, – сказала Мэгги. – У меня здесь дочь. Она вышла замуж за владельца таверны десять лет назад.
Хелен кивнула. Она хорошо знала этого человека и его жену.
– Они предложили мне жить у них, но им нужно сначала получить ваше дозволение, – продолжала Мэгги. – Вы ведь позволите?..
Хелен задумалась. Она несла ответственность за всех людей, живших в ее владениях, и без ее разрешения никто не имел права здесь поселиться. Конечно же, ей хотелось сказать «да» и позволить Мэгги перебраться к дочери. Но девушка заметила, что ее гостья – вполне еще крепкая женщина. Без сомнения, она привыкла всю жизнь трудиться, а теперь ей предстояло принимать милостыню из рук дочери… Поразмыслив, Хелен поняла: Мэгги будет в тягость такая жизнь.
– Нет, – ответила она.
– Нет? – Из глаз несчастной брызнули слезы, и Хелен поспешно добавила:
– Тебе не нужно перебираться к дочери, Мэгги. Ты еще сильная и здоровая. Ты можешь работать. А мне сейчас как раз нужна такая служанка.
Женщина с недоверием посмотрела на девушку. Немного успокоившись, она спросила:
– Правда нужна?
– Да, нужна. Моя старшая горничная Эдит умерла месяц назад, и я пока не нашла ей замену. Так что Даки приходится работать за двоих. Если ты займешь место Эдит, ты сослужишь службу и мне, и Даки.
– О!.. – Гостья снова залилась слезами, и девушка подумала, что допустила ошибку, не позволив Мэгги поселиться у дочери. Но тут на лице пожилой женщины появилась радостная улыбка, и Хелен вздохнула с облегчением. – О, благодарю вас, миледи! Спасибо! – восклицала Мэгги; было очевидно, что она по-настоящему счастлива.
– Это тебе спасибо, – сказала Хелен и с улыбкой взглянула на Даки, неожиданно появившуюся в комнате. – А сейчас Даки покажет тебе все и представит девушкам, которые будут в твоем подчинении.
– С удовольствием, – кивнула Даки. Немного помолчав, добавила: – Босуэл говорит, что к замку приближается группа всадников.
– Группа всадников? – переспросила Хелен.
– Да. Босуэл сказал, что вдалеке виднеется королевский штандарт.
Девушка ненадолго задумалась, потом вдруг улыбнулась.
– Что ж, прекрасно. Если по дороге вы встретите мою тетю, пожалуйста, сообщите ей эту новость.
Сделав последний стежок на мяче, Хелен завязала нитку. Проводив взглядом удаляющихся женщин, она встала и направилась к детям, чтобы вернуть им игрушку.