Блажь

Февраль Алена

– Да, - порывисто проговорила я и замерла.

– Разбудил? – хрипло прошептал голос на другом конце линии и я вмиг проснулась.

– Ты-ы? – глухо спросила я.

– И тебе здравствуй… Алиса.

Я прижалась пылающей щекой к прохладному стеклу и спросила.

– Как ты узнал этот номер?

– Тебя что, только это интересует?

– Откуда у тебя мой номер? Тебе отец звонил? – дрожащим голосом спросила я и до боли сжала телефон, в ожидании ответа.

– Нет, твой отец мне не звонил. А

ты у него?

Я с облегчением выдохнула и сказала.

– Нет, я не у него, просто… просто так подумала. Тогда откуда ты узнал мой номер?

– Всё проще, чем ты думаешь, - через некоторое время ответил Максим, - пока ты спала, я позвонил с твоего телефона на свой.

Я тут же вспомнила исходящий вызов на незнакомый номер и всё поняла. Устало прикрыв глаза, я прошептала.

– Ты настоящий любитель покопаться в чужих вещах.

Максим полностью проигнорировал моё замечание и проговорил.

– Что ж ты так стремительно смылась из города? И обучение прервала, и с квартиры съехала. Опять не оправдал твоих ожиданий в постели?

Я шумно выдохнула, а молодой человек со злой усмешкой продолжил.

– Или к мужику своему торопилась? Во сне всё про какого-то Ивана говорила. Интересно этот Иван знает, что я тебя трахал всю ночь? Может быть ему рассказать, что он в постели тебя тоже не устраивает, раз ты, как с приличного недоё…а на меня накинулась. А ещё…

– Замолчи, - прошипела я, - как… как ты смеешь… Если бы я только знала, что ты такой жестокий, я бы никогда… никогда…

– Ты сама во всем виновата…

– Хватит! – вновь перебила я Максима, - я плохая – ты хороший. На этом и остановимся. Продолжай ненавидеть меня, а я устала от всего этого. Прощай.

Я резко прервала вызов, а затем совсем вырубила телефон. Напряжение такого длинного, и наполненного событиями дня, достигло своего апогея. Сдавив гудящие виски, я рухнула на холодный пол и беззвучно зарыдала.

Неужели я совсем не заслуживаю простого человеческого счастья? Почему на этом свете нет ни одного человека способного меня защитить и обогреть? Почему, твою мать? Я же ведь девочка, а они… они…

На следующий день, приняв двух пациентов и покормив Ванюшу, я направилась к Василию Ивановичу. Пока сынок играл с собакой, я решительно вошла в дом, где на меня, с большим удивлением, устремились две пары глаз. За большим круглым столом Деда сидел сам Дед, а напротив него сидел мой отец.

От неожиданности, я застыла у самых дверей и никак не могла хоть что-то сказать или сделать. Первым желанием было броситься к папе на шею и разрыдаться, но его серьезный и сосредоточенный вид меня остановил. И это было к лучшему, потому что, как только первый порыв прошел, на его место пришла волна обиды и горечи. Как он мог столько времени отгораживаться от меня? Как?

Еле расцепив губы, я дрожащим голосом проговорила.

– Здравствуй, мой

любимый папа, твоя пропащая дочь явилась.

Отец молча встал из-за стола и отошел к окну. Развернувшись ко мне спиной, он какое-то время смотрел из окна на улицу, где играл Ванюша, а потом тихо сказал.

– Вась, выйди, пожалуйста. У меня разговор есть к Алисе.

Василий Иванович тут же поднялся и прошел к двери. Задержавшись, на пару секунд около меня, он тихо проговорил.

– Мы с Ваней к реке сходим. И ещё... немного сбавь обороты, девочка.

Я чуть заметно кивнула и он вышел.

??????????????????????????

Глава 38

Отец ещё долго стоял у окна и молчал. Когда моё напряжение уже достигло предела, он тихо сказал.

– Ваня так на Максима похож. По фотографиям сразу не скажешь, а в живую…

– По фотографиям?

Отец развернулся и внимательно посмотрел мне в глаза.

– А ты думала, что я не следил за твоей жизнью? – он криво усмехнулся и только сейчас я заметила, что его руки дрожат не меньше моих, а может даже сильнее. Он сложил руки на груди, но дрожь в его пальцах отчётливо просматривалась.

– Я полагала, что нет, - глухо отозвалась я, продолжая рассматривать его руки.

– Как только ты сюда приехала и устроилась на работу, я уже всё знал про это место и его жителей, а позже и с Василием познакомился.

Я подняла на него удивленный взгляд, но промолчала.

– Когда у тебя начались роды, я поднял всю здешнюю авиацию, чтобы тебя в больницу отправили. А после когда Ваня сильно болел, я всегда держал связь с вашим местным доктором, а один раз выписывал вам доктора из столицы.

Пока он говорил, у меня в голове прокручивалось множество картинок из прошлого, полностью подтверждающих слова отца.

– И подарки? – с волнением произнесла я.

Он кивнул и продолжил.

– И подарки и необходимую технику. Василий меня поддерживал в моих стремлениях и никогда мне не отказывал.

– Зачем ты это делал, если я оказалась не достойной тебя дочерью? А главное я изгадила твою кристальную репутацию.

Отец резко отвернулся от меня и промолчал.

– Если ты молчишь, тогда я скажу, зачем тебе это было нужно.

Я решительно шагнула вглубь комнаты и, с болью в голосе, проговорила.

– Затем… чтобы совесть тебя не мучила, что воспитал такую неблагодарную дрянь… затем, чтобы я не подохла от голода и ребенка не загубила…, - мой голос сорвался и я начала захлёбываться от обиды и горечи, - затем, чтобы вдруг не явилась к тебе и не испортила твою чудесную, распрекрасную жизнь… затем…

– Достаточно, - дрожащим голосом проговорил отец и развернулся ко мне.

Лицо серое, руки дрожат, а губы превратились в тоную безжизненную полоску.