Благородный вор
Шрифт:
Потом снова крики: «Держи его! Стой!». Наверху в номере все задвигались, затопали ногами. Атаман крикнул:
— Не открывай окно, Кеша! Тихо!
Хороший совет. Для меня тоже. Не стоит высовываться из окон. Плюс, к тому же теперь я знаю, как зовут пухлого.
Я подскочил к окну. Ну-ка, что там происходит? Какой придурок командует операцией? Не могли оформить Кузьму по-тихому, что ли?
Сначала ничего не увидел. А потом заметил в кустах копошащиеся тени. Эге, вот они.
Только я разглядел
— Ах ты, сволочь! — захрипел кто-то.
Ну вот. Вся операция кобыле под хвост. То ли Кузьму убили, то ли он кого-то замочил. Скорее, второй вариант. Потому что на улице закричали:
— Держи его! Держи сволочь! Руки вверх!
Какой там. Шум только усилился. Выстрелы загремели в ответ.
Пальба велась с двух сторон. Выстрелы бахали один за другим. Но потом очень быстро пистолеты замолчали.
Наступила тишина. Кто-то хрипел, кто-то матерился. Я стоял на месте.
Наверху тоже все молчали. Улица заполнилась силуэтами людей в мундирах.
Их тут не меньше двух десятков. У троих в руках зажглись фонари.
— Кажись, готов, — сказал кто-то. — Где остальные?
Наверху наконец зашевелились. Затопали по полу. Ероха сильнее всех.
— Что делать будем, Атаман? — в панике спросил Кеша. — Кто-то нас отдал лягашам. Как быть?
Главарь ответил не сразу. Думал. Это опасный признак. Не сошел с ума от страха, а решал, что делать дальше.
— Так, быстро уходим через второй выход. На боковую сторону, — наконец, сказал он. — Кеша, сбегай ты первый. Проверь, как там. Нет ли засады.
Я услышал стук ботинок по полу и хлопок двери. Кеша бросился исполнять наказание.
— Ну, что там Кузьма? — пробормотал Атаман. — Погиб, что ли?
Он, наверное, внимательно вглядывался в полумрак за окном. Еще сверху доносилось неразборчивое бормотание Ерохи.
Полицейские на улице разворачивались в цепь и окружали дом. В темноте маячили их силуэты.
Наверху снова стукнула дверь. Потом голос Кеши:
— Не получится, Атаман. Там тоже полиция. Человек пять. Ждут в кустах.
Эге, а засада расставлена знатно. На месте Атамана я бы призадумался. Может, есть смысл сдаться в плен?
Хотя, взять они бы меня все равно не смогли. Я бы сбежал по дороге в тюрьму, еще из участка. А вот своих людей отмазал бы.
— Ждут, говоришь? — зловеще спросил Атаман. — Ну, тогда они сами напросились. Будем пробиваться. Кузьму они, скорее всего, уже взяли или прикончили. Так что уходим без него. Ероха, достань бомбы.
Вот проклятье. Я не ослышался? Я не думал, что они таскают бомбы с собой. Приготовят только перед самой акцией.
Но нет. Эти сумасшедшие, оказывается,
Так, что теперь делать? Надо срочно сваливать отсюда. Еще предупредить полицию и моих помощников про бомбы.
Наверху послышалась возня. План спрятаться в тайнике теперь не казался мне таким удачным. Я подошел к ставням.
Что, если выпрыгнуть из окна? Сдаться полиции и рассказать, что задержание чертовски опасное. Всего делов-то.
— Эй, там, выходите с поднятыми руками! — прокричал кто-то снаружи. — Даем вам минуту на размышление.
А вот это не совсем хорошо. Уж не разозлились ли они после сопротивления Кузьмы? Уж не собрались ли расщелкать нас, как орехи?
Есть вероятность, что если я сейчас вылезу из окна, меня примут за бомбиста. Расстреляют к чертям собачьим.
— Значит так, — сказал сверху Атаман. — Вот эту бомбу я швырну сюда. Кеша и Ероха, выходите в коридор. Через запасной ход. Там тоже сначала бросайте бомбу. Потом пробивайтесь на улицу. Все понятно?
Очень плохо. Очень. Сейчас полетит взрывчатка.
Я хотел выскочить в коридор. Но задержался. Что там еще задумал Атаман? Надо бы узнать планы.
— А куда потом? — сипло спросил Кеша. Наверное, вспотел от напряжения. — Где хоронится? Какие есть убежища?
Хороший вопрос. Ну-ка, что там Атаман? Как ответит? Я напряг слух.
— За город уходите, — ответил главарь. — В каменоломни. К Кощею.
Вот зараза. Что еще за Кощей такой? И какие каменоломни именно? Их полно под Москвой.
К счастью, Ероха мне помог.
— Это который Кощей? — спросил он. — Где он?
Атаман раздраженно ответил:
— Забыл, что ли? В Сьянах, конечно же, где еще. Смотри, Ероха, ежели попадешься, не выдавай. Твоя семья ничего не получит. Понял?
Молчание. Потом Ероха тихо ответил:
— Понял я, понял. Они меня не возьмут живым. Не дамся.
Хороший мальчик. Чем же они тебя заманили к себе? Пообещали выплатить семье огромные деньги? Эх, Ероха.
Я скользнул за дверь. Вышел в коридор. Быстро огляделся.
Здесь темно. В конце коридора стойка. Там пусто. Парень убежал.
Только я хотел выйти, как ближайшая дверь напротив открылась. Я нырнул обратно.
В коридоре послышался истеричный женский шепот:
— Мусик, что же это делается такое? Куда мы попали? Ты же говорил, что тут тихо и уединенно! А теперь полиция нагрянула! Мне нельзя им попадаться! Будет такой скандал, такой скандал! Муж узнает!
Ага, тут не только я не хотел бы попасть в лапы полиции. Ну что же, сочувствую.
— Софочка, успокойся, — ответил мужской голос. Тоже напряженный. — Мы что-нибудь придумаем. Сейчас главное уйти отсюда. Давай, выходи. Ты шляпку не забыла?