Благородный вор
Шрифт:
Потапов криво ухмыльнулся.
— Впрочем, я хотел поговорить не об этом. Бог с ней, с Евдокимовой. Я другое хотел спросить.
Я тоже улыбнулся.
— Ну да. А то я, знаете ли, тоже удивился. Думал, вас еще и танцам надо учить.
Потапов сделал вид, что не заметил усмешки.
— Я слышал, что вы много путешествовали в молодости. Побывали на всех континентах. Даже на Южном полюсе. Короче говоря, много повидали. Посмотрели, как другие люди живут. В других странах. Вот как вы считаете, где люди лучше
Опа. Запахло провокацией. Я продолжал улыбаться.
— Вы думаете, я просто так возьму и скажу? Везде, знаете ли, есть достоинства и недостатки. Но в нашей стране одни только достоинства.
Потапов засмеялся.
— Да вы не обращайте внимания на мой мундир. Я ведь искренне спрашиваю. Меня интересуют люди, повидавшие мир. Они по-другому на все смотрят. Вот как вы, например. У них можно много чего интересного узнать.
Ага, конечно. Что за байку ты придумал, чтобы подобраться ко мне? К чему эти дурацкие вопросы?
Я пожал плечами.
— Это можно долго рассказывать. Про обычаи других народов. В Новой Каледонии, например, я видел каннибалов. На Южном полюсе сражался с белыми медведями. А в Южной Америке гостил у президента Араукании. В Африке чуть не погиб от рук племени Красного Хаоса. Вот так вот. За пять минут не расскажешь.
Потапов впился в меня глазами. Слегка пододвинулся ближе.
— Как вы сказали про племя? Красного Хаоса? Это такое название?
Я кивнул.
— Да. Они любили намазывать себя красной краской перед сражением с врагами. А что такое? Вы их знаете?
Жандарм продолжал сверлить меня глазками. Пытался понять, шучу я или нет. Но я держался невозмутимо.
— Знаете, какое совпадение… Дело в том, что у нас действуют анархисты. Под точно таким же названием. Группа Красного Хаоса. Прямо-таки удивительное совпадение, не правда ли? Конечно, я не должен говорить вам об этом, но в газетах про них уже достаточно писали. Я просто добавлю, что многое из того, что пишут про них в газетах — правда.
Я и вправду заинтересовался. Даже подумал, может, рассказать ему про мою находку? Правда, тогда я подставлю сам себя.
Нет уж. Проведу пока собственное расследование.
— Надо же, действительно удивительно. Я про это ничего не знал. Я очень избирательно читаю газеты, знаете ли. А они опасны, эти анархисты?
Теперь пришла очередь Потапова пожать плечами.
— Знаете, все бывает по-разному. Одни группы вполне безвредны и миролюбивы. Провозгласили отказ от насилия. А вот другие считают, что могут добиться целей только борьбой. Беспощадной борьбой против правительства. Кстати, группа Красного Хаоса относится как раз к последним. Они крайне опасны.
Я сделал вид, что ужаснулся.
— Только не это. Видите ли, я вполне миролюбивый человек. Мухи не обижу. Не понимаю, зачем другие берут в руки оружие?
На
— Вы даже не представляете, на что… — Потапов и дальше хотел пугать меня анархистами и революционерами. Но подошел Толстов.
Молодец хозяин дома и друг семьи. Спас меня наконец-то. Я уже видел, что от Потапова мало толку. Надо действовать другим путем.
— Ну что, господа, как вам наше времяпровождение? — спросил граф. Сам тревожно смотрел на меня и на Потапова. Мол, не поссорились ли мы. — Как вы себя чувствуете? Все в порядке?
Мы кивнули.
— Все просто великолепно, ваше сиятельство, — сказал Потапов и кивнул мне. — Рад познакомиться, Виктор Дмитриевич. Мне надо идти. Засим оставляю вас и откланиваюсь. Меня ждет карточный стол.
Едва он отошел, как Толстов цепко взял меня за руку.
— О чем вы говорили? Витя, не связывайся с ним. Потапов скользкий тип. Ему нет веры. У меня есть друзья в жандармах и в охранке. Вполне приличные люди. Но есть и откровенные сволочи. Так вот, Потапов как раз из таких. Я тебе еще раз говорю, не связывайся с ним.
Весьма трогательная забота. Впрочем, графа можно понять. Он отвечает за меня. В какой-то степени.
Я опять улыбнулся и удивился.
— Что вы, граф. Помилуйте! Я всего-навсего рассказал ему про свои путешествия. Вот и все.
Граф успокоился и отошел к другим гостям. Я вернулся к молодым людям. Моей компании.
— Однако, Витя, ты у нас тот еще ловелас! — Чакиев сильно похлопал меня по спине. — Я и не знал, что ты так умеешь очаровывать барышень.
Селезнев зло скривил губы.
— Наверное, научился у аборигенов в Африке. Там много чему могут научить. И показать.
А Вырубов и вовсе заговорил про очередную земельную реформу, начатую в прошлом году.
В общем, кружок молодых балаболов. Великовозрастных балбесов. Как и любых других компаний ровесников.
Настя после танца быстро ушла. Вернее, увела тетушка.
Девушка кидала в мою сторону быстрые взгляды. Но я только улыбнулся пару раз. Больше не подходил.
У меня у самого полно забот. Парни постояли еще минуту. Потом отправились играть в карты. Я отказался.
Танцы подошли к концу. Теперь кружили в кадрили. Еще молодежь играла в фанты.
По правилам каждый игрок складывает записки в шляпу. Ведущий закрывает глаза. Вынимает фант. Дает хозяину самые разные задания. Кукарекать, прыгать на одной ноге, танцевать, читать стихи. Весело и креативно.
Но я отправился искать Толстова, чтобы попрощаться. Мне надо идти.
Когда я поговорил с Потаповым, придумал идею. Хватит дергать тигра за усы. Больше ни слова силовикам. А то меня быстро выведут на чистую воду.